Жить не своей жизнью
«Я - это не он»
Не внушающая особых надежд конкурсная программа началась с турецкой вещи под философским названием «Я - это не он» (I Am Not Him) Тайфуна Пирселимоглу - образца унылого и претенциозного фестивального псевдежа на свежую тему поиска идентификации человеком решительно без всяких свойств, не считая усов, лысины и бледно-чахлого живота. Главный герой, немолодой работник столовой, войдя в сношение с посудомойкой, обнаруживает, что ее сидящий в тюрьме муж, как две капли воды, похож на его малосимпатичную образину. После того, как посудомойка, к общему облегчению, кончает с собой в своем первом и последнем путешествии к морю, персонаж, разумеется, сбривает себе усы, напяливает очки и принимается жить не своей жизнью. Подобно этому псевдогерою режиссер Тайфун, также не является тем, кем себя воображает - наследником великих поэтов кинематографа, задолго до него закрывших мучительную тему двойничества. Может, ему в столовую поработать пойти?
Подававший надежду Майкл Роу (его «Високосный год» заработал некогда «Золотую камеру» за лучший дебют в Каннах) сильно разочаровал своим вторым фильмом, «Колодец» (Manto acuifero) - произведением для любителей вояжей в светлый мир детства, оборачивающихся, представьте, путешествием в сердце тьмы.
Сюжет первого фильма Роу составляла история отношений малопривлекательной журналистки-надомницы с ее приходящим партнером по игрищам в садо-мазо. Невнятную душу надомницы обуревали темные чувства: она мечтала о том, чтобы ее анонимный брутальный ухажер однажды не просто потешил ее «золотым дождем», а радикально избавил от постылого и уже мучительного существования... Новый фильм подобной оригинальностью сюжета похвастаться, увы, не может, хотя действие тоже носит подчеркнуто камерный характер, безвылазно разворачиваясь в доме и в саду, полном жуков и червяков, которых, не покладая рук, исследует подражающая своему отцу-зоологу 8-летняя девочка. На дно колодца, как в пучину мрачного бессознательного, она вытесняет воспоминания об отце, забыть которого от нее настоятельно требует противный отчим и сахарная мать. В непроясненной душе страдающей энурезом девочки начинают зреть темные чувства... Прописавшийся в Мексике австралиец фильмом «Колодец», оказывается, продолжает свою трилогию об одиночестве, но смотреть его третий фильм как-то не тянет: к нарисованной им однажды картине мира и второй-то ничего не добавил.
