Эмир Кустурица: «Большие деньги в прокате делают на человеческой глупости»

Кустурица снял последний свой фильм, «Завет», пять лет назад; с тех пор он и близко не подходил к камере, потому что устал и переключился на музыку. Но все-таки решил вернуться к основной профессии и снять новую картину.

По этому поводу режиссер дал мастер-класс начинающим одесским кинематографистам. А «Комсомолка» записала его монолог.

- То, как вы, молодые, воспринимаете кино, радикально отличается от того, как воспринимал кино я, когда был студентом. У вас же экраны повсюду - в мобильных, в телевизорах, на городских площадях. У каждого есть доступ ко множеству клипов на YouTube. Когда я был студентом, мы учились, как заставить смеяться над коротенькой фарсовой историей, ну там про человека, который вот-вот поскользнется на банановой кожуре; он еще не поскользнулся, но зритель чувствует, что это вот-вот случится, и в этом предвкушении самый кайф. А у Довженко есть в одном фильме великий эпизод - человек идет к смерти, знает, что его вот-вот убьют, и при этом танцует. Это старомодная вроде бы, но невероятно действенная метафора. А сейчас ты нажимаешь на кнопку в YouTube - и получаешь миллиард забавных роликов, с кожурой, с танцами, с чем угодно, но там нет ни метафор, ни особенной радости. И у современного зрителя совсем другое восприятие кинематографа.

Сейчас происходят огромные изменения в кино. Когда я снимал «Завет», это было весело, но это был мой последний фильм на пленке. Потом появилась цифра - и вся эстетика перевернулась вверх дном; я просто шокирован теми возможностями, которые внезапно открылись. Это нереально здорово. Но все-таки надо помнить, что кино - это примерно как ботинки: можно их, конечно, нарисовать на компьютере, придумать силуэт и форму, но у ботинок все равно должна быть материальность, чтобы надеть их на ноги и проходить хотя бы три месяца.

Фильмы, которые сейчас делают в прокате большие деньги, - это фильмы, которые делают деньги на человеческой глупости. Я не знаю, что будет с кинематографом, сохранится он на большом экране или уйдет в интернет: мне кажется, сейчас все делается, чтобы убить то единение автора с аудиторией, единение людей, сидящих в зале друг с другом, которое существует на эмоциональном уровне.

Со своей группой The No Smoking Orchestra Кустурица выступил на Потемкинской лестнице - месте, знаковом для любого кинематографиста.

Фото: Евгения ГУСЕВА. Перейти в Фотобанк КП

В своем новом фильме я буду играть монаха. В одном эпизоде он проходит мимо церкви, а из нее выходит свадебная процессия. Там будет сумасшедшая невеста, которая танцует, как под электросудорожной терапией. Еще есть двое парней, которые развлекаются тем, что глумятся над свадебными процессиями. Они ловят змей и вставляют им в горло сигареты. А змеи дышат не так, как мы, - они не вдыхают и выдыхают воздух: все, что они в себя впустили, остается внутри. Змеи начинают раздуваться и в какой-то момент взрываются. Я как раз почему-то вспоминал Довженко, когда это снимал. После чего вся церемония оборачивается совсем уж полной истерикой: шафер достает пистолет и хочет убить двоих этих проказников, они убегают... И куча людей, которые наблюдают за этим, как за футбольным матчем...

ПРИГЛАШАЕМ:

На оперу "Кармен"!