Должны ли мы терпеть бездельников из уважения к старости

Хирург в детской поликлинике по месту жительства – старый армянин, назовем его Габриэлян. Когда-то о нем говорили, как о Враче с большой буквы. Талант: если скажет, что у ребенка с ножками порядок, – и к ортопеду ходить не надо...

Только вот шли годы, и добрый дедушка состарился.

Мытарства мои начались с мелкой операции, необходимой сыну. Есть в мужском организме некая деталь... Конкретизировать не буду: мамы мальчиков, те знают.

А остальным достаточно сказать, что, в идеале, та деталь открывается к трем годам, сама. Если нет – надо открывать. Мелкая хирургическая операция.

Только вот о том, что она необходима, Габриэлян нам... не сказал. Несмотря на то, что год за годом смотрел ребенка и хвалил: «Хороший мальчик».

С диагнозом: «А ВОТ У НАС!!!», - мы наконец прибежали сами, когда измучились воспалениями, вымачиваниями-полосканиями в марганцовке, вздутиями и прочей «мужской радостью» - то есть запустили случай донельзя.

«Да! – подтвердил Габриэлян (что мне нравится в этом дедушке, он никогда не спорит. – Авт.). – Но резать надо в стационаре».

Честного направления на операцию при этом хитрый старичок не дал, и я несколько месяцев маленьким осликом бегала по кругу: в стационаре говорили, что это обязанность хирурга по месту жительства (то есть Габриэляна), хирург по месту жительства возражал, что ему не выделяют обезболивающих препаратов, и отсылал обратно. В отчаянии я обращалась в частный медцентр (у них оказалась лицензия только на консультативные услуги), бегала по знакомым...

Проблема решилась неожиданно: в том самом консультативном медцентре у ребенка диагностировали грыжу (еще одна мелкая операбельная неприятность). Как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло: врачи Морозовской больницы закрыли все наши вопросы разом, причем под наркозом и бесплатно, за что я нашей системе здравоохранения очень благодарна.

Только вот Габриэлян...

Он не увидел первую нашу проблему и не увидел грыжу. И даже одно время пытался снять нас с учета, под предлогом того, что грыжа «заросла». И не поставил диагноз еще одному ребенку, которого я знаю...

Вопрос: что делать? Человек явно профнепригоден. Операции делать отказывается, диагнозы не ставит, а только подтверждает чужие, поставленные за плату. Но это у меня, положим, есть деньги на платных врачей, - а как же пациенты в более стесненных обстоятельствах? А если Габриэлян проглядит ДЕЙСТВИТЕЛЬНО серьезное заболевание?

«Ульяна, отстань от дедушки – говорят мне старшие родственники, - он старый, ему, наверное, за восемьдесят. У него руки трясутся: каких ты от него ждешь операций?! Сидит, к пенсии прибавку высиживает... Пожалей старость!».

Я, в общем, и жалею, уже сколько лет. Сильно подмывает пойти и нажаловаться заведующей, тем более что аргументов для увольнения старика, пожалуй, хватит. Но... что-то останавливает. Пенсионерам трудно выживать, и я в этой ситуации не хочу стать ябедой, причиной бед конкретного живого человека.

Хочу, чтобы у врача у самого проснулась совесть. Или хотя бы у администрации поликлиники...

Вот только это вряд ли. Потребности столицы во врачах-специалистах покрыты на две трети (со слов заведующей такой же поликлиники). Причина – низкая зарплата: 12-15 тысяч.

За такие деньги согласен работать один Габриэлян...