Я в любовницы пойду! Пусть меня научат

«Третьи лишние» женщины сегодня почти не терзаются чувством вины и не тянут одеяло на себя, не требуют развода. Независимые стали

Фото: Анатолий ЖДАНОВ. Перейти в Фотобанк КП

Вы заметили, как много людей сегодня не замужем? По данным Европейского социального исследования 2006 года, только половина российских женщин от 18 до 39 лет имеют мужа или «мужа». Старушек за сорок вообще не берем – им на кладбище прогулы ставят. По женскому одиночеству Россия на втором месте в Европе. Как-то устраивают свою личную жизнь 50% безмужних россиянок? Это почти сорок миллионов, между прочим. Мегаломонастырь. Психологи отмечают: много одиноких прибиваются к «скрытым гаремам» в качестве вторых, а то и третьих «жен». Автор этих строк, давний гонитель аморалки, задумалась: а может, не так страшен этот черт – любовница?

Моя приятельница N оригинально полагает, что любовница – крайне необходимая реалия. Мечтает о ней уже который год. Не для себя, конечно – для мужа Вадика. Сама-то N давно страдает хронической мигренью по утрам и вечерам. Когда я открываю рот, чтобы прочесть моралите, она ласково затыкает меня: «А ты попробуй – проживи с одним дядькой двадцать пять лет…» (не пробовала повторить этот смертельный трюк, потому не возражаю). Причем Вадик такой пылкий энерджайзер, и с годами будто крепчает. «Я уже и халат дырявый ношу, и панталоны в стиле «Москвошвей» – как об стену горох…» Кто-нибудь, читая эти строки, подумает: «Дура, не понимает своего счастья!» А N в это время строит наполеоновские прожекты, кого бы из знакомых склонить к греху с родным мужем. Разводиться жалко: внуки, дача, парники, грушевый сад… Но с оговоркой: «Вот веришь, если разведусь, - говорит, - никогда больше замуж не выйду. Вот он где мне со своим энерджайзером!»

Между тем, как ни трудится общественное мнение, покрыть позором чужую семью есть тьма энтузиасток (что объяснимо). Причем многие – сами бывшие жены изменщиков, пьяниц и диванных паразитов. Разводятся и переходят на праздничную сторону жизни. Никаких обязанностей. Прав тоже не много – строго говоря, всего одно: заниматься сексом с мужчиной, который тебе нравится. Но, знаете, такое право дорогого стоит! Однако бывают и более счастливые случаи.

Возьмем мою подружку М. Я бы даже познакомила их с дамой N, но у М уже есть «муж». Причем я бы этого «мужа» взяла в тройные кавычки, если бы позволяли правила пунктуации. Потому что у него – загибаем пальцы – законная жена тридцатилетней выдержки, любовница-модель для светских раутов, и, наконец, М – для большой любви. Иерархия в этом серале построена по признаку информированности: жена не знает про модель и М, модель не знает ничего про М, зато М знает подлинный расклад. Чтобы закрепить авторитет, М произвела на свет пару наследников и немедля получила повышенное питание. Еженедельно ее холодильник забит, в тумбочке – свежая котлетка пятитысячных. Перспективу украшает возраст «мужа». Пареньку крепко за пятьдесят, и на четвертую «жену» вряд ли хватит пороху. Признаюсь честно: консилиум психологов (две женщины и один мужчина), к которому я обратилась за резюме этой истории, после некоторых научных колебаний робко сошелся во мнении, что «в сфере интимной жизни все очень индивидуально и, если вашу подругу все устраивает, то она – счастливая женщина». Ну, наконец-то. А то только и слышим, какие это травмированные существа – любовницы. Как они застряли в семейном сценарии, и как им хочется всю жизнь конкурировать с мамой за папу, страдать и заливаться горючими слезами.

Фигушки вам, дорогие психологи.

Продолжим обламываться дальше.

Моя приятельница Ляля – трибун незаконной любви: «С женатым встречаться вообще кайф – всегда желанная-ненаглядная, стирать, готовить не нужно и настроение никто не портит за ужином». Во Франции, где она обосновалась после развода, она как сыр в масле. И дает мне мастер-класс, как сохранить душевный покой, встречаясь с несвободным дяденькой:

- Чтобы не зациклиться, надо иметь двух любовников. В Москву приедешь – ходи на все тусовки. Обязательно какой-нибудь приклеится… А куда потом собираешься?

- Может, в Лондон.

- Обязательно езжай! Там тоже мужика заведи. И еще хорошо в Нью-Йорке, или в Лос-Анджелесе… Приятно, знаешь, когда полпланеты охвачено.

В общем, друзья, что-то незримо сдвинулось по фазе в нашем мире. «Третьи лишние» женщины сегодня почти не терзаются чувством вины и не тянут одеяло на себя, не требуют развода. Независимые стали. Перефразируя Шопенгауэра, можно сказать, институт любовниц служит сохранению моногамной семьи (Шопенгауэр, правда, имел в виду не любовниц, а проституток, но это мелочи).

Все вышеприведенные факты опровергают расхожее мнение, что в гаремы поступают барышни с заниженной самооценкой. Возьмем первых красавиц Лазурного берега: нарушения самооценки у них если и есть, то только в сторону повышения – подтверждаю авторитетно. Они переходят в фаворитки от одного «уважаемого человека» к другому, как почетный вымпел и впоследствии… выходят замуж. «Как, ты не знаешь Мусю? Это же бывшая любовь олигарха Тятькина! Он ей квартиру подарил». Оставленные альфа-самцами, дамы становятся весьма привлекательны для самцов-бета. Наблюдатели всего этого зоопарка иронизируют: раньше девушку брали из хорошей семьи, теперь – от хорошего любовника.

В таком контексте грань межу мужем и немужем довольно призрачная. Бывший «статусный» любовник – что-то вроде хорошего приданого. Раньше бы я посмеялась над этими статусами-фигатусами. А теперь… призадумалась.