Boom metrics
В мире30 октября 2013 22:00

Чего нам ждать от Грузии без Саакашвили

Итак, Грузия обрела нового президента. И сделала это практически без интриги
Президентом стал Маргвелашвили (слева), но эксперты считают, что многие ключевые решения будет принимать нынешний премьер Иванишвили (справа).

Президентом стал Маргвелашвили (слева), но эксперты считают, что многие ключевые решения будет принимать нынешний премьер Иванишвили (справа).

Им стал Георгий Маргвелашвили - кандидат от правящей коалиции нынешнего премьер-министра страны Бидзины Иванишвили «Грузинская мечта», за которого проголосовало свыше 62% избирателей.

За явным преимуществом

На втором месте устроился Давид Бакрадзе, кандидат от партии складывающего свои полномочия Михаила Саакашвили. Он набрал почти втрое меньше голосов (примерно 22%). Замкнула тройку лидеров Нино Бурджанадзе (около 10%).

Уходящий Саакашвили, кстати, не имеет ничего против итогов голосования. И это означает, что в постсоветской истории Грузии власть впервые перейдет в руки другой политической силы цивилизованным путем.

С вступлением в должность нового президента в Грузии вступают в силу поправки в конституцию. Они превращают страну в парламентскую республику. Президент останется верховным главнокомандующим и главой совета национальной безопасности, но основные решения станут принимать кабинет министров во главе с премьером и парламент.

Кто вы, батоно Маргвелашвили?

Георгий Парменович - человек, который не блистал до сих пор яркой звездой на грузинском политическом небосклоне. Коренной тбилисец, родившийся в 1969 году в семье номенклатурного сотрудника компартии Грузии, он окончил факультет философии и психологии Тбилисского госуниверситета. Несколько лет поработал в бизнес-структурах (занимая должности от гида в турагентстве до помощника менеджера в издательстве), а затем вернулся к преподавательской деятельности в высшей школе.

В середине 90-х Маргвелашвили учился в Чехии, в Институте Центральной Европы. После победы коалиции Иванишвили на парламентских выборах в октябре прошлого года занял пост министра образования, а в феврале нынешнего года стал его совмещать с должностью вице-премьера.

Георгий Маргвелашвили в совершенстве владеет русским и английским языками, не женат, но имеет дочь. Является сторонником вступления страны в

НАТО, сближения Грузии с Евросоюзом и США и противником независимости Южной Осетии и Абхазии, хотя понимает, что силовыми методами эту проблему не решить.

«Это революция»

Это победа противников ярого русофоба Михаила Саакашвили. Причем это уже их вторая победа. Первая была год назад, когда команда Саакашвили потерпела сокрушительное поражение на выборах в парламент. А вскоре после инаугурации нового главы государства грядет и третья. Бидзина Иванишвили объявил об уходе в отставку с поста премьер-министра. По всей видимости, он просто уйдет в тень, но не ослабит своего политического влияния, а станет неким координационным центром.

Несомненно, российско-грузинские отношения в какой-то степени улучшатся. С одной стороны, Кремль не раз заявлял, что готов к их нормализации, но только не с Саакашвили. С другой - Тбилиси предпринял ряд шагов, в результате которых грузинские предприятия возобновили поставки в Россию. Но ожидать ренессанса отношений все же не стоит. С этим согласен и эксперт «КП».

- Главный результат прошедших выборов - формирование в Грузии однородной власти во всех ветвях. Власти, настроенной на расширение сотрудничества с нашей страной, - считает Вячеслав Никонов, депутат Госдумы, председатель правления фонда «Русский мир». - Но надо помнить, что между нами стоит один большой вопрос - Абхазия и Южная Осетия. Никакое грузинское руководство никогда не признает их суверенитет. Но и Россия не может пойти на отказ от признания суверенитета Сухума и Цхинвала.

- Что же делать?

- Выход пока видится один - наращивать экономическое сотрудничество и строить безбарьерную зону, чтобы вопрос формального суверенитета ушел с первого места на задний план. Ведь в том же Евросоюзе сейчас мало кого волнует, кому принадлежат Эльзас и Лотарингия. Да, это долгий процесс, на который уйдут годы, но он лучше конфликтов и войн.

- Революционного прорыва в отношениях, значит, не ждать?

- То, что произошло, - уже революция.