Бывший солист Большого театра, «сбежавший» с 43 миллионами рублей: «Я пытался спеть судье прямо из клетки...»

Теперь Сергей Гайдей будет петь в Рязанском музыкальном театре (на заднем плане) и выплачивать деньги обманутым вкладчикам.

Фото: Михаил ФРОЛОВ. Перейти в Фотобанк КП

История Гайдея прогремела во всех СМИ. Певец собрал с коллег из Большого деньги на дачные участки и пропал. Все думали, что солист потягивает шампанское где-нибудь на Канарах. А он вдруг нашелся в небольшом поселке Тума на Рязанщине, где с утра до ночи ремонтировал машины.

Мы встретились в фойе Рязанского музыкального театра - бывший тенор Большого теперь будет работать здесь.

ОБЕЗЬЯННИК ПЕРЕПОЛНЕН, ПРИХОДИТЕ ЗАВТРА

- Сергей, что случилось с деньгами, которые вы собрали?

- В приговоре суда сказано, я их растратил. И я своей вины не отрицаю. В этой истории с участками все как-то сразу наперекосяк пошло. Сначала пришлось занимать 100 тысяч долларов, чтобы внести аванс. Расплатиться не успел. А это оказались деньги общака: поставили на счетчик - процент в день. Потом один знакомый порекомендовал даму, которая в земельных делах дока. Я на нее полностью положился. А она развела меня на кучу денег. Например, предложила взять в банке кредит на те 2,5 миллиона долларов, которые стоил участок. Чтобы сразу его выкупить. Прекрасная идея! Но для этого нужно провести оценку, сделать геодезию, межевание. А это, знаете, сколько стоит! Оценка только по договору стоила 2,5 миллиона рублей, а на самом деле больше. И когда мы вбухали кучу денег, эта дама вдруг заявляет: в том банке кредит взять не получилось, но в другом железно обещают. Только надо все по-новой делать, потому как у нового банка свои аккредитованные фирмы. Потом смена статуса земли, межевание, строительство забора... Мне постоянно обещали: все решим, только надо заплатить «в последний раз». Взятки, откаты, посредники - вокруг меня вертелся целый рой проходимцев. Деньги таяли, как лед в стакане чая.

- Но почему вы сбежали, а не объяснили все коллегам?

- Когда мне пришлось уехать, коллеги были уже ни при чем. Денег стало не хватать, и я начал привлекать, скажем так, сторонних инвесторов. В итоге долг в 43 миллиона разделился примерно пополам - чуть больше артистам, чуть меньше этим людям. Я поначалу не знал, кто они. Их рекомендовал человек, которого я считал другом. Он тоже был солистом Большого. Потом оказалось, что среди тех, кого он привел, и «авторитетный» бизнесмен, много раз судимый, и чеченцы из подмосковной группировки. Когда ситуация стала критической, они начали требовать деньги назад.

Я тогда уже решил сам заработать и со всеми расплатиться. Ведь я руководил фондом «Опера», организовывал концерты по всему миру. Зарабатывал 350 - 400 тысяч рублей в месяц, не напрягаясь. Люди, которых я вывозил за границу, получали от 500 до 3 тысяч евро за концерт. По моим подсчетам, отдать долги можно было года за два напряженной работы. Но тут свалилась еще одна проблема. Еще раньше знакомый, бывший финдиректор Большого, решил привезти Элтона Джона в Москву. Взял 100 тысяч долларов в кредит на рекламу, а меня попросил быть поручителем. Но Элтон Джон не приехал. А финдиректора посадили за какие-то махинации с квартирами. В общем, приехали приставы и выгребли все, что было, включая четыре машины - «Мерседесы», «Вольво».

«Сторонние инвесторы» ждать не умеют. Меня вывозили в лес, приставляли пистолет к виску, метали в меня нож, угрожали детей пустить на органы, а жену - по кругу.

Это было невыносимо. Многие концерты пришлось отменить, жену отправил в другой город... А потом мне позвонили: «Приезжай. Будем решать, сейчас тебя убивать или чуть попозже». Это был финальный аккорд. Бросаю симку в одну сторону, телефон в другую... Прыгаю в старенький «Вольво», который купил за 30 тысяч, отрываюсь от хвоста и мчусь во Владимир.

- Почему именно туда?

- Там жил знакомый, я перекантовался у него месяц. Потом продал «Вольво», снял небольшую конуру и устроился работать в такси. Гонял по городу на ржавой «семерке» «Жигулей» и даже зарабатывал сравнительно неплохо. А через полгода меня остановили гаишники за непристегнутый ремень. Пробили по базам: «Парень, да ты в розыске!» - говорят. И тогда мне пришлось уехать.

- А полицейские вас что, не задержали?

- У них обезьянник оказался переполнен. Забрали машину и сказали: «Приходи завтра, будем разбираться». Я тогда написал записку на фирму - объяснил, что вынужден срочно уехать. Передал ее через коллегу-таксиста, и в пять утра меня во Владимире уже не было.

СПАЛИЛСЯ НА ПРАВАХ

- Но почему вы не сдались сразу?

- Те, кто мне угрожал, еще до моего отъезда говорили: «Мы тебе сесть не дадим. Попробуешь сдаться, живым не вернешься». Я верил. И боялся. Видел только один выход: заработать деньги и начать их возвращать. Отдам двум-трем, люди поверят мне. Минимальный долг был 150 тысяч рублей, я надеялся накопить хотя бы эту сумму.

Из Владимира я уехал в поселок Тума в Рязанской области. Устроился в автосервис, постепенно научился и масло с колодками менять, и двигатель перебирать. Зарабатывал около 20 тысяч рублей в месяц, хватало только на жилье да еду. В свободное время брался за все. Клал крыши, стелил полы, разгружал машины... Все тщетно. Я понимал, что вернуть долги могу только пением. Ведь на концертах я иногда за вечер зарабатывал столько, сколько в автосервисе за год. Оставался один вариант: идти в полицию.

- И что, прямо взяли и пошли?

- Не совсем... В Туме один человек сделал мне права на имя какого-то беспробудного пьяницы. Однажды мне пришлось заплатить по ним штраф. Причем права пробили по базам - никаких проблем. А через два года тот беспробудный пьяница вдруг перестал пить и решил тоже сдать на права. А в ГИБДД смотрят: у него они уже есть. В общем, приехал ко мне гаишник, что штраф выписывал... Я, честно говоря, сразу почувствовал облегчение. Пойдем, говорю, все тебе расскажу.

- А если бы пьяница не пошел на права сдавать, долго бы еще бегали?

- Максимум полгода. Честно, уже на грани был.

ПОСЛЕДНЕЕ СЛОВО В СТИХАХ

- В СИЗО, наверное, непросто пришлось?

- Поначалу да. Но, знаете, что? Я очень благодарен «Комсомолке». Потому что со всех телеэкранов кричали, что я мошенник, что сбежал с миллионами. А вы разобрались и написали примерно так, как было на самом деле (см. номер от 18 апреля этого года и сайт kp.ru). После этой статьи бывшие коллеги из Большого изменили ко мне отношение. В суд мне дали хорошую характеристику, многие потерпевшие в суде высказались в том смысле, что надо как-то без тюрьмы обойтись, что на воле я им деньги быстрее верну. И что еще важно, изменилось отношение ко мне в СИЗО. Стало намного легче, я даже начал петь иногда. Вы не представляете, впервые за три года я пел, не таясь. На День Победы во внутреннем дворике устроили целый концерт. Я спел много военных песен, осужденные и охранники искренне аплодировали.

- Вас приговорили за растрату, но сначала обвиняли в мошенничестве...

- Нам с адвокатом удалось доказать, что умысла похитить деньги у меня никогда не было. Мы предъявляли документы: вот на это я потратил такую-то сумму, на это - другую. «Я виноват, - говорил я. - Но я не мошенник». В конце концов прокурор встал и сказал: прошу изменить статью на «растрату». Правда, он все равно потом попросил 5 лет заключения. Я очень боялся, что еще несколько лет мне придется провести в тюрьме. Даже последнее слово сочинил в стихах - просил дать мне шанс. И я очень благодарен судье, что она сочла возможным условный срок. Хотел спеть для нее прямо из клетки, но она не разрешила.

- Вы остаетесь должны 43 миллиона рублей. Как будете отдавать?

- Отдам все до копейки. Правда, не знаю, сколько уйдет времени. Уже устроился в театр, со временем, когда восстановлю форму, буду продвигать параллельные проекты. Да что там, чтобы вернуть людям деньги, я готов петь даже на корпоративах и в ночных клубах.

- «Сторонние инвесторы» пытались выйти на вас после освобождения?

- Эти товарищи были в суде. Судья им говорит: вы же понимаете, что если будете и дальше давить на Гайдея, то ничего не добьетесь. Они соглашаются. «Пусть, - говорят, - работает и расплачивается».

- А что с тем участком земли?

- Насколько я знаю, его перевели в статус дачного строительства еще до моего отъезда.

- Сейчас не хотите снова взяться за это дело?

- Ни за что!

ВЗГЛЯД С 6-го ЭТАЖА

Тенора могли посадить раньше - за взятки

Не будем обманываться, этот человек - преступник. Может быть, он действительно не хотел присвоить деньги. Но он собрал гигантскую сумму и пустил ее на сомнительные операции. Он даже взятки давал, за что его могли посадить еще тогда. Не мог он не знать, что связывается с бандитами и мошенниками: они слетелись на запах денег, и любой нормальный человек сразу попробовал бы вывернуться из их ласковых объятий. Но нет, Гайдей бросает чужие деньги, словно в топку тепловоза, надеясь, что он вот-вот поедет. Впрочем, от тюрьмы и сумы не зарекайся. Гайдей наказан, никто не стал обжаловать приговор. Правда, его наказание закончится не через 4 года, а только когда он, как обещает, расплатится с доверившими ему деньги людьми.