Экс-капитан мятежного траулера «Электрон» Валерий Яранцев: «Не в ту партию, говорят, вступил. А то бы в Госдуме уже заседал»

Его помнят легендарным капитаном траулера «Электрон», который не сдался береговой охране Норвегии и двое суток уходил от преследования.

Но мало кто знает, что после героического рывка на Родину свой же, российский, суд запретил Яранцеву выходить в море. И капитан... пошел в чиновники. Но и там не прижился! Видно, не нужны этой серо-послушной массе яркие и несдающиеся... Корреспондент «КП» Андрей Рябцев отправился на Кольский полуостров, чтобы собственными глазами посмотреть, против кого и за что бьется капитан-муниципал. - Звонок из Москвы. «Здравствуйте, я Елена Батурина. Да, та самая. Как там Штокман (крупнейшее газовое месторождение в Баренцевом море, которое Россия начала разрабатывать. - Ред.), как развитие? Хотелось бы тоже поучаствовать...» Вот и хорошо, вот и приезжайте, отвечаю. У меня есть идея: будем запасать снег для Олимпиады. А возить - самолетами МЧС. Она мне: какой вы шутник! Ну к вам заместитель мой приедет, ждите... Когда Яранцев юморит, улыбаются только его узковатые серые глаза. Лицо непроницаемо - не поймешь, шутит или нет. Бывший капитан траулера «Электрон» кажется медлительным. Но это скорее уверенность и обстоятельность: он тщательно выговаривает каждое слово. Пять лет назад сотрудники норвежской береговой охраны тоже сначала не поверили ушам. Небольшого росточка капитан своим простуженным голосом невозмутимо объявил, что ни в какой их порт Тромсе он следовать не намерен. С полными холодильниками рыбы и двумя инспекторами из Норвегии на борту «Электрон» взял курс на Мурманск. Двое суток вся страна наблюдала, как мятежный русский рыбак, лавируя между норвежскими сторожевиками, уперто пробивается домой. А дома Яранцеву влепили штраф в 100 тысяч рублей (его выплатила контора - владелец траулера) и запретили 2 года выходить в море. Экс-капитан потосковал немного и... вступил в партию. В КПРФ. Всем назло! А в 2009-м был избран главой муниципального образования «Сельское поселение Териберка» на берегу Баренцева моря. - Воплощаю здесь в одном лице две ветви власти - президент и премьер одновременно, - солидно поясняет Яранцев. «46 МИЛЛИОНОВ ИСТРАТИЛИ. ПРОСЯТ ЕЩЕ СТОЛЬКО ЖЕ» Мы стоим на берегу обширной лужи у полуразобранной пятиэтажки. Трое молодцев орудуют ломиками, отколупывают кирпичи. Половина домов в Териберке заброшены - все, кто хотел уехать, сделали это в середине 90-х. Яранцев кивает на изувеченную пятиэтажку:

Своему электорату Яранцев (справа) правду о делах в Териберке не приукрашивает. А что тут приукрасишь? Все ведь на виду.

- Моя гордость! В областной газете написали, что это тоже я развалил. Один! На самом деле стройку заморозили в 91-м году. Дом бесхозный. А вот котельную «прихватизировали» в 93-м. В 2009-м она сгорела. Строительство новой котельной в Териберке затянулось. Областные власти объявили режим чрезвычайной ситуации и заключили договор с конторой, которая обещала все ввести за 25 миллионов рублей. - 46 миллионов уже истратили. Просят еще столько же. Котельной нет, - телеграфно сообщает Яранцев. Логика обладминистрации железная: в том, что поселок не готов к зиме, виноват Яранцев. Он же - глава! На днях Кольский районный суд отстранил главу от должности по статье «халатность». «НАДО ОТСТРАНИТЬ И НАРОД» Снять главу муниципалитета - раз плюнуть. Ведь он по 131-му федеральному закону отвечает за все. Вообще за все! Откуда брать деньги на это «все» при этом, не очень понятно. Муниципалитет может распоряжаться землей. Но для этого нужно провести кадастровые работы, а на них, Яранцев уже считал, требуется 12 годовых бюджетов поселка. - Компанию, которая подготовит Териберку к зиме, я должен выбрать по конкурсу. То есть минимум за два месяца, - поясняет бюрократические премудрости Яранцев. - Проводить его без денег я не имею права. Но деньги из области приходят в конце июля. Получается, что подрядчик появляется только в октябре. У нас в это время уже снег идет... Яранцев, как и в море пять лет назад, готов к нестандартным решениям. Например, взял и заключил договор без конкурса. Пока шли деньги, в 11 домах уже успели поставить новые пластиковые трубы. - У нас же режим чрезвычайной ситуации, - разводит руками Яранцев. - А значит, по 94-му федеральному закону о госзаказе я могу заключить договор без конкурса. Проверяющие и карающие органы доводы Яранцева будто не слышат. И выходит парадокс: соблюдая все инструкции, готовить поселок к зиме невозможно, но если не подготовишь - отстранят. А подготовишь, минуя формальности, - могут и посадить. То есть в любом случае териберчанам придется мерзнуть, а главе быть мальчиком для битья. Но мэр-капитан бросать штурвал не намерен. Он опротестовал свое отстранение в облсуде. Остаться главой для Яранцева - дело принципа. - Если отстранять меня, то надо отстранить и народ, который меня избрал. Получится это у них? - кивает Яранцев в сторону разбомбленной, будто перед сдачей врагу, дороги на Мурманск.

Териберка - такая, как она есть: величие северной природы и полная разруха древнего рыбацкого поселка.

«КОПИМ НА СВЕТОФОР, ЧТОБЫ БЫЛИ НАРУШЕНИЯ» Я приехал в Териберку в воскресенье. Яранцев - на рабочем месте, хотя сам не местный, мурманчанин. Из 46 тысяч рублей зарплаты 5 отдает за квартиру - домой за 120 километров каждый день не наездишься. - У меня внучка, 2 года и 9 месяцев исполнилось, - единственный раз за всю нашу беседу улыбается Яранцев. - А я вот с этими бумажками тут сижу, ответы сочиняю. О бестолковой чиновничьей системе Яранцев может говорить часами. После этих рассказов становится жалко всех муниципалов страны. Например, у Яранцева потребовали статистику по штрафам за переход на красный свет. Глава ответил: «Переходов на красный свет не выявлено». Потому как в поселке нет ни одного светофора. Из области снова возмущенная бумага: «Как так! У всех нарушения есть, а у вас нет!» «Копим на светофор, чтобы были нарушения», - ответил Яранцев. После этого переписка заглохла. - Или спрашивают, сколько взяточников мы планируем разоблачить в следующем году. Такая у нас борьба с коррупцией! - шлепает о стол кипой гербастых бумажек Яранцев. Но основная его головная боль, как и тысяч его коллег-муниципалов, - «коммуналка». - Законы у нас специально устроены так, чтобы огромные деньги, которые выделяются на ЖКХ, уходили в песок, - уверенно говорит Яранцев. - Знаете, что такое управляющая компания? Я вам покажу. ДА У НИХ ТУТ ДЕМОКРАТИЯ! Идем в местную библиотеку, обклеенную трогательными, раскрашенными от руки ватманами с речевками типа «Для меня бы не было России без маленькой Териберки моей». Чем труднее и дальше от Москвы живут люди, тем отчаяннее звучат их патриотические лозунги... В библиотеке народ слушал доклад представителя управляющей компании, которая обслуживает жалкие остатки ЖКХ в Териберке. - Ну, Антон Валентинович, расскажите, какие успехи, - с сарказмом подначивает пенсионерка в платочке.

На это Яранцев и обменял солидную должность в рыболовецкой компании.

Кудрявый Антон Валентинович надувает щеки, вращает глазами и в целом имеет очень бледный вид. Из его витиеватого рассказа становится ясно, что коммунальщики за год успели только осушить один из подвалов и устроить в нем свой офис. Почему в подъездах не вставлены окна, Антон Валентинович не знает. - Я сильно ошибался в людях, - тихо говорит мне Яранцев, с интересом рассматривая изворачивающегося, как червяк на крючке, коммунальщика. - Я, наверное, слишком долго ходил в море. Там точно знаешь, на кого можно положиться. А тут... Горе-коммунальщики обещали поменять батареи в домах. Срезанные радиаторы (это тонны металла!) бесследно исчезли. У Яранцева в кармане копия заявления в милицию. - Голосуем против! - гудит народ. Процедура отречения от управляющей компании признана состоявшейся. Избираются домовый комитет и даже своя счетная палата. Да у них тут демократия! «ОТПУСТИМ ТОЛЬКО В МОГИЛУ» Возбужденный народ вываливает на улицу, окружает Яранцева. Вопросы отопления электорат, конечно, волнуют. Но не сильно. Та же горячая вода из крана не течет здесь еще с 1993 года. В новую котельную териберчане не верят. Почти все уже поставили себе электронагреватели. Разговор с Яранцевым идет за жизнь. Одна бабулька тащит главу к куче мусора во дворе. Яранцев спокойно докладывает: «Мусорные баки уже ставим. Помойку уберем». Другой старичок дотошно, утомляя деталями, рассказывает, как его затапливает сосед сверху. Яранцев терпеливо слушает и в конце коротко уточняет номер квартиры и дома. Народ, как ребенок, успокаивается, как только ему уделяют внимание, дают выговориться...

Коллеги из мурманского представительства одного из федеральных телеканалов потом расскажут мне: приехали они как-то в Териберку делать сюжет про то, как Яранцев все развалил. А он в это время был в Мурманске на совещании. Яранцев звонит: «Еду, ждите». «Да уже не надо, - отвечали телевизионщики, - сюжет в эфир не пойдет, мы тут с людьми поговорили, они, как ни странно, не хотят вашей отставки». - Отпустим только в могилу, - безапелляционно заявил мне житель Териберки, бывший рыбак Виктор с небанальной фамилией Медведев. О ЗОЛОТЫХ УМЫВАЛЬНИКАХ И УЗБЕКАХ В Териберке все «бывшие»: рыбаки, специалисты по рыбопереработке, судоремонтники. На плешивых сопках тяжело стонут чайки. Отлив обнажает ржавый, обглоданный временем, как скелет кита, остов рыбацкой лодки. Когда-то она привозила в Териберку тонны рыбы, люди ехали сюда жить, работать, рожать детей... - Еще в 92-м здесь все работало: рыбозавод, порт. А приехал в 2009-м - не узнал поселок, - вспоминает Яранцев. Юные териберчане потягивают пиво у не крашенного с советских времен подъезда, на котором выведено губной помадой: «Хочу бабу потолще». - Скучно вашей молодежи, - перехватываю смущенный взгляд Яранцева. - Да, двести человек от нуля до восемнадцати лет. И четыреста пенсионеров. Скоро и работать-то будет некому, - угрюмо произносит он и замолкает. В областном центре наоборот - Териберке пророчат блестящее и сытое будущее. Отсюда до знаменитого Штокмановского газового месторождения рукой подать. - Журналисты звонят: правда, что газовики вам поставили золотые умывальники? - рассказывает Яранцев. - Да, говорю, поставили. Приезжайте, посмотрите: у нас в администрации последний незолотой остался. Одноэтажный барак, обитый ярким сайдингом, с табличкой «Штокман-девелопмент» - самое нарядное здание в Териберке - закрыт на замок. У газовиков выходной. Но результаты их работы я все-таки увидел: 8 километров дороги из Териберки на девственный берег залива. Здесь еще два года назад должно было начаться строительство завода по производству сжиженного газа. Кстати, такую же загадочную дорогу я наблюдал в двухстах километрах от Териберки, недалеко от поселка Видяево. Местные жители благодарны: до грибных мест теперь можно проехать на машине. Иного применения дороге, на которую потрачены миллионы, пока не нашлось. - Обещали 200 рабочих мест. Где они? - вопрошает Яранцев. - Набрали узбеков. Из местных работают единицы. - Зато перед школой площадку детскую построили, - замечаю я. - Красивая, современная... - Да-а, «малые архитектурные формы», - язвит Яранцев. - Хотя и на том спасибо большое, конечно. «ТРЕСКЕ И ПИКШЕ НЕ ПОДХОДИТЬ» Я сначала не поверил, когда узнал, что Териберка - ровесница Ивана Грозного. В начале XVI века здесь появилось становище поморов-рыбарей. Почти тогда же сюда пришли и первые русские переселенцы. Но современные российские законы о биоресурсах, по мнению Яранцева, не оставляют Териберке шансов выжить. - Мы тут пасем и охраняем рыбу для норвежцев. Живем на море и не имеем права ловить на продажу. Только для собственных нужд. - Странно, а в Норвегии любой житель может приехать на побережье и ловить крабов и рыбу сколько хочет, - замечаю я. - Так и у нас любой житель Норвегии может ловить сколько хочет, - заводится Яранцев. Видно, что тема интересует его не меньше, а то и больше, чем полумертвое ЖКХ. - А вот россиянин не может. Ни здесь, ни в Норвегии. Звонят как-то Яранцеву: как у вас можно выловить прибрежную квоту? У меня на 300 тонн. Яранцев удивлен: а вы, собственно, кто? Да я, отвечают на том конце провода, директор спортшколы в Москве, мне квоту на день рождения подарили. - А я живу на берегу и квоту никогда в жизни не получу. Да если и получу, толку-то?! - отмахивается Яранцев. - Допустим, есть квота на 10 тонн сайры. А все остальное, что выловил, я выбросить должен? Не имею права. Но не повесишь же на каждом крючке бирку: «Треске и пикше не подходить, ловись только сайра!» «МЫ НИКОГДА МОРЯ НЕ ВИДЕЛИ, НО МЫ С ВАМИ!» О проблемах муниципалов и рыбаков Яранцев рассказывает не только журналистам. Регулярно шлет письма в Москву. - А толку? Они только умеют, что спускать указания в область. Область обратно мне спускает. Без денег. А мне куда спускать? - негодует Яранцев. - Помощи не дождешься. То же самое я понял, когда уходил на «Электроне» и получил радиограмму от своих: «Сдаться норвежцам». Это, кстати, была не единственная радиограмма мятежному капитану «Электрона». Они летели со всей России, даже из Читинской области: «Мы никогда моря не видели, но мы с вами!» - Так что народ меня не предавал, - считает Яранцев. - А вот один генерал - тот, что приказывал сдаться, - предал, получается. Просто анекдот! Подошел наш сторожевик «Левченко»: «Ты арестован». Определитесь между собой, говорю, кто меня арестовывает-то: норвежцы или ты. Странный он, Яранцев... После истории с «Электроном» ему дали хорошую должность в конторе, которой принадлежал траулер, - зам. директора по безопасности мореплавания. Знай сиди себе в белой рубашечке в офисе на солидном окладе. Так нет же - подавай ему разваленную Териберку и адреналин похлеще, чем в открытом море: за любой просчет запросто могут посадить. А главное - ответственность: в Териберке вся его «команда» - это 1,5 тысячи безработных и престарелых. - Недавно в областной администрации один кадр говорит: не в ту партию вы вступили, - рассказывает Яранцев. - А то бы в Госдуме уже заседали. Подумайте над этим. - И как, не надумали? - уточняю я. Яранцев окатывает меня ледяным, как ведро забортной воды, взглядом. Не надумал, значит... - А еще норвежцы предлагали стать командиром «Тромсе». - Того самого сторожевика, который вас преследовал? - удивляюсь я. - Да, - выдерживает торжественную паузу Яранцев. - Но я отказался. БЛОКАДЫ КОЛЬЦО И ПУШКИ - В ЛИЦО Где-то во дворах заходится собака - их здесь вон сколько! Любой из брошенных домов - готовая будка. Тоска... На сотни миль на север - капризное и необузданное Баренцево море. На запад, юг и восток - сотни километров тундры, которая безразлично смотрит в небо ледяными глазами озер. - И чем же закончилась та история с Батуриной? - вспоминаю я начало нашего разговора. - Да, представители ее приезжали, - озорно вспыхивают глаза у Яранцева. - Но перед этим они пообщались с кем надо в Мурманске. Так что не будет нам инвестиций. Со всех сторон блокады кольцо и пушки смотрят в лицо. Не впервой... Яранцев затягивается горьким дымом и уходит в свой кабинет с окнами на слепую, обесцвеченную мокрыми ветрами старуху трехэтажку. Пять лет назад капитан в одиночку отбился от военно-морского флота Норвегии. Одолеет ли своих, российских, бюрократов?