Швейцария собралась платить всем гражданам по 2250 евро в месяц: возможно ли такое в России

Н. Вардуль:

- Добрый вечер. Меня зовут Николай Вардуль. Я предлагаю вам привести вместе со мной этот час. О чем мы будем говорить? О чем я буду говорить, вы будете слушать, может быть, участвовать в передаче вопросами. Знаете, когда я ехал на передачу, я думал, что тема будет немножко иной. Я предполагал поговорить о такой немножко парадоксальной, на мой взгляд, ситуации, когда Банк России и ФРС оставили ставки без изменений, хотя положение в экономике этих двух стран разное. И мотивы, которыми руководствовались регуляторы, тоже. Тем не менее, хотел поговорить на тему Льва Толстого: все ли счастливые семьи счастливы одинаково?

Но на подлете возникла идея прокомментировать и вообще поговорить на такую, на мой взгляд, действительно очень интересную тему, как появившаяся информация о том, что Швейцария и Финляндия, такие же проекты есть и в других странах, например, в Голландии и Дании, готовят, обсуждают решения, по которым граждане, скажем, Швейцарии могут получать просто за то, что располагают швейцарским паспортом. 2,5 тысячи швейцарских франков. Это 2250 евро по сегодняшнему курсу. Там говорится даже о том, что и дети будут получать деньги, не такие, конечно, насколько я помню, 625 евро. Близкая идея обсуждается в Финляндии. Там говорится о том, что финский паспорт принесет его владельцу 800 евро. И здесь первый вопрос: это что, мечты или это все-таки близко к реальности?

Давайте посмотрим. Во-первых, в Финляндии эту инициативу продвинул не кто-нибудь, а премьер-министр этой страны. Так что вероятность достаточно высока, что это решение и будет принято. Финляндия рассчитывает вот эту меру ввести в будущем году. А в Швейцарии уже назначен референдум. Швейцария такая вот страна, где большинство вопросов решается референдумом. Это такая самая что ни на есть демократичная форма принятия решений. Так вот, референдум на эту тему уже назначен. Это будет июнь этого года. И скажите мне, граждане Швейцарии проголосуют за или против того, чтобы их паспорт приносил им дополнительно 2250 евро? Я думаю, вы со мной согласитесь, что референдум будет, скорее всего, положительный.

Первый вывод, который мы сделали, что это не просто какие-то отвлеченные мечтания, не, скажем, Швейцария вдруг решила сказку о щучьем велении сделать былью. Нет, нет, нет. Европейцы сказками не руководствуются. Они в этом смысле менее романтичны или менее богоносны, скажем так, чем мы с вами и чем даже американцы. Вот давайте вспомним, Джордж Буш-младший признавался в том, что во сне он беседовал с богом. И по результатам этих бесед давал добро на операции в Ираке. Ну, что здесь правда, что тут ложь, - это надо спрашивать у Джорджа Буша. Но рациональными такие объяснения его политики не назовешь. Европейцы, нет, они рациональны. Так чем же они руководствуются? Что это вдруг швейцарцы решили строить в Альпах коммунизм, что ли? Ну, коммунизм – это тоже, в общем-то, мечта, это тоже, как показывает, по крайней мере, прошедшая история, скорее, сказка, чем быль.

Чем же они все-таки руководствуются. Вы знаете, мне больше всего понравилось обоснование, которое давали финны. Они рассуждали так. Знаете, это некий парадокс, скажем так, скандинавского социализма. То есть в Финляндии, да и в Швеции, и в Норвегии, ситуация такова, что, если ты живешь на социальные выплаты всякого рода, то твой уровень жизни, в общем-то, не кардинально отличается от тех, кто работает. Это, конечно, нехорошо, потому что теряется стимул к тому, чтобы работать. И финны говорят: хорошо, а вот мы поступим так. Мы всех уравняем, предоставив плату за паспорт, условно говоря, 800 евро, а те, кто работают, они существенно увеличат свои доходы. Значит социальная дифференциация тем самым увеличится. Значит стимулы к тому, чтобы бороться за какие-то вакансии, за то, чтобы не лежать на диване, а все-таки работать, повысится. Вот такое неожиданное обоснование.

Что касается швейцарцев, то там пока ограничиваются расчетами о том, как это действительно повлияет. Вот будет принято это решение, и что случится на рынке труда. Что, неужели, действительно, будет отток с рынка труда? Неужели возобладает лень? Пока опросы, которые были проведены в Швейцарии, показывают, что нет. Что даже введение вот этих дармовых доплат не приведет к тому, что народ прекратит изнурять себя непосильным трудом. То есть, нет, работа останется. Это означает, что работать, скажем, в Швейцарии или Финляндии – это уже не столько способ обеспечить себе хлеб насущный, а это в значительной степени просто-таки потребность. То есть в этом смысле продвижение к альпийскому коммунизму налицо. Вот в такой неожиданной форме. Давайте попробуем подвести второй итог. Первый итог заключался в том, что это не бредни, а, в общем-то, реальность. Второй итог, что здесь, как ни странно, есть вполне внятное экономическое обоснование. А вот есть ли еще какое-нибудь обоснование, мы тоже к этому обязательно подойдем.

Мы обсуждаем предложение в ряде стран Европы ввести социальные выплаты, которые никак не связаны с трудовой деятельностью. Их получат и те, кто работает, и те, кто безработные, и пенсионеры. Просто за факт наличия паспорта, прежде всего речь идет о Швейцарии и Финляндии. Повторяю, возможно, это станет новой европейской модой, не знаю. Ну так вот, мы с вами уже договорились о том, что перспектива такая есть. Она реальна. Как это ни может показаться парадоксальным на первый взгляд, главное обоснование – экономическое. То есть этот акт социальной политики рассматривается с точки зрения поддержки экономики, с точки зрения стимулирования работать. Об этом мы говорили на примере Финляндии. Ну и, естественно, это будет стимулирование платежеспособного спроса. А платежный спрос – это один из двигателей экономики.

Но есть и еще одно обоснование, на мой взгляд. О нем пока громко не говорится. Но я в этом уверен, это один из ответов на вызов мигрантов. Европу заполонили выходцы с других континентов. И аборигены, европейцы, испытывают социальное недовольство не только в связи с поведением этих новых жителей Европы, но и в связи с тем, что есть угроза зарплатам, рабочим местам. Ну так вот, ответ заключается в том, что, если вы граждане тех или иных стран, то вас беспокоиться не о чем, вы получите деньги уже за факт того, что вы граждане. Это, конечно, будут некие параллельные события развиваться. То есть сократятся в определенном смысле наверняка бесплатные социальные услуги в этих странах. Это надо как-то балансировать. Во-вторых, конечно, ужесточатся условия получения паспортов этих стран. Так что здесь будут, как это всегда бывает, главное и побочное события. Но нас, конечно, интересует другое.

Швейцария – это замечательная страна, об этом мы знаем, в частности, из биографии Владимира Ильича Ленина, который там провел немало времени. А как же Россия? Возможно ли что-нибудь подобное в России? Вот сейчас мы с вами заслушаем некоторые расчеты, которые на эту тему сделал мой коллега Дмитрий Бутрин.

- Гарантированный доход. В России бы он составлял по той же схеме, исходя из соотношения к ВВП Швейцарии, порядка 22-23 тысяч рублей в месяц. Минус больничные, значительная часть бесплатной медицины, половина школы. Ну, и общественный транспорт по полной стоимости, примерно в два-три раза рост тарифов на него. Все пенсионные дела и экстренная медицина остаются. Часть обычной медицины - тоже примерно половина. Льготы по ЖКХ нет никому. Социального найма жилья нет совсем никому.

Н. Вардуль:

- Это позиция Димы Бутрина. Он показывает, что при принятии подобных решений надо учитывать и ту социальную инфраструктуру, которая уже есть, которая тоже стоит денег. И он исходит из этого. И вывод его, вероятно, заключается в том, что подобного в России, пока, по крайней мере, ждать не приходится. У нас есть некие компенсационные формы, больше бесплатных социальных услуг. Но вот такого шага нам ждать не приходится. Да, я с этим согласен. Но здесь, конечно, надо говорить и о том, что у нас, собственно, приоритеты в финансовой политике совсем другие. Да, конечно, у нас социальные обязательства государства достаточно велики, и не все они выполняются. Ну, например, мы знаем, что в этом году страховые пенсии индексируются на 4 % при инфляции официально 13 %. Хотя по закону предполагается, что здесь должно быть полное соответствие. То есть социальные обязательства государства есть, но они уже выполняются не в полной мере. И, естественно, новых социальных обязательств на себя государство набирать не будет, скорее всего. Зато есть другие приоритеты у нас в финансовой политике. Например, мы на военные расходы и расходы, связанные с правоохранительной деятельностью, и на всякого рода спецслужбы, которых у нас громадье, тратим примерно 4 % ВВП. Это достаточно много. Это слишком много, на мой взгляд. Наши приоритеты финансовой политики, к сожалению, к альпийским образцам коммунизма нам приблизиться не дают.

Раз уж мы эту тему затрагиваем, я бы ограничивался все-таки не только бюджетной темой, а вот давайте посмотрим на эту проблему со стороны тех самых мигрантов. Вызов мигрантов – на мой взгляд, здесь есть прямая связь, об этом я уже говорил, это выделение своих граждан, которые получают преимущества перед всякого рода пришельцами априори. И это должно в какой-то степени успокоить старых европейцев, которым явно не по себе от нашествия новых. Но давайте все-таки попробуем разобраться. Вот, понимаете, нам иногда очень примитивно вот эту картину раскрывают. Нам говорят, что, ну посмотрите, сначала Соединенные Штаты обвалили режимы и целые государства в ряде стран – в Ливии, в Ираке, пытаются это сделать в Сирии. Вот, пожалуйста, источник этих мигрантов. Мигранты одолевают Европу, не Соединенные Штаты. Поэтому вот все вопросы к дяде Сэму. Здесь есть резон, я никак не спорю.

Но вот при таком подходе у нас как-то рассматриваются эти мигранты как некий аморфный материал. То есть это вот такой рычаг, которым пользуются. Да, да, педалирует наш телевизор всякого рода нехорошие явления, которые они приносят с собой. Но давайте все-таки вспомним, что это люди. А каждый человек имеет право искать, где ему лучше. Это у него с самого начала есть. И поэтому относиться к ним все-таки как к людям – это правильно. И вот тот выход, который находят, если это имеет отношение к мигрантам в таких странах как Швейцария и Финляндия, это, на мой взгляд, очень социальный выход. Да, справедливости никто никому никогда не обещал полной. Поэтому получается, что вот эта дифференциация в доходах усиливается в пользу аборигенов. Но тем не менее, это нормальная попытка сгладить противоречия, которые есть. Не силой, не ужесточением. Конечно, законы надо соблюдать. Потому что свобода – это не русская воля, когда что хочу, то и ворочу. А свобода – это соблюдение законов. И, если законы вас не устраивают, то есть процедура, как их можно изменить. А жить надо по законам. На мой взгляд, вот эти решения, которые готовятся в странах Швейцарии и Финляндии, это тоже элемент достаточно грамотной социальной политики.

Давайте послушаем мнение Сергея.

Сергей:

- Добрый вечер. Мне удивительно, кто решил все-таки в такое положение иждивенчески-паразитарно-овощное людей попробовать поставить. Неужели люди спокойно это проглотят? И будут в этом состоянии иждивенцев спокойно пребывать? Это же ведь унизительно, это оскорбление трудящегося и вообще сознательного человека.

Н. Вардуль:

- Сергей, вот давайте представим себе, что в вашем районе проходит референдум с тем же вопросом. Вот те, кто имеют российский паспорт, получат дополнительно 10 тысяч рублей. Вы думаете, как люди проголосуют?

Сергей:

- Несомненно, проголосуют положительно.

Н. Вардуль:

- И они все иждивенцы, вы считаете?

Сергей:

- Они должны задать вопрос: а за что? На каком основании? Из каких средств? Если это просто подачка, то логично будет хотя бы внутренне отказаться.

Н. Вардуль:

- Внутренне отказаться, но взять и положить на карман. Я понимаю. Да, источник чрезвычайно важен. Конечно, уже подсчитали и в Финляндии, и в Швейцарии, сколько это будет стоить бюджетам этих стран. Тем не менее, пока они рассматривают это как посильную тягу. По крайней мере, пока обсуждается, что вполне реальны эти решения, потому что итоги референдума предсказать нетрудно, а в Финляндии одним из главных лоббистов этого является премьер-министр. Так что это вполне реально. Я думаю, в России это невозможно не потому, что мы выше, а потому что мы этого просто не можем себе позволить.

Мы обсуждаем перспективы альпийского коммунизма в виде надбавок швейцарским гражданам за факт наличия у них в кармане швейцарского же паспорта. Этот феномен не только швейцарский. Аналогичное предложение есть в Финляндии. Вынашиваются такие идеи и в Дании, и в Голландии. Это некий тренд. Если это рассматриваться в качестве тренда, то, на мой взгляд, общий знаменатель здесь – это ответ на вызов наплыву мигрантов. Это способ успокоить местное население, дав дополнительные выплаты и показав, что на жизненный уровень новые мигранты если и повлияют, то вот страховка уже есть.

Один наш слушатель утверждал, что это вообще подачка и нечто стыдное. Не знаю, возможно. Тем не менее, я уверен, что, если бы такой вопрос был поставлен и в России, то число выступивших за если не публично, то внутренне было бы гораздо больше, чем тех, кто против. Если бы те, кто против, вообще нашелся. Здесь, конечно, есть и тема бюджетных ресурсов. И наверняка очень важен фактор времени. Потому что, как быстро в этих странах, которые пойдут по этому пути, будут иссякать бюджетные возможности, если число новых граждан будет увеличиваться? Я думаю, именно поэтому получить паспорта этих стран будет все труднее и труднее. Кому-то повезло, кому-то нет. Давайте вспомним сборную Швейцарии по футболу. Там, на мой взгляд, только одна, две, ну максимум три фамилии, которые восходят действительно в Альпы. Остальные фамилии имеют албанские, хорватские и прочие корни. Но у всех этих людей, конечно, есть швейцарские паспорта, иначе они бы не играли за сборную. Им повезло. Кому-то еще повезет, вероятно, меньше.

Здесь все-таки важен масштаб. Фактор времени и фактор масштаба. Потому что, если бы прибывали индивидуальные мигранты, то их интегрировать было бы, конечно, гораздо проще, чем когда они прибывают десятками тысяч. Они становятся такой обособленной частью населения, которую интегрировать крайне тяжело, если в принципе возможно. Поэтому на эту тему есть несколько сценариев. Первый сценарий более популярен. Во всяком случае, у нас. Это сценарий заката Европы. Это нашествие мигрантов, которое как только у нас ни называют. В том числе и было такое, что «антикрестовый поход», я где-то в телевизоре это услышал, который смоет европейские ценности в конце концов, и все будет предано регрессу. Это одна точка зрения. Вторая точка зрения заключается в том, что торопиться не надо. Что в любом новом развитии есть и движение вперед, и попятное развитие, и какие-то боковые ветви. То есть в принципе все-таки это каким-то образом урегулируется. И не надо забывать еще о положении в тех странах, откуда прибывают эти мигранты. Там ведь тоже возможны положительные изменения.

А сейчас мы послушаем мнение Петра.

Петр:

- Добрый вечер. Я по Швейцарии и Финляндии. Я помню преддефолтное время – 1998 год. На рынке, на котором и я работал, 6,3 рубля за доллар, полная тишина, во всех обменниках никакой паники. Меняли совершенно спокойно. Более того, я тогда зарабатывал, стопроцентную прибыль получал в долларовом эквиваленте. И тут вдруг наше уважаемое правительство говорит: ага, а денег нет, у нас дефолт. И все население отрезается от той долларовой массы, которую Черномырдин, бывший тогда премьером, добросовестно направлял вниз. Так вот, швейцарцы и финны сделают примерно то же самое, что делал Черномырдин. Валюта должна быть у населения. И только тогда страна стабильна. Можно ограничивать эти потоки, куда они пойдет – налево, направо, вверх, вниз. Но население должно быть богатым. Это идея номер один любого государства, мне кажется. А мы сразу говорим: нет, у нас это невозможно. У нас все доллары должны быть у определенной группы лиц, которые работают на фондовых рынках. А населению зачем?

Н. Вардуль:

- Идея ясна. В принципе, действительно, можно немножко по-другому мысль Петра повернуть. Вот смотрите, в целом ряде стран, в тех же европейских странах экономическая политика сводится к тому, что надо больше денег вбрасывать в экономику. Абстрактно в экономику. Прежде всего в банки. А можно, и Петр, вероятно, со мной согласится, эти деньги в значительной степени предоставлять прямо населению. И в Швейцарии и Финляндии именно так собираются сделать. И это, конечно, будет стимулирование платежеспособного спроса и поддержит экономику. Вот если я Петра правильно понял, то его мысль была такая. И, если она действительно такая, то я с ним совершенно согласен.

Мы с вами говорили о том, как же прогнозировать дальнейшее развитие, дальнейшую жизнь Европы. Значит ли это, что полный закат, все, конец и так далее. Мигранты растопчут все святое. На мой взгляд, нет. Всегда, когда возникает какая-то новая угроза, есть желание ее преувеличить. А развитие идет, как-то балансируя. Причем, естественно, с какими-то затратами, с каким-то негативом, это так всегда бывает. Тем не менее, давайте все-таки не сбрасывать со счетов фактор тех стран, откуда они прибывают.

Понимаете, здесь какая вещь. Нам говорят о том, что вот Соединенные Штаты насаждают везде какие-то свои режимы, разрушают уклад, который был в этих странах, и это очень плохо. Ну да, как показывает развитие событий, действительно, это плохо. Но вот у меня вопрос: значит ли это, что авторитарные, тоталитарные режимы, которые в этих странах были, ну, например, иракский режим Саддама Хусейна, он что же, тогда должен быть на века? Или надо ждать, пока иракцы сами с ним как-то там разберутся? Здесь есть некая грань. Возможно, форсирование этих событий со стороны Соединенных Штатов имело негативный характер, потому что поторопились. Но в целом я никогда не соглашусь с тем, что такая тема, как традиция, оправдывает насилие над людьми. На мой взгляд, алгоритм развития истории заключается, в частности, в том, что на каждой следующей ступени человек в большей степени защищен от произвола. И, если посмотреть так на историю, то тогда, действительно, вот эти авторитарные режимы все-таки рано или поздно должны смениться чем-то другим, где люди будут чувствовать себя лучше.

Есть точка зрения, что это все насаждение чего-то европейского, чего там никогда не было. Давайте посмотрим на Ливан в пору расцвета. Когда там была очень сложная система выравнивания всех конфессий, которые там присутствовали. Одни могли занимать одни посты, другие – другие. Это была сложная договорная конструкция, если хотите, да, это была демократия по-ливански. Но это была демократическая система, которую смели в конце концов гражданские войны, палестинцы и так далее. К сожалению, эта система не устояла, хотя это была, да, местная такая демократическая конструкция.

Вернемся в Россию. Мигранты нам пока особенно не грозят, кроме тех, которые у нас есть и будут дальше из Средней Азии. А вот посмотрим на наши бюджетные возможности еще раз с точки зрения какого-то улучшения, увеличения направленности на интересы людей со стороны социальной политики. Я еще раз хочу подчеркнуть мысль, которую достаточно грамотно провел Дмитрий Бутрин. Он показал, что социальные выплаты надо взвешивать на весах тех социальных услуг, которые мы уже имеем. Что из них платное, что не платное.

Послушаем Юрия.

Юрий:

- Здравствуйте. У нас в России такое возможно. Но ничего хорошего из этого не выйдет. Мы уже однажды делили страну, всем обещали по две «Волги». Я не получил ни одной. Но я вот сейчас думаю: лучше бы я свой ваучер за бутылку водки продал, больше бы удовольствия получил.

Н. Вардуль:

- Спасибо. У меня ваучер тоже сохранился, он лежит у меня в столе. И на нем есть автограф Анатолия Борисовича Чубайса. Я не знаю, примет ли это когда-нибудь какой-нибудь аукционный дом. Не думаю. Но такой у меня есть артефакт. Ну да, я согласен, что делить – это не самый эффективный путь. Лучше все-таки производить. Но давайте еще раз посмотрим на Европу, где это предполагается. Мы уже привыкли к тому, что это такой затухающий континент. Ну да, для этого есть и экономические показатели. Потому что большинство европейских стран импортируют уже больше, чем экспортируют, а это как раз показатель эффективности экономики.

Тем не менее, я хочу напомнить нашу с вами предыдущую передачу, которая была посвящена четвертой индустриальной революции. И хочу сказать, что именно в Германии, в европейской стране, раньше, чем в других странах, это стратегическое направление развития и экономики, и общества в целом решили оседлать. Там предпринимаются значительные и государственные усилия, и на уровне крупных компаний, и прогресс там будет, если можно судить по сегодняшнему дню, все-таки значительный. Вот это очень важно. Давайте посмотрим теперь на нашу страну. Мы можем говорить о ваучерах, которые мы не получили. Мы можем говорить бог знает о чем. Мы можем говорить, как любят говорить некоторые достаточно высоколобые представители нашей интеллигенции, о том, что вот есть некая русская цивилизация. Я, например, так не думаю, потому что тогда есть и немецкая цивилизация. История Германии ничуть не менее драматична, чем наша. Или итальянская цивилизация. Там тоже, давайте вспомним, чего только не было. Тем не менее, есть европейская цивилизация.

Мы всегда хотим из России сделать что-то особенное. Мы делали это многократно. Когда мы были строителями коммунизма, мы же все-таки делали что-то особенное. Мы всегда это делаем. И пока, к сожалению, никогда не выигрываем. Так что вот я думаю, что надо ориентироваться на такие объективные критерии, как, например, вовлеченность в четвертую промышленную революцию. Здесь будет прогресс. От этого зависит будущее наших детей. И вот эта вовлеченность должна быть отражена в том числе в бюджетных приоритетах, с чем я все это начал. А бюджетные приоритеты здесь – это вложение в человеческий капитал. Чего, к сожалению, в нашем федеральном бюджете сейчас нет. Как нам говорят, по объективным причинам. Но никогда и не было. Всегда большим приоритетом пользовались совсем другие статьи, связанные с человеком с ружьем прежде всего.

А сейчас мы послушаем мнение Генриха.

Генрих:

- Здравствуйте. Напрасно вы связываете тему альпийского коммунизма с проблемой мигрантов. Насколько мне известно, это обсуждение выплат стало обсуждаться гораздо раньше, чем появилась проблема мигрантов. Вы хоть и считаете коммунизм сказкой, а на самом деле это грядущее будущее. И те решения, которые были приняты на конференции ООН по климату, о построении так называемой безуглеродной экономики, это же то, что раньше у нас называлось построением материальной базы коммунизма. Так что альпийский коммунизм – это такая первая ласточка будущего общества.

Н. Вардуль:

- Я не знаю, в какой степени безуглеродная экономика – это материальная база коммунизма, то есть безуглеродная экономика – это экономика без того, чем сейчас живет Россия. А она живет углеродами. То есть это будущее в какой-то степени без нас, что очень настораживает и печально. Вы знаете, я бы хотел, если уж мы говорим сегодня так много о мигрантах, у меня такой странный вопрос: как вы отнесетесь к тому, что ваш сын или ваша дочь выберет кого-то из мигрантов? Я считаю, что, действительно, тема этих выплат возникла до прилива мигрантов, но то, что они сейчас в повестке дня с приливом мигрантов, на мой взгляд, связано тесно. То есть это ответ социального государства на те вызовы, которые несут с собой мигранты. Один из ответов. Может быть, не самый лучший. Может быть, не полный, но все-таки ответ. Потому что он показывает гражданам тех стран, исконным гражданам, что их жизнь кардинально не ухудшится. Есть якорь в виде паспорта, и он им поможет.

Что касается будущего России, то вот здесь, понимаете, я хотел сказать простую вещь. Не знаю, получилась она у меня или нет. Я хотел сказать, что идеология – это хорошо, это увлекательно, это зажигает глаз, будит мускулы. Но это не все, что обеспечивает нам будущее. Всякого рода «измы» - капитализм, коммунизм, социализм и так далее, - это некий набор в том числе и догм. А развитие идет таким образом, что вот есть страны, которые опережают другие, и какой бы там у них «изм» ни был, в отличие от нашего «изма», вот будущее там. И надо идти туда, и надо стараться не идти, отставая от тех, кто идет рядом. Потому что, как мы говорили на прошлой передаче, четвертая промышленная революция приведет к громадной дифференциации не только внутри стран, между теми, кто в эту промышленную революцию будет встроен, станет как бы революционером, и теми, кто останется за бортом, не встроится. Но большая дифференциация будет и между странами. Между теми странами, которые идут в авангарде этого процесса, и теми, кто плетется в конце. Россия не должна плестись в конце. Вот это важнее, на мой взгляд, коммунизма, сказок о щучьем велении и так далее.

Мой вопрос, наверное, слушатели признали провокационным и не собираются на него отвечать. Отсутствие ответа – тоже ответ. Это некая не то чтобы боязнь, но некая закостенелость. Мы не хотим пришельцев. Никаких. От них мы ждем только негатива. Это достаточно обосновано. Но будущее все-таки за глобализацией. За глобализацией не только капиталов, но и перемещения людей. Она несет с собой массу проблем, но их надо решать, а не загораживаться от них. Это большая разница. К этому я вас и призываю. Всего доброго.