Путешествие по Центральной Азии: Светлый путь по-узбекски

Сергей Пономарев отправился в новое путешествие.

Фото: Сергей ПОНОМАРЕВ. Перейти в Фотобанк КП

Продолжение. Начало в номере за 11 января с.г.

В первом репортаже наш корреспондент рассказал, как оставшиеся в Ташкенте русские разделились на тех, кто вполне доволен своей жизнь, не собираясь ничего менять, и тех, кто мечтает перебраться в Россию.

“ЗАВИДУЮ РОССИЯНАМ – КАК ОНИ ПИТАЮТСЯ!”

Это ведь только в романах видного писателя (и по совместительству первого секретаря ЦК Коммунистической партии Узбекистана) Шарафа Рашидовича Рашидова и в снятых по ним эпическим полотнам киностудии «Узбекфильм» бывшие дети дехкан выходили из своих кишлаков на большой путь и становились к кульманам в КБ и станкам с числовым программным управлением в светлых цехах. На деле же большинство детей дехкан предпочитали, как их деды и отцы, ходить в галошах на босу ногу, выращивать овощи и хлопок и варить плов в чайханах. Или, если сильно повезет, отводить воду в арыки на поля. А на шахты, заводы и ТЭЦ приходилось завозить рабочих и специалистов из Костромы, Гомеля, Винницы и прочих российско-белорусско-украинских городов и весей.

Многие в начале 90-х уехали. Но многие и остались. Галина, бывшая инженер-программист, выпускница Тульского политеха, торгует на “бродвее” в центре Ташкента бусами из поделочных камней и всякой хрустальной бижутерией - это у нее запасы еще времен трудовой деятельности:

- Ну и как торговля? Не мешают?

- Да как не мешают... Только тем и заняты, что подписываем протоколы у милиции. То за незаконную торговлю, то за нарушение экологии.

Интересно, как это картины и всякая бижутерия могут повлиять на экологическое состояние столицы солнечного Узбекистана? Может, акварельные краски стекают с ватмана, проникают в землю и отравляют грунтовые воды? Или бусы под лучами солнца превращаются в линзы и ослепляют приборы наблюдения СНБ?

- Как живете здесь, Галина?

- Я приехала сюда на завод по распределению в 1973-м. Эх, как мы хорошо раньше жили! Как питались вкусно! Как одевались! Как отдыхали! Вот, помню, мне профсоюз дал путевку в санаторий. А сейчас... У меня пенсия в два раза меньше прожиточного уровня. За квартиру платить надо, за газ, за свет, за воду.

Это для приезжих местные цены кажутся фантастически дешевыми: вареная колбаса - 16000-22000 сумов за килограмм (в переводе на российские деньги получается 180-250 рублей за кило), правда, вид у нее такой, что даже пробовать не хочется. Литр молока, самой низкой жирности, стоит 4 тысячи сумов (примерно 45 российских рублей). Свежие говядина и баранина - в зависимости от разделки - 24-32 тысячи сумов (270-360 рублей), самый обычный сыр типа "Тильзитер" или "Витязь" подороже - от 66 тысяч сумов (740 рублей за кило). Зато хлеб - 600-700 (7-8 рублей буханка), лепешка - от тысячи сумов и больше (от 12 рублей). Эх, такие бы цены да к российским зарплатам! Но в Узбекистане зарплаты – у тех, у кого они есть, в два, а то и в три раза меньше. А пенсия в 500 тысяч сумов (меньше 6 тысяч рублей), как у Галины, считается очень хорошей, ведь есть пенсии и 120-150 тысяч сумов (1400-1700 рублей).

- И что же вы не уедете?

- Поздно мне уже, да и некуда. Была жива сестра в Туле, звала к себе, теперь сестра умерла, а племянникам, ее детям, я не нужна. Эх, не сглазить бы, как вы там в России хорошо живете, как питательно! А у нас что - только чай да хлеб.

Похоже, многие пожилые русские в Узбекистане существуют впроголодь. Покупаю у Галины какую-то совершенно ненужную мелочь и ухожу в расстроенных чувствах.

Лепешка на любом узбекском рынке стоит совсем недорого - 1000 сумов (около 12 российских рублей).

Фото: Сергей ПОНОМАРЕВ. Перейти в Фотобанк КП

ПТИЦА СЧАСТЬЯ ЗАВТРАШНЕГО ДНЯ

Банкомат в Узбекистане – это как легендарная птица Семург из волшебных узбекских сказок: все верят, что она есть, но ее никто не видел. Банкоматов в Узбекистане нет. Нет вообще. Разве что в Ташкенте имеется два-три, в самых крупных торговых центрах. Там же при известном везении можно расплатиться карточкой.

Система денежного обращения в стране вообще затейлива и извилиста. Загадкой, например, является обменный курс сума. В Нацбанке он на редкость стабилен и удивительно далек от жизни: от реального курса на "черном рынке" отличается в меньшую сторону в 2 (два) раза. Поэтому в банках здесь к окошкам обменников вообще никого - видимо, эти окошечки и держат только потому, что "так надо, так положено".

В первый же вечер иду на вокзал, где тусуются менялы – местные Тахиры и Зухры с заплечными сумками, в которые уложены тянь-шани и заилийские алатау купюр. Сгоряча меняю сразу 200 долларов. Зря я это, потому что в ответ получаю связанные резиночками увесистые пачки. Почти полтора миллиона сумов. Чтобы поместить их, нужна изрядная борсетка, а я уже подзабыл с 90-х о таком аксессуаре-причиндале…

В стране царствует наличка. Между тем пенсии и зарплаты многим бюджетникам переводят, как здесь говорят, на терминал. И как жить? Как покупать? Как оплачивать жилье и общественный транспорт? Вот и идет человек к знакомому престижной для Узбекистана специальности - бухгалтеру-кассиру или оператору на АЗС, которые имеют доступ к волшебной машине по превращению виртуальных денег в хрустящие купюры, и просит: "Будь другом, обналичь мою пенсию". Бухгалтер-кассир или оператор на АЗС не ломаются, но берут за услугу свой процент. Кто десять процентов от суммы, а кто и все пятнадцать.

Фактически в Узбекистане действует система двойных ценников - безналичных и наличных. Хочешь купить телевизор или холодильник, да даже ботинки или рубашку? Будь готов, что цифры на ценниках процентов на сорок, а то и вдвое больше реальной цены. Пишут, например, - сам видел – на китайской микроволновке "Никай" (“Только вчера из Дубая привезли, брат!”): 880 тысяч сумов (10 тысяч рублей по-нашему), но продавец тут же говорит: "Скидку дам, однако", - и на лежащем рядом калькуляторе показывает новую цену: 520 тысяч сумов (пять с половиной тысяч российских рублей). И все, кроме меня, пришельца, без слов понимают, что первая цена, это если платить безналично, через терминал, а вторая, которая почти вдвое меньше, при оплате кэшем, принесенном в пачке с резиночкой.

Далее о путешествии нашего корресподента смотрите в спецпроекте "Путешествие по Туркестану: Центральная Азия, открой личико!"