
Итак, дорогая Инна - восемь десятков лет. На своем недавнем опыте убедился, что это звучит музыкальней, чем 80 лет.
Так вот, восемь десятков лет, из них по крайней мере шесть мы знаем другу друга, правда, поначалу, скорее, заочно.
Ты рассказываешь, как пришла на комсомольское собрание курсом старше, где обсуждали опубликованное в стенной газете студентов журфака МГУ «Открытое письмо Борису Панкину», незнакомого тогда тебе. А я где-то в эту же пору заглянул, услышав звонкий девичий голос, на собрание коллег курсом младше и увидел неизвестную еще мне по имени девушку с толстенной косой до щиколоток, которая этим своим звенящим от сострадания голосом защищала от упреков в стиляжничестве и преклонении перед иностранщиной пару лоботрясов - однокурсников, которые стояли тут же со склоненными в притворном раскаянии головами.
Видно, каждому свое на роду написано. Тебе – защищать несправедливо притесняемых, облыжно обвиняемых, непонятых, незаслуженно обиженных…
Стоять вечным часовым, только с пером в руках, а не с винтовкой, на страже самой справедливости, докопаться до которой в сотнях самых запутанных жизненных ситуаций никто лучше тебя не умеет.
Этому признанию ты верна сегодня, как и шесть десятков лет назад.
Ему ты следовала и следуешь как на Этаже, чему свидетельством такие питомцы пестуемого тобой Алого Паруса как Юра Щекочихин, Леша Ивкин, Коля Булгаков, Алеша Дидуров, Лена Воронцова, так и за его пределами, где не устает звучать твой голос и его эхо.
Верность! Вот еще одна, увы, не универсально распространенная ценность, с которой ты не разлучаешься всю твою жизнь.
Верность профессии, "Комсомолке", верность родителям и детям, любимому человеку, друзьям. И в конце концов, а точнее, прежде всего – верность самой себе, чем и объясняется все остальное.
Правильно сказано: жизнь пройти – не поле перейти. Все у тебя в ней было и есть – и радости, и горести, сменяющие друг друга, открытия и потери, воспарения и упадки духом…
В одном не было никогда сомнений: в поднимающейся год от году как волна морская любви и признательности твоих читателей, имя же им – миллионы, вспомним тиражи "Комсомолки".
Пожелание же мое в том, чтобы все упомянутое мной постоянно присутствовало в твоем сознании и сердце, помогая жить и служить избранной стезе.
Твой Борис Панкин
Коллектив "Комсомолки" присоединяется к поздравлениям. Счастья вам, дорогая Инна Павловна, здоровья и радости. Мы гордимся тем, что являемся Вашими современниками.