Олег Табаков: «Ефремов, как былинный богатырь, лбом пробивал дорогу к театру»

Актер Юрий Богатырев видел в Олеге Ефремове прежде всего подвижника.

Фото: Иван ВИСЛОВ. Перейти в Фотобанк КП

В зале с огромного экрана шли нарезки нигде не выходившего до этого интервью с Ефремовым. О чем он говорил, не выпуская из рук вечную сигарету, затрагивало каждого сидящего в зале. И то, как он в 45-м поступал в Школу-студию сразу после салюта Победы, и конкурс был - пятьсот человек на одно место. «Это говорило о том, что значил театр, - размышлял Ефремов. - Нет, актеров не считали небожителями, просто занятие театром было престижным делом».

- Он был разным, для каждого - своим, - рассказал присутствующим на вечере актер МХТ Андрей Мягков. - В театре с ним было и прекрасно, и мучительно одновременно. Прекрасно, потому что с ним было ощущение пути, ты брал все время какие-то новые высоты, познавал жизнь. Мучительно, потому что требовательность была высочайшей, соответствовать иногда просто сил не хватало. Сутки напролет он находился в театре: здесь и завтракал, и ужинал.

Олег Николаевич оставил потомкам не только спектакли и роли, но и заложил основу династии.

Фото: RUSSIAN LOOK.

А жена Александра Солженицына, Наталья Дмитриевна, сказала, что хочется заклинать молодое поколение, удержать ту высокую планку, к которой так стремился Олег Николаевич.

Актер Михаил Ефремов еще недавно назывался «младшим», пока на экранах не появился его сын.

Фото: Сергей ШАХИДЖАНЯН. Перейти в Фотобанк КП

Последнее слово - самое продолжительное - взял нынешний худрук МХТ им. Чехова Олег Табаков:

- Олег Николаевич, как богатырь из нашей мифологии, своим лбом пробил поролонно-чугунную стену эпохи развитого социализма и сделал этот театр. Я был младшим среди тех, кто создавал МХАТ. Меня иногда просили за пол-литровой сбегать. У нас с ним были и полосы отчуждения, и полосы близости. И в этой близости он мне объяснял, почему же он, поделикатнее, так сказать, уходил от действительности. - «Сво-бо-ден становлюсь», - протягивал он. Поскольку я человек не сильно пьющий, я понимал это с трудом. Но его философию принимал. И не было у него ничего, кроме строительства его главного дела - МХАТа. И тут я вспомнил рассказ Алексея Пантелеева «Честное слово». Про мальчика - он с друзьями играл в войну, потом они разбежались по домам, а он, дав честное слово, продолжал стоять. Вот это был Олег.

24-летнего Никиту Ефремова звали несколько театров, но он выбрал «Современник», основанный дедом.

Фото: Мила СТРИЖ. Перейти в Фотобанк КП