Милош Форман: «Мужчина может два часа лежать и думать о Чем-то. Конечно, жену это раздражает!»

Милош Форман, чешский режиссер, в конце 60-х уехавший в Америку, снимал фильмы редко (по два-три за десятилетие), но очень метко. «Пролетая над гнездом кукушки» и «Амадей» удостоились груды «Оскаров», «Отрыв» получил Гран-при жюри в Каннах, «Народ против Ларри Флинта» - «Золотого медведя» в Берлине. Для советской интеллигенции в конце 80-х он стал кумиром, и понятно, почему: человек из зажатой соцстраны рванулся на железный занавес, пробил его, ворвался в Голливуд с его огромными возможностями, и реализовал себя в полной мере.

Фильмы фильмами, но Форман и сам по себе очень симпатичный и умный человек. В начале 90-х он написал замечательную автобиографию «Круговорот». Она довольно давно вышла на русском, ее не найти в интернете, но сейчас даже руками перепечатывать из нее куски - чистое удовольствие.

Вот несколько малоизвестных фактов из его личной жизни - из «Круговорота», из интервью, из заметок на разных сайтах. Эти отдельные штрихи, может быть, лучше помогут составить портрет, чем дежурная биографическая справка.

1. Герои лучших фильмов Формана - бунтари, выступавшие против Системы. Это и герой Джека Николсона в «Полетах над гнездом кукушки», и Моцарт в «Амадее», и порнограф Ларри Флинт, и хиппи в мюзикле «Волосы». Его часто спрашивали - почему. Форман отвечал: «Потому что в этом есть драматизм и потому, что я дважды жил в тоталитарном обществе, где большинству людей хотелось бунтовать, но они не решались. (Имеются в виду оккупированная нацистами Чехословакия и та же страна в социалистический период. - Ред.) И я - трус, потому что не готов был сражаться и идти за это в тюрьму. Вот поэтому те, кто готовы, меня так восхищают».

Май 1976-го. Форман (слева) с актерами Луиз Флетчер и Джеком Николсоном (справа) держат своих «Оскаров» за фильм «Пролетая над гнездом кукушки».

2. Один из немногих с грохотом провалившихся фильмов Формана - «Вальмон», экранизация романа Шодерло де Лакло «Опасные связи». Форман писал, что справиться с депрессией ему помогла новость о том, что президентом Чехии стал его старый школьный товарищ Вацлав Гавел. «Выбирали его члены старого коммунистического законодательного собрания. Они голосовали за него, скрежеща зубами, но голосовали единогласно: им никогда и в голову не приходило, что можно голосовать против».

3. Когда Форман был холост, ему не хотелось после работы идти домой - там было одиноко. А когда женился - хотелось идти домой, и быть там одному. «Это объективная реальность - каждый мужчина хочет о своих делах, своих пустяках думать в одиночестве. А почему бы и нет? Зачем дразнить жену тем, что вы лежите два часа на диване, смотрите в потолок и молчите? Дело в том, что вы лежите и думаете о Чем-то, и это Что-то вашей жене недоступно. Она ведь в вашу голову заглянуть не в состоянии. Вы ведь и о другой женщине можете думать, правда? И женщина чувствует себя неуверенно. Отсюда столь частый вопрос: «О чем ты думаешь?».

4. У Формана дважды рождались дети. Оба раза это были мальчики-близнецы. Когда родилась первая пара, это отмечали в кругу друзей; согласно чешской традиции, отцу подали блюдо горячей чечевицы, в которую разбили сырое яйцо. В яйце вдруг оказалось два желтка, и свое изумление Форман не может забыть до сих пор.

5. Форман - дважды лауреат «Оскара» в категории «Лучший режиссер». Ни один режиссер не описывал свое волнение во время оскаровской церемонии честнее и лучше, чем Форман в «Круговороте».

«В этот вечер вручения «Оскаров» «Амадею» везло. Питер Шеффер был награжден за лучший сценарий, Ф. Мюррей Абрахам удостоился звания лучшего актера, и еще мы получили премии за работу художника, за костюмы, звук и грим. Наконец, человек, появления которого я ждал, Стивен Спилберг, вышел на сцену с конвертом в руке.

У меня подскочило давление, и мне ужасно захотелось, чтобы в конверте был листок с моей фамилией, хотя я уже выпятил подбородок в гримасе разочарования. Я почувствовал жар направленных на меня софитов и приготовил свою самую лучшую улыбку проигравшего, не спуская глаз с листка бумаги, который Спилберг разворачивал на сцене.

«Итак, имя победителя…» Он сделал драматическую паузу и я решил, что в конце концов, не хочу получать этого «Оскара», потому что внезапно почувствовал на себе взгляд сотен миллионов глаз; вся эта чертова планета уставилась на меня. Вдруг я испугался газетчиков, охотников за автографами, академиков, это был момент паники, и меня охватил озноб. Наконец Спилберг поднял голову и произнес мое имя, и все чувства снова хлынули потоком.

Теперь я ощутил тепло, прекрасный электрический разряд выбросил меня из кресла, и я побежал на сцену, и мир превратился в вихрь впечатлений, зал стал нереальным, Спилберг был всего лишь тенью, пожимавшей мне руку, а тяжесть «Оскара» в моей руке означала независимость, новые, интересные для меня фильмы, новый расцвет жизни.

Я произнес речь, более или менее соответствовавшую тому, что я заготовил, но пока я говорил, я опять подумал - почему я? Черт возьми, почему именно я? За что на меня свалилось столько удачи? Это чувство не покидало меня много лет, оно то уходило, то приходило вновь, чувство, что я недостоин всей этой невероятной судьбы, всех этих поражений и побед, которые были в моей жизни, что в конечном счете я украл у кого-то причитающуюся ему долю счастья».

6. Среди фильмов, которые Форман собирался снять и не снял - «Властелин колец», «Основной инстинкт», «Разоблачение» по роману Майкла Крайтона. Он подумывал снять фильм про матч по шахматам между Фишером и Спасским, причем Фишер должен был играть самого себя (они с Форманом вели переговоры, но ничего не вышло).

В конце 60-х он вел с Карло Понти, одним из ведущих итальянских продюсеров, переговоры о фильме «Американцы идут!» - истории про то, как право на отстрел последнего, самого старого медведя в Татрах продали американцу, а медведь внезапно перешел границу и оказался в Польше. Разработка сценария проходила в дыме гашиша, однако свернулся проект по другой причине: Форман увидел, как по-свински Понти обращается с его кумиром, режиссером Витторио Де Сика - и решил не иметь с этим продюсером ничего общего.

В начале 90-х он собирался снять фильм «Адский лагерь», сценарий которого написал сам, и о котором вспоминает с болью и досадой. Это была история про двух американцев, которые отправились в Японию - один из них нашел себя в борьбе сумо. Форман год занимался этим проектом, но в итоге врезался в тот невидимый железный занавес, который отделяет Японию от остального мира. Его сценарий из-за каких-то мелочей не удовлетворил Нобору Кодзима, члена комитета Ёкодзуна, ведавшего делами сумо. Из-за его придирок все пошло насмарку, и за четыре дня до начала съемок проект пришлось закрыть.