Пани Моника жила отдельно от Аросевой

Ольга Аросева говорила о себе: «Я прожила сложную, но счастливую жизнь». Она дружила с Татьяной Пельтцер, которая познакомила ее с Раневской; играла на одной сцене с Папановым и Мироновым. Ее пани Монику из «Кабачка «13 стульев» народ просто обожал. А еще Аросева озвучила Бабу-ягу и госпожу Белладонну в мультике про поросенка Фунтика. О себе Аросева рассказала в автобиографической книге «Без грима», фрагменты из которой мы публикуем в память об актрисе.

О казни отца

«Всю свою жизнь я верила, что отец невиновен. Писала в инстанции. Ждала. Но трагедию отца с именем Сталина не соединила. Погубили другие, не он. Его я знала лично, ему писала, он мне так хорошо ответил…

Мы родились в один день. Он не мог погубить. И, как большинство людей в день его смерти, я очень плакала. А вот мама - нет.

В то время я была замужем. Была беременна, плохо себя чувствовала. Показалась врачу, и тот потребовал, чтобы я немедленно легла в больницу. Но в траурные дни не разрешили играть веселые спектакли. А в нашем театре имелся только один невеселый, «Пролитая чаша», где я без дублерши исполняла главную роль. Еле дотащившись до Малой Бронной, я сказала руководству, что могу сыграть лишь один раз сегодня вечером. И пусть они срочно вводят новую актрису… Поплелась домой… Почувствовала страшную смертельную дурноту. Началось кровотечение. Муж в ужасе кинулся вызывать «Скорую». Меня увезли в больницу, приказав соблюдать полную неподвижность. Мне полегчало. К вечеру я сказала врачу, что должна обязательно играть спектакль. Меня отпустили под расписку. Я сыграла, и меня снова увезли на «Скорой помощи». Прямо на операционный стол. Сделали срочную операцию.

Утром пришла убитая моим состоянием мама. Я лежала без слез, совершенно опустошенная. И жить мне не хотелось. Странная мысль не отпускала меня. Мы родились со Сталиным в один день. Не должна ли и я умереть теперь, как он?

…Я получила справку о реабилитации отца.

Написала Молотову: «Уважаемый Вячеслав Михайлович! Вам небезынтересно будет узнать, что ваш школьный друг ни в чем не виноват».

В 1955 году Молотов еще оставался очень высокой властью... Мне хотелось знать, почувствует ли он и такие, как он, - решавшие, осуждающие - стыд…

Полина Семеновна Жемчужина отозвалась немедленно. Разыскала меня, позвонила, сказала: «Возьми всех, кто есть, и приезжайте. Я пошлю машину».

Сестра Наташа ехать отказалась. Я позвала с собой племянников… В прихожей Полина Семеновна обняла меня и долго не выпускала из объятий. А потом появился он. Совсем не изменившийся…

Молотов заговорил, как прежде, окая, чуть заикаясь: «Вот прочел… Да… Да… Отсутствие состава преступления.

1937-й… Долгонько разбирались, долгонько».

И больше ничего не сказал. Ни стыда, ни сочувствия не было в его словах…»

Звездным часом Ольги Александровны (в центре) стала роль в «Кабачке «13 стульев». Остроты ее пани цитировала вся страна.

О «Кабачке»

«Однажды Саша Белявский, уже известный киноактер, принес в студию польский сатирический журнал «Шпильки». Мы пришли в восторг… Поначалу мы играли эти миниатюры без имен… Начинался наш «Кабачок» очень скромно. Думали, сыграем раза два-три сценки и на этом все кончится…

Андрюша Миронов говорил, что не согласился бы участвовать в такой популярной передаче, как «Кабачок», и удивлялся, как это я не боюсь, что пани Моника заслонит меня как актрису…

Счастливое время «Кабачка» совпало для меня с очень тяжелым периодом в театре. Я поссорилась с Плучеком, и десять лет он не давал мне ни одной новой роли. Валентин Николаевич никогда не ставил под сомнение мои актерские возможности. Просто не хотел работать со мной. «Кабачок» спасал меня в долгие годы невостребованности, ненужности в театре. Душу успокаивала и лечила любовь людей. И, кажется, сбывалось предсказание Миронова: пани Моника становилась все более самостоятельной. Письма писали ей. В гости приглашали ее, а не меня. Но это отчуждение роли не пугало, а веселило и забавляло меня, ее создательницу».