Умер исполнитель главной роли в «Клане Сопрано»

Гандольфини скончался в Риме, предположительно - от внезапного сердечного приступа. В поездке его сопровождал сын Майкл, только что окончивший восьмой класс. Актер планировал показать мальчику Италию (его историческую родину - и отец, и мать Джеймса оттуда), а еще побывать в сицилийском городе Таормине, чтобы принять участие в проходящем там кинофестивале. Предыдущая жена Гандольфини, Марси Вударски - мать Майкла, - отправилась в Италию, как только получила трагическое известие. У Гандольфини есть еще один ребенок от второй жены Деборы - родившаяся в октябре прошлого года Лилиана.

Самой известной ролью Гандольфини, несомненно, является Тони Сопрано, мафиозный босс из Нью-Джерси, одновременно невротик, жестокий убийца и любящий отец, герой сериала «Клан Сопрано». Он выходил в эфир с 1999 по 2007 год, пользовался огромным успехом и принес Гандольфини три премии «Эмми» и «Золотой глобус». Но и до, и после, и во время съемок «Сопрано» он не оставлял работу в кино и в театре.

Гандольфини был превосходным характерным актером, чьей специальностью долго были образы преступников. Можно вспомнить такие его роли, как Вергилий в «Настоящей любви» Тони Скотта (прототипом героя был реальный убийца, знакомый Джеймса), или чувствительный толстый гангстер-гей в «Мексиканце» (криминальной комедии, где его партнерами были Брэд Питт и Джулия Робертс), или сомнительный тип, замешанный в производстве «снафф-муви» (порнофильмов, где героиню по-настоящему убивают), в триллере «8 миллиметров». А еще были роли в фильмах «Любовь и сигареты», «Багровый прилив», «Достать коротышку», «Человек, которого не было», совсем недавний «Цель номер один». Кроме того, он был продюсером - выпустил, в частности, документальный фильм о солдатах, вернувшихся с войны в Ираке, и биографический фильм «Хемингуэй и Геллхорн» об отношениях знаменитого писателя и его подруги.

«Он был гением», - говорит создатель «Клана Сопрано» Дэвид Чейз. - «И об этом знает любой, кто видел его даже в самой крошечной роли. Один из величайших актеров нашего - или любого другого - времени. И этот гений виделся в его печальных глазах. Помню, я много раз говорил ему: «Ты этого не понимаешь, но ведь ты же как Моцарт». Молчание на другом конце трубки… Для его семьи, Деборы, Майкла и Лилианы это сокрушительное известие. И для остального мира это очень плохо. С ним порою было нелегко, но он был моим партнером и моим братом - не могу этого объяснить и никогда не смогу».