Осень в Грузии

Исраэль Шамир поделился с "Комсомолкой" своими мыслями по итогам поездки в Грузию

Фото: GLOBAL LOOK PRESS.

В Москве в сентябре холод, дождь, туман и пробки. В Грузии – голубое небо, тепло, но не жарко, виноградники в горах увешаны тяжелыми гроздьями спелых ягод. Ущелья пышно зеленеют, горные речки чистые и холодные. В магазинах и духанах много дешевого и хорошего местного вина. По утрам толстые деревенские бабки приносят в город свежую домашнюю простоквашу мацони и белый сыр; на углах пекут хачапури, лепешки с сыром. Центральные улицы исторических городов раскрашены в яркие цвета, на проспекте Руставели открыты все модные бутики. Казалось бы, живи и радуйся!

Но грузинам неспокойно. Через месяц будут президентские выборы, и в этот ответственный момент премьер Иванишвили вздумал оставить политику, по его словам. Он и длинную речь об этом толкнул, и письмо к народу на невообразимых 14-ти страницах написал. Мол, не хочу больше царствовать над вами. Прямо как Иван Грозный или там Борис Годунов.

Типичный дворик в Тбилиси.

Народ, правда, ему не верит. От власти не отказываются. По мнению народному, Иванишвили хочет сыграть роль Национального Лидера, грузинского Дэн Сяопина, чтобы сидеть в своем дому (этот дом, размером с парламент, высится над Тбилиси) и оттуда дергать за веревочки и наставлять действующих политиков. Мы с вами знаем, что такая мысль некоторым ведущим политикам приходит в голову. Обычно ничего путного из этого не получается. Действующие политики – не марионетки, раньше или позже начинают играть собственную игру.

А тем более сейчас Грузия на распутье. Совсем недавно партия сказочно богатого олигарха Биджины Иванишвили «Грузинская мечта» (или «Мечтатели») одержала победу над партией Мишико Саакашвили («Национальное движение») и пришла к власти. У нее большинство в парламенте и она сформировала правительство. Но у проигравших националистов – нехилые сорок процентов мест в парламенте. Если им удастся провести своего кандидата в президенты – они сумеют отыграться.

Те, кому надоели националисты – а таких много - хотели бы от Иванишвили решительных мер – прогнать с насиженных мест националистов, отдать под суд бывших министров, провести перевыборы в парламент, короче – разделаться с националистами.

«Мишико был фашистом, - говорит мне пожилой советский ученый, бывший работник академического института, писатель Георгий Лордкипанидзе. - При нем мы боялись говорить, телефоны прослушивали, Грузия лидировала по числу заключенных в Европе. Он ликвидировал грузинскую науку, поставил на все места своих ставленников. Страной руководили от его имени сотрудники созданного Соросом «Института Свободы». Народ обрадовался, когда власть перешла к Иванишвили, но сторонники Мишико занимают все ключевые позиции и сегодня. Иванишвили не смеет отодвинуть их и провести реформы. Его решение уйти из политики – это дезертирство с поля боя.»

«Но при нем перестали брать взятки, воры в законе и уголовники оказались в тюрьме», - возразил ему молодой Вахтанг.

«При Муссолини тоже придавили мафию», - ответил старый писатель.

Трудно решить в этом споре. Миша Саакашвили, противник России в 2008 году, пришел на смену старому отработанному Эдуарду Шеварднадзе. Оба были американскими ставленниками, но вдобавок Шеварднадзе опирался на грузинских мафиози (воров-в-законе), живших в Москве и связанных с русским бизнесом. При Шеварднадзе уголовники правили Грузией. Саакашвили – фашист или нет – подавил мафию. А потом подавил всех остальных, добавляют его противники.

Мне рассказывали про методы, которыми действовал Саакашвили. Он провел закон, каравший десятью годами тюрьмы – не воровство, но воров в законе. Даже если они не крали и не нарушали закон – они шли в тюрьму. Мол, вор должен сидеть в тюрьме. К ним приходили и спрашивали «Вы – вор?» Вор в законе не имеет права отпираться, по воровским понятиям. Он должен гордо сказать: «Я – вор». Так они и отвечали, а затем их вели в тюрьму на десять лет.

И борьба с коррупцией велась подобными методами. Тайные агенты подходили к полицейским и к чиновникам и предлагали взятки. Кто брал – шел в тюрьму. В гостиницах было запрещено брать валютой – только местными деньгами. Тайные агенты выдавали себя за иностранцев, предлагали платить валютой – мол, нет местных денег. Кто соглашался – шел в тюрьму. То есть методы были самые жесткие.

Такими же методами он справился с распространением наркотиков. Ройзману не снилось, что так можно – наркотиков в Грузии не стало. ГАИ он попросту разогнал, нанял новых людей, дал им новую форму, и послал сотни тайных агентов – испытывать их на прочность. Кто поддался на соблазн – пошел в тюрьму.

После падения Саакашвили, была проведена амнистия, тысячи заключенных обрели свободу. Народ затаил дыхание – возьмутся ли за старое? Не взялись. Преступность не возродилась после долгого охлаждения. Остались тысячи файлов компромата – их новое правительство решило уничтожить. Этим не все довольны – сейчас нельзя будет покарать за былые преступления. И не исключено, что копии файлов хранятся в чьих-то архивах.

В экономике Мишико взял курс на радикальный либерализм по-прохоровски – полная свобода капитала, не справился - подыхай. Безработица, запрет забастовок, бедные беднеют, богатые богатеют. Грузины жили в Советском Союзе как в раю, да еще и (многие) подворовывали. А тут – справляйся, как можешь. Немудрено, что миллион грузин перебрались жить в Россию, да и по другим странам поразбежались. Рождаемость упала, детей мало. Население резко уменьшилось. Перед распадом СССР в Грузии жило более пяти миллионов человек, за первое десятилетие независимости убыл миллион, за второе десятилетие – еще миллион убыл.

Огромный научно-технический потенциал советской Грузии – а тут был даже ядерный реактор! – был разбазарен, реактор – закопан, промышленность остановилась. Либеральные власти пошли по пути стран Третьего мира – туризм, услуги, и никаких трат на науку и промышленность. Народ потек в столицу, оставив родные села. Сегодня в Тбилиси живет треть населения страны, хотя в условиях сильнейшей безработицы непонятно, что они здесь ищут.

Переход власти к Иванишвили совсем не изменил экономического расклада. Впрочем, на бумаге это выглядит хуже, чем на самом деле. Грузия – страна чистая, зеленая, скромная, как Португалия, даже скромнее. За пределами Тбилиси и еще нескольких реставрированных городов – как в 80-е годы в турецкой Анатолии. Во второй столице – Кутаиси – сохранились просторные семейные дома, большие по любой мерке, огромные по русским представлениям. Многоэтажные дома почти всюду стоят облупленные, лифты не работают, в подъезды войти страшно – но квартиры отремонтированы.

Впрочем, народ довольствуется малым. После кошмарных лет правления Шеварднадзе, когда электричество и воду давали только по праздникам, а на улицах шалили разбойники, их все радует. Грузины – народ мягкий, вежливый, гостеприимный; гонору у них заметно поубавилось, роскошь не колет глаза, бедность не кричит.

Тем, кто держится больших городов в надежде заработать – хуже всего; они люмпенизируются. В провинции понемножку начинают справляться – открывают кафе и маленькие гостинички, собирают урожай. Понемножку возрождается туризм, в том числе туризм из России.

Ездят в основном молодые русские ребята и девчонки, одетые как их сверстники из Англии и Франции, путешествующие по Индии. Богатый русский турист пока предпочитает Испанию, а напрасно – Грузия очень привлекательна.

Эта неприступная крепость стоит уже много веков.

Россию и Грузию сближает, в первую очередь, ностальгия по СССР. Но это тоска народов, противостоящая воле элит. Лордкипанидзе пишет: «Распад СССР оказался невыгоден большинству, он отнял у простых людей куда больше чем им же дал. Где вы, где, преисполненные романтики подмосковные костры под гитару, сочинские пляжи, детский смех в пенистых волнах, многим ли удалось променять вас на Хургаду, Анталью и Бодрум?». Он с горечью замечает, что «сегодняшние власти России боятся призрака СССР. Новая Россия способствовала приходу к власти в бывших союзных республиках формально антироссийских, националистических сил. Пока внешняя политика России идентифицируется в мире с политикой рублевско-успенской группировки, националисты у власти в бывших республиках СССР, да и весь западный мир, могут спать спокойно». Так это или нет, ностальгия по СССР – удел старшего поколения, молодежь уже была воспитана на американских образцах.

Но, слава Богу, есть и другие факторы. На самолете Москва-Тбилиси было много русских монахов и священников – они летели на паломничество к гробнице св. Давида Строителя, грузинского царя XI века. Православие – мощный сближающий Россию и Грузию фактор. Грузины относятся к русским доброжелательно, охотно говорят по-русски и вспоминают о своей поездке в Москву в девятьсот дремучем году. Не забывают упомянуть Серафима Саровского, которого чтят повсеместно в Грузии. «Россия – родина великих святых», говорят они. Народ набожный, по воскресеньям церкви полны. В трактирах веселые компании пьют за здравие патриарха, как когда-то пили за здравие Сталина.

Сближает с Россией и память о Сталине. Так память Наполеона сближает Корсику и Францию. Конечно, не все любят Сталина в Грузии и в России, но и эта амбивалентность тоже сближает. Меня удивил и потряс величественный музей Сталина в Гори, на его родине. Грандиозное здание, чем-то напоминающее ВДНХ, было построено как Музей Революции, но потом переименовано. Перед зданием маленький дом, в котором рос Сталин, а точнее, его семья снимала одну комнату и подвал. Сын сапожника и прачки из далекого села – как он сумел победить Троцкого и прийти к власти? Такая вертикальная мобильность поражает и по сей день.

В Гори стоял и памятник Сталину, который давно раздражал Саакашвили. Местная легенда говорит, что он предлагал крупную взятку русскому генералу, взявшему город в 2008 году, чтобы он разрушил памятник – но тот отказался. Со временем Саакашвили решился на это сам, рассчитывая порвать еще одну ниточку, соединяющую Россию и Грузию. Но этим он подрубил и основы своего трона и вскоре лишился власти.

Теперь ошибочность антирусского курса понимают все. Даже Саакашвили – поднялся на гору Эльбрус, и поднял там русский флаг, наравне с грузинским. Премьер Иванишвили все время говорит о дружбе с Россией, но посылает смешанные сигналы. Он вроде бы за дружбу с Россией, но и в НАТО стремится. Не против Таможенного и Евразийского Союза, но реально готовится сделать свою страну ассоциированным членом Евросоюза. Как связать эти противоположности? Ответы он дает самые фантастические: может, Россия тоже войдет в НАТО и в Евросоюз. Когда на него прикрикнут националисты, он сразу дает задний ход.

Как ни странно, предполагаемый уход Иванишвили из политики может помочь сближению с Россией. На пост президента претендует чуть ли не сорок кандидатов, но серьезные – только три. Ставленник Саакашвили, ставленник Иванишвили и бывший спикер парламента Нино Бурджанадзе. Уход Иванишвили повышает ее шансы на победу. Зачем голосовать за марионетку бывшего премьера, думают люди, лучше – за самостоятельного политика. Нино стоит на четкой про-русской позиции, она и в 2008 году была против Мишико и его попытки захватить Южную Осетию. Она обещает своим избирателям вернуть Южную Осетию и Абхазию в лоно матери-Грузии.

Можно ли добиться полного примирения России и Грузии? Да, можно. Общая вера, общая история тому порукой. Сегодня в грузинских школах учат русский, в России – самая большая грузинская диаспора. Но в Грузии должна произойти серьезная переоценка ценностей. Россия действительно готова не вмешиваться во внутренние дела своих соседей, пока они не становятся откровенно враждебными. И тогда Россия куда мягче к заблудшим, чем Соединенные Штаты – даже в 2008 русские войска не вошли в Тбилиси и не поставили своего президента, как поступили американцы в Панаме и других соседних странах. Но Россия показывает им, что антирусское поведение – невыгодно. Так произошло с Грузией, так обстоит дело и в Латвии, и в Эстонии.

Действительно, если бы не антирусский курс Мишико, Россия не признала бы независимости двух маленьких республик. Но сейчас дорога назад не так проста. Правительство собирается открыть шоссе в Абхазию, восстановить железнодорожное сообщение. Отношения с Россией слегка улучшаются – грузинское вино и минеральная вода снова пошли в московские магазины. Но Военно-Грузинская дорога пуста – изредка пройдет грузовик. Для туриста это неплохо – можно спокойно в безлюдье искупаться в водах Пасанаури, воспетых Николаем Заболоцким, великим русским поэтом, любившим Грузию и много переводившим грузинскую поэзию. А затем закусить сочными хинкали под вишневую водку по цене бутерброда в Москве.

История о грузинских винах

Мне рассказал Алексей Мухранов, потомок грузинских царей из рода Мухрани-Багратиони, уроженец Петербурга и замечательный знаток Грузии.

“Саакашвили посадил всех воров в тюрьму, но вора, как известно, тюрьмой не напугаешь, она для него дом родной. Вся тюрьма обязана ему подчиняться, собрать ему деньги и всячески устраивать ему красивую жизнь. Но тут кровавый режим Саакашвили принял зверскую и почти изуверскую меру: воров стали сажать всех в одно место. Впервые за историю воры оказались в такой тюрьме, где им было некого эксплуатировать. Но они стерпели и это. Но 26 марта 2006 года случилось страшное - ранним утром у них начали отбирать сотовые телефоны. Это было слишком. 26 марта в тюрьме начался бунт. Эти самые воры готовы были лезть под пули, но не лишаться телефонов.

Правительство отреагировало жестко. К утру трупы вынесли и наступила тишина. И вдруг... Как только взошло весеннее солнце 27 марта, как Роспотребнадзор объявил о том, что грузинское вино плохое. И постановляет запретить ввоз грузинского вина ввиду обнаружения в нем пестицидов.

Мало ли бывает совпадений. У воров длинные руки но не настолько же...

И вот, наступает 14 марта 2013 года. В этот день из Тбилисской тюрьмы выпустили 8000 осужденных режимом Саакашвили. Прошло несколько часов и Роспотребнадзор начал принимать от грузинских фирм заявки на выдачу лицензии. (В период 14 марта по 24 мая 2013 года 19 грузинских производителей вина и два производителя минеральной воды были допущены к регистрации напитков в России. )

Вот такой рассказ!