Южнокорейский психопат

Азиатское кино вообще, южнокорейское в частности, всегда изобиловало образами экстремальной жестокости, заставлявшими зрителей закрывать глаза и стремглав бежать из зала. Но фильм Ким Джи-Вуна «Я видел дьявола» (I Saw the Devil), показанный в конкурсе Сан-Себастьяна, оставляет другие шедевры южнокорейского «театра жестокости» далеко позади. Недаром его подвергли существенной цензуре даже на родине режиссера, где без зазрения совести могут пустить на жаркое болонку. На фестивале, однако, показали полную авторскую версию этого эстетского «слэшера». Главный герой, ужасный маньяк-убийца в исполнении корейской суперзвезды Чой Мин-Сика (он отрезал себе язык и пожирал живого осьминога в «Олдбое»), днем работает водителем школьного автобуса, а по ночам с особой жестокостью убивает и расчленяет молодых девушек. Расчленив в первой же сцене романтически настроенную жену сотрудника южнокорейских спецслужб, маньяк обеспечивает себя развлечением на все долгие 141 минуту этого утопающего в крови гиньоля. Потому что сотрудник не стал, по совету Тарантино, подавать месть холодной, а принялся изо всех сил мочить не чувствующего ни боли, ни страха маньяка в самых разнообразных местах, в том числе, разумеется, и в сортире. Преследование шло удачно до тех пор, пока маньяк не догадался естественным образом избавиться от электронной капсулы с GPS, которую ожесточенный мститель заставил его заглотить. Процесс избавления от капсулы продемонстрирован столь же наглядно, как пытки и расчлененка. В ассортименте также: прижигание сигаретой, разрывание рта, прокалывание щек, удары кувалдой по яйцам, вспарывание сухожилий, размозжение головы (многократно), каннибализм (долго), обезглавливание гильотиной (дважды) и другие народные корейские забавы. Причем балуется всем этим отнюдь не только злодей, но и благородный мститель, увидевший дьявола и неизбежно ставший приобретать его черты. К финалу – весьма изобретательному в своем беспределе – режиссер выруливает на парадоксальные философские обобщения относительно крайне заразительной природы зла. Жаль, что их не дождались те, кто в панике бежал с сеанса. Хотя оставшиеся зрители приветствовали окончание фильма бурными аплодисментами.

Тема насилия, пронизывающего все сферы человеческой жизни, волнует и шотландца Питера Муллана – блистательного актера, сделавшего себе карьеру в фильмах Кена Лоуча и время от времени выступающего в качестве режиссера. 8 лет назад он выиграл венецианского «Золотого льва» за мощную антиклерикальную драму «Сестры Магдалены». Тот фильм был основан на реальных фактах издевательств, которым подвергались в 1960-е годы девушки, нарушившие абсурдные нормы тогдашних приличий и отправленные на перековку в католические монастыри. Новый фильм Муллана, «Шпана» (NEDs), посвящен издевательствам, к которым склоняется душа мальчиков под воздействием немилосердных обстоятельств жизни британского общества в 1960-е годы.

Из отличника и алтарного мальчика вырастает ожесточенный хулиган

Социальное неравенство, алкоголизм родителей, драконовская система наказаний в школе и бесконечные потасовки на улице способны склонить к мелким и крупным правонарушениям даже сущего агнца, каким поначалу и является главный герой картины – пухлый шотландский юноша по имени Джон МакГилл. Из отличника и алтарного мальчика вырастает ожесточенный хулиган, способный до полусмерти избить сковородкой отца (выдающаяся работа самого Муллана) и опустить на голову одноклассника мраморную плиту. В общем, как говорит персонаж показанной в рамках полной ретроспективы Дона Сигела криминальной драмы «Уличная преступность» (Crime in the Streets, 1956), «не требуйте от ребенка быть хорошим, если у него есть все основания быть плохим».