Праздник десяти детей стоит слез одного младенца?

Утром я проснулась от дикого грохота музыки. Двор сотрясали десятикратно увеличенные динамиками вопли про пластилиновую ворону. Не скажу, что меня порадовал столь армейский подъем в законный выходной. От шума болела голова… Наш дом - два П-образных корпуса, поставленных лицом друг к другу - «колодец». И громкие звуки в нем создают эффект сидения в бочке, по которой дубасят молотком. Мало того, скоро позвонила рыдающая соседка:

- …Спасите нас! У меня пятимесячный ребенок всю ночь не спал, я ее только успокоила, и тут этот грохот! Малышка снова в истерике – уже синяя вся! Я больше не могу! Сейчас в окно выброшусь! Управа выжила из ума – «веселые старты» во дворе устраивать? Здесь же люди живут! Больные старики, маленькие дети… Для массовых мероприятий есть парки! Вы журналист! Умоляю, прекратите это издевательство!

Звонок произвел на меня большое впечатление. И надрывающийся на заднем плане ребенок, и его измученная мама… Хорошо помню, как сама была в том же положении, поэтому верю, что угроза выброситься в окно – не выпендреж, а показатель крайней измотанности.

Из дома я вышла в крайне воинственном настроении. Во дворе трепетала цветными флажками обновленная хоккейная «коробка». Вокруг нее толпились аплодирующие родители. Внутри, под руководством клоунов-аниматоров, радостно визжа, носились дети. И вместе с грохотом музыки во все стороны били лучи такого отчаянно-летнего, восторженного настроения… Что мой воинственный настрой тут же пропал. В растерянности смотрела я на счастливые мордашки малышни, которая по какой-то причине застряла летом в городе и, благодаря спортивному празднику, получила хоть какую-то сатисфакцию.

Приехала милиция… Я не вызывала. Женщина, которая мне звонила – тоже. Видимо, кто-то еще оказался недоволен. Парень в форме посмотрел на живой клубок радости, катающийся по площадке, улыбнулся и повернул обратно к машине. Я догнала его:

- Простите, я не знаю, что делать! Соседи жалуются, я обещала помочь…

- Пусть звонят в Управу – это по их распоряжению. А я ничего сделать не могу. Закон-то не нарушается. Сейчас дневное время…

- Но там мама грудничка обещает в окно выкинуться! В конце концов, сегодня выходной, есть какой-то закон о запрете лишнего шума в выходные, есть санитарные нормы по шуму... А управа в выходные не работает… Может, попросить сделать хотя бы потише?

Милиционер – спасибо ему за человечность – повернул обратно. Подошел к палатке с динамиками. Поговорил с сидящим в ней человеком и вернулся ко мне: «Увы, представителей управы здесь нет. У артистов распоряжение вести праздник до двух часов. Так что, пусть ваши соседи потерпят еще немного… Хорошее же дело-то в принципе».

К милиционеру у меня претензий не было – что он может против распоряжения управы? К артистам тоже – люди подневольные. Вопросы к управе остались – неужели нельзя было заранее предугадать, что грохот в 17-этажном колодце будет в десять раз сильнее? Неужели нельзя было подумать о таких как эта несчастная мама с орущим ребенком, и провести праздник в ста метрах от двора, на специализированной площадке на бульваре, где подобные мероприятия, кстати, проводились всегда? Но удивила реакция людей…

- Не просто хорошее дело, а отличное! – подхватили стоящие у хоккейной коробки родители веселящихся детей. - И именно во дворах такое должно быть, чтобы ребенок мог сам ходить поиграть, пока мама обед готовит! Вы посмотрите на детей – какие довольные!

- Да я все понимаю, просто там человеку очень плохо…

- Ей плохо, а мне нравится, что моему ребенку праздник устроили – продолжала одна из мам. - У меня времени водить его куда-то нет, а во дворе – самое оно!

- А если бы у вас грудной ребенок был?

- Пластиковые окна ставить надо, прежде чем рожать! А ваша соседка эгоистка. Только о себе и своих проблемах думает!

- Ну, она же не одна такая. И потом, разве ваша позиция менее эгоистична? Вы разве о чужих проблемах думаете?

- Моя позиция правильная, потому что на моей стороне большинство!

Судя по реакции остальных, она была права…

Я вернулась домой в растерянности. Праздник, действительно, получился хороший. И с одной стороны, ругать организаторов язык не поворачивается. В конце концов, большинство россиян только мечтают о подобном внимании со стороны чиновников. А с другой… Когда перезвонила несчастная соседка, я не знала, что ей сказать. Успокаивала, уговаривала, оправдывалась... А она в ответ снова расплакалась: «Если я покончу с собой, вините себя!» И бросила трубку. Нервы…

Слава богу, ничего страшного не произошло. Хотя гулянье, по многочисленным просьбам участников, закончилось на час позже, чем обещали и никто не вспомнил о том, что какому-то меньшинству плохо... А, может, и не должны были вспоминать? Или должны? На кого в первую очередь должна равняться управа, устраивая подобное мероприятие: на здоровых, сильных с пластиковыми окнами? Или на несчастных, слабых с больными детьми? Кто-нибудь знает верный ответ? С одной стороны философия: «Лучше пусть останутся безнаказанными десять виновных, чем пострадает один невинный». С другой, говорят, половина проблем Европы начались именно с того, что они начали ориентироваться на интересы меньшинств…

Просто, судя по настрою мэрии, такой праздник – не единичный случай, а начало какой-то большой, спортивной программы. И очень не хотелось бы, чтобы очередное наше начинание строилось по принципу «хотелось, как лучше, а получилось, как всегда».