Летающие гитары Ингви Мальмстина

«Это невозможно! Так не играют! », обиженно рявкнул мой друг- гитарист, когда я в 1986 году впервые поставил ему альбом «Trilogy» Ингви Мальмстина.

Да, действительно, скептику может показаться, что игра этого музыканта - лишь ускоренное студийное воспроизведение обычной гитарной игры. Но для того и существуют живые концерты, друзья, что бы убедиться, что так играют!

Я давно мечтал, своими глазами увидеть, (да-да! именно увидеть!) игру этого уникального гитариста. И хотя Мальмстин уже не раз «на бис» приезжал в Россию, я, как назло, в тот момент – уезжал в какую-нибудь дыру. И вот мы встретились!

Гитарист Ингви Мальмстин показывал козу зрителям, и те - и млад и стар - были счастливы.

Фото: ТАСС.

Мальмстин приехал «по делам», в рамках турне в поддержку альбома Relentless, я пришел, как его непоколебимый фанат. Он выскакивает на сцену под рев нашего брата-фаната, молодой (49 всего-то!), подтянутый, русая грива по пояс, в кожаных штанцах, и, главное – с гитарой Stratocaster в руках!

Чу! С другой стороны появился вокалист Тим Оуэнс, в бейсболке, и комиссарской кожанке, самый неволосатый музыкант нынешнего состава. Но горласт, харизматичен и неистов, чертяка. На клавишах чернобровый Дерек Шеринян. Мощь, натиск, шок! Затряслась в экстазе публика. А уж когда слабал нам старина Ингви свою знаменитую версию «Адажио» Томазо Альбиони, предательские слезы накатились на наши глаза.

Вообще, Мальмстину памятник надо поставить, уже только лишь за то, что он своей игрой пробудил интерес легкомысленной молодежи к Баху, Вивальди, Паганини, Моцарту, и вообще к классической музыке, в таком вот, сногсшибательном виде. Поиграет-поиграет Ингви хряпнет из баночки напитка, и ногой высоко так - хрясь! Р-р-р-ра-а-а-а-з! Кий-я-а-а-а! И наносит удар вероятному противнику нео-классик металла. А то еще ка-а-а-к размахнется гитарой, раскрутит над головой, да и швырнет ее в сторону, где ее ловко ловит специально натренированный ловец гитар. А с другой стороны - специально подготовленный подавальщик гитар уже несет ему новую гитару, еще краше улетевшей.

Сколько он сменил гитар, сказать трудно. Да и не барское это дело, гитары чужие считать. Гитары летали по сцене, словно напуганные грохотом, трепетные птицы. Но не одна гитара не пострадала во время концерта (Риччи Блэкмор, бывалоча, пару-тройку гитар за концерт расшибал вдребезги).

Но не только гитары бросал Мальмстин. После каждого виртуозного пассажа он швырял в публику медиатор (наверное, медиатор от пассажа стирался?). Но, как назло, медиаторы летели всякий раз мимо меня. Он их сотни две выбросил. Но нас было больше. Все равно всем не досталось.

Не только молодежь нынче «прется» от классического хеви-метала. В зале много нашего брата собралось: седовласого, ой, да, пузатенького, лысого старичка. Не сидится сегодня дома старичку! Трясет наш седой братушка-фанат головой в такт музыке, «козу» пальчиками показывает Мальмстину, тащится от его игры! Его, нашего седо-лысого брата, понять можно: не дали ему в свое время коммунисты вдоволь насладиться металлом и тяжелым роком (впрочем, и легким тоже). Боялись коммунисты, что эта музыка отвлечет нашего брата от любви к партии и от строительства коммунизма. (Сами-то шельмы, наверное, тайком слушали хэвви метал на своих закрытых афтапати после съезда партии!) Меня лично, помнится, всякие парторги волосы длинные заставляли стричь, под угрозой исключения из университета! Самое большее, что нам позволяли при коммунистах, это побуйствовать и пореветь под зажигательные ритмы Малежика, Толкуновой и Буйнова.

Мой взрослый сын сегодня не может в это поверить (и проверить нет возможности). Сегодня: слушай, сколько хочешь и кого хочешь, дружок! Все легенды мирового рока у нас уже засветились! И я счастлив, что застал все-таки это время. Ура, товарищи! (по року)

СПРАВКА «КП»

Ингви Мальмстин, урожденный Ларс Юхан Ингве Ланнербэк. Род. 30 июня 1963 года. Шведский виртуоз-гитарист, основоположник «нео-классик металла». Лауреат многочисленных «Грэмми» и вообще – классный чувак. Женат, имеет кроху-сына.