Лавров назвал три кризиса в отношениях с НАТО

После заседания Совета Россия-НАТО в Брюсселе 8 декабря 2011 года министр иностранных дел России Сергей Лавров сделал ряд весьма жестких заявлений.

«По ряду фундаментальных вопросов (безопасности) наши партнеры не готовы к серьезному сотрудничеству», - подвел печальные итоги переговоров Лавров.

Он весьма откровенно сформулировал концепцию трех кризисов в отношениях России и НАТО. Первый, по мнению министра, состоит в том, что странами Запада пущена под откос идея контроля за развертыванием обычных вооружений: они так и не ратифицировали соответствующий Договор по обычным вооружениям в Европе (ДОВСЕ), и Россия была вынуждена заморозить свое участие в Договоре (после того как много лет выполняла его требования в одностороннем порядке).

Второй кризис сложился в результате ливийской операции НАТО, которая поставила под сомнение готовность европейских партнеров России действовать в рамках международного права и выполнять резолюции международных организаций, даже те, за которые они сами же голосовали. Страны НАТО в открытую нарушали эмбарго ООН на поставки оружия в Ливию, нарушали режим бесполетной зоны, введенный резолюцией Совета Безопасности, - перечислил «заслуги» НАТО Лавров, - и осуществляли непосредственную боевую поддержку одной из сторон в гражданской войне.

Министр также подчеркнул, что имели место факты использования иностранного спецназа на стороне повстанцев.

«Это позволяет понять, - сказал глава российского МИД, - какими методами будет реализовываться на практике новая стратегическая концепция НАТО».

И третий кризис сложился в результате фактического отказа НАТО строить свою систему ПРО так, чтобы она не «пробивала» территорию России.

«Мы предлагаем нашим партнерам сесть за стол переговоров, но наши партнеры не хотят обсуждать эти вопросы, мотивируя отказ тем, что все уже решено».

В ответ на это Лавров предложил не удивляться в случае ответных мер России и потребовал от партнеров по НАТО «уважать наше право обеспечить безопасность своей территории».

«Если некоторые наши западные партнеры считают, что они на «правильной стороне истории» – то у России по этому поводу противоположное мнение», - добавил он.