Малахов и Зеленский мечут бисер перед свиньями

Выглядело как-то так.

Герой:

- Она коза!

Ведущий:

- Вы должны подумать и простить, она мать ваших детей...

Герой:

- Решено навсегда! Она не уважала меня! Гадкая дрянь!

Ведущий:

- Может быть, еще раз взвесить...

Сказка про белого бычка и в «Прямом эфире...» и в «Пусть говорят» продолжалась минут по пятнадцать, и вызывала зевоту. У Зеленского сидел мужик, который, если я правильно поняла, забрал у жены двоих детей, у Малахова – юноша-моряк, напротив, не желающий признавать сына своим. Оба выразились четко: «Я ее, свою бывшую, не люблю, жить с ней не хочу, на компромиссы не пойду, имею множество претензий».

Куда конкретней? И, главное, что нового в этой ситуации для передач, в которых всегда встречаются непримиримые невестки и свекрови, жены и мужья, родственники жертв и родственники убийц? Договориться сторонам не удается, по моим наблюдениям, в восьмидесяти процентах случаев: у каждого своя правда и готовые «все подтвердить» соседи.

Амплуа ведущего в этом случае: Малахова – язвить и подпихивать микрофон зрителям (на монтаже оставят ту бабенку, которая «базарнее» всех крикнет), Зеленского – добро улыбаться и говорить, что каждый имеет право на свое мнение.

Но не занудно уговаривать героев: «Ну, вам же вместе жить», - когда эти герои ясно выразились: видеть друг друга не хотят, а хотят плевать друг в друга прямо в студии (вернее, плевать хотели мужчины, женщины не были столь категоричны).

Рискну предположить, что Малахову кивнули на Зеленского: мол, можно же вести шоу поинтеллигентней, - а Зеленский, в свою очередь, попытался стать святее папы римского...

Если они будут и дальше так «развлекаться», мы потеряем оба шоу: и скандальное, и «доброе, но интересное». Останутся два «досудебных примирения», где парни в костюмах потеют, чтобы разрешить конфликт. Причем потеют тщетно: в данном случае бисер и у Зеленского, и у Малахова в конце концов закончился.

Жалко, что не быстро.