Венесуэльская оппозиция требует пересчета голосов

Выборы раскололи Венесуэлу на два лагеря.

Фото: REUTERS.

Сразу после оглашения в понедельник вечером официальных итогов президентской гонки на улицы Каракаса вышли многочисленные манифестанты, поддерживающие оппозиционного кандидата Энрике Каприлеса. Люди, вооруженные камнями и палками, несли плакаты с надписями «Мошенничество!» и «Пересчет!». Они требовали от Национального избирательного совета не признавать победителем Николаса Мадуро и заново пересчитать бюллетени. Сам Каприлес, отставший от соперника всего на 1,58%, уже отказался признавать свое поражение. И хотя лидер оппозиции заверял, что все акции его сторонников будут проходить мирно, разойтись «по хорошему» несогласным и полиции не удалось - произошли стычки манифестантов со стражами правопорядка, которым пришлось применить слезоточивый газ.

Но оппозиционеров это не остановило - на следующий день уже в нескольких городах страны прошли традиционные «кастрюльные» марши. Сторонники Каприлеса гремели металлической посудой, взывая к справедливости. «Пусть будут слышны эти кастрюли и горшки по всей Венесуэле!» - написал на своей страничке в Twitter Каприлес.

Между тем в Каракасе уже прошла торжественная церемония, на которой Николас Мадуро был провозглашен избранным президентом Венесуэлы. Ему предстоит руководить страной вплоть до 2019 года.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Чавес жил, Чавес жив, Чавес будет жить! Обозреватель «КП» Галина Сапожникова побывала в Венесуэле, которая готовилась к смене власти. Вряд ли бы я купила книгу про Уго Чавеса, если б он не умер.Но получилось так: в Венесуэлу, которая отныне прочно и навсегда будет ассоциироваться с этим именем, я лечу через несколько дней после его смерти, чтобы понять, как эта страна будет справляться без своего Команданте, и просчитать, в какую сторону двинется дальше (читайте далее)

Чавес жил, Чавес жив, Чавес будет жить!

Обозреватель «КП» Галина Сапожникова побывала в Венесуэле, которая готовилась к смене власти.

Вряд ли бы я купила книгу про Уго Чавеса, если б он не умер.Но получилось так: в Венесуэлу, которая отныне прочно и навсегда будет ассоциироваться с этим именем, я лечу через несколько дней после его смерти, чтобы понять, как эта страна будет справляться без своего Команданте, и просчитать, в какую сторону двинется дальше (читайте далее)