Энджел Жуков о своём отце на съёмках фильма «Руки Вверх!»: «В некоторых моментах, конечно, слеза»

Актёры байопика «Руки Вверх!» Энджел Жуков, Влад Прохоров и Илья Русь Фото: предоставлено Одноклассники.ru

Актёры байопика «Руки Вверх!» Энджел Жуков, Влад Прохоров и Илья Русь стали гостями шоу «ОК на связи!» в социальной сети Одноклассники. В интервью ведущему Константину Анисимову они рассказали о том, как прошёл кастинг на главную роль, почему группа «Руки Вверх!» до сих пор собирает стадионы и каким был Сергей Жуков на съёмочной площадке.

Про значимость группы «Руки Вверх!»

— Что для вас, до съёмок фильма, группа «Руки Вверх!»?

Влад Прохоров: Вот я человек из Перми и, понимаете, вырос в огороде обычном, нашем, русском городе. Меня воспитывали бабушка с дедушкой, и мой музыкальный вкус, он немножечко отставал. То есть я никогда не увлекался современной музыкой, и даже по сей день я не очень хорошо в ней разбираюсь. <...>

«Руки Вверх!» — для меня это были мои дискотеки, это мой детский лагерь, мои первые тоже свидания были под группу «Руки Вверх!», да. И, может быть, даже мимолётный поцелуй.

<...> У меня бабушка с дедушкой очень любят группу «Руки Вверх!».

Илья Русь: Я уже рассказывал эту историю, но я расскажу её ещё раз. <...> Третий или четвёртый класс. Возможно, пятый. Мне, получается, лет 10. Возможно, 11. И мы с классом едем в цирк, <...> и после представления нам раздают из коробки, как подарки какие-то прощальные, кассеты. Совершенно рандомно какие-то кассеты. И придя в автобус <...> классом, мы начинаем показывать друг другу, кому какая кассета попалась.

Мне попалась кассета — английский язык, аудиоуроки английского языка, а моему соседу попалась кассета «Руки Вверх!» с двумя маленькими мальчиками на обложке. Это <...> «Дышите равномерно». <...> Я говорю: «А что это?». Он говорит: «Это вот, “Руки Вверх!”». Я говорю: «А что это такое?». Он говорит: «Ну, это музыка такая». Я говорю: «Какая музыка… Вот — английский».

А потом я приехал домой, я узнал, что у меня есть такая кассета. <...> С двумя маленькими мальчиками кассета группы «Руки Вверх!». <...> Я послушал, что это такое. В 11 лет или в 10. Мне ещё было как-то, наверное, не очень понятно, о чём там всё поётся-то. Куда там целовать и увозить, и везде, и что. <...>

И всё, и с того момента началось моё знакомство с группой «Руки Вверх!», которая преследует меня до последнего момента и вот настигает. И становится любимой группой всех времён, народов.

— Энджел, вот расскажи. Я понимаю, что для тебя — ты родился, а «Руки Вверх!» вокруг. «Руки Вверх!» тебя берут на руки, что уж там.

Энджел Жуков: Что мне сказать: я начну с того, что «Руки Вверх!» — это для меня не просто легендарная группа, это для меня просто семья в первую очередь. Потому что с начала моих маленьких лет я слушал «Руки Вверх!», и всю мою жизнь я жил на песнях «Руки Вверх!», и я очень благодарен папе, что я вырос с таким человеком.

Фото: предоставлено Одноклассники.ru

О чём фильм

— Расскажите, пожалуйста, ваш фильм, он будет о становлении группы «Руки Вверх!» или там есть какой-то движок? Он для фанатов, для тех, кто хочет поностальгировать, или для того, чтобы ещё и нового зрителя привлечь и слушателя для этих песен? Делитесь.

Влад Прохоров: <...> История создания группы «Руки Вверх!» как-то происходила, но <...> самое важное, наверное, это верить в себя. <...> История про то, когда у человека появляется мечта, человек в неё верит, идёт, делает всё для этого — и это случается. Наверное, <...> фильм про это. Что вот когда-то маленькому Сергею Евгеньевичу захотелось писать музыку, и потом после этого…

— Он стал суперзвездой.

Влад Прохоров: Cуперзвездой, да.

— Становление суперзвезды сквозь призму того самого времени.

Влад Прохоров: Да.

— Продюсером, соавтором сценария и, естественно, композитором фильма стал Сергей Жуков. <...> И как-то он сказал, что это будет фильм про Золушку. <...> Вот на ваш взгляд, в этом фильме если есть Золушка — это Сергей Жуков, кто тогда злая мачеха?

Илья Русь: Мне кажется, у меня есть ответ. Злая мачеха в этой концепции — это поздние 90-е. <...> Может быть, сейчас всё циклично в истории, сейчас тоже говорят, что невероятное время возможностей. Вот тогда тоже это было своего рода, как это называли, время возможностей. Кто был ничем, мог стать всем. Но на самом деле, это было катастрофически, насколько — даже я чуть-чуть застал 90-е, будучи ребёнком, конечно, одним глазком — насколько это было непростое время. И заниматься любимым делом, проходить через все тернии и проблемы в поздние 90-е, мне кажется, это дорогого стоило. Это был титанический, тяжелейший и опасный труд. Вот это и была мачеха.

— Энджел, а тебе как-нибудь папа объяснял, про что этот фильм?

Энджел Жуков: Не то что объяснял, но он, конечно, рассказывал всё про этот фильм, я был в курсе всего. <...> Я за что обожаю своего папу — за то, что каждую вещь, которая связана с творчеством, он всегда это делает творчески. Вот он надел наушники — начал слушать музыку: свою, не свою, переделанные версии. <...> Все слушают музыку — обычно сидят, слушают музыку. Он — очень энергично, встаёт, начинает [двигаться]. Я обожаю за его энергию, я безумно ему за это благодарен.

Про фильм что я могу сказать: я смотрел фильм, и он мне показывал несколько ключевых моментов со мной и которые нравились папе, и я очень рад, что такой фильм выходит.

— Ты, вот человек нового поколения, когда посмотрел эпизоды, картину, или читал сценарий, ты переспрашивал папу: «Пап, а что так реально было?»

Энджел Жуков: Да, конечно, было много моментов, когда по сценарию был какой-то момент и я спрашивал: «Пап, нет, ну такого не может быть». Он такой: «Да, сынок, было, было дело.

— А это ко времени привязно, или это такие обстоятельства вот шоу-бизнеса именно, что в шоу-бизнесе иногда нужно быть чуть жёстче со своими…?

Энджел Жуков: Нет, я считаю, это со временем связано. Когда 90-е, только всё это началось, это было легендарно. <...> Мне было очень интересно, когда папа читал нам сценарий в первый раз. Я прям сидел и слушал, не отрывая глаз, правда.

Про кастинг

— Я прочитал, что на роль Сергея Жукова пробовались более 500 человек. <...> Надо было ли петь, надо было ли разговаривать, как Сергей? Расскажи, как всё произошло, как ты взял эту роль?

Влад Прохоров: Я очень хорошо помню самые первые пробы. Сергей Евгеньевич уже сразу на них пришёл. То есть мы сразу же познакомились. <...> Ты сразу же понимаешь важность процесса, который происходит. Это видно с первых проб. И я помню, что я в какой-то момент даже не верил. Думаю: «Это невозможно, потому что…». Думаю: «Ну, наверное, может быть, где-то чем-то непохожи внешне». А когда поговорили — я понимаю, что вот здесь [внутри] что-то есть, понимаете, мы внутри чем-то похожи. И я понимаю, что я могу это сыграть. Потому что, во-первых, я хороший актёр, я считаю. <...> Проходит время: раз — ещё раз вызывают на пробы, ещё раз вызывают на пробы.

— То есть первые пробы, они были прям вот как такие прослушивания в какой-то — не знаю — вокальный конкурс?

Влад Прохоров: Нет <...>, пробы все одинаковые <...>. Тебе посылают сцену, например, где ты её играешь. Конечно, параллельно нужно было там спеть, попытаться сделать пародию — вот что-то такое. Я пел «Чужие губы».

— Сам выбирал, или там был подтекст?

Влад Прохоров: Не, я просто очень песню эту люблю.

— Сам всё-таки.

Влад Прохоров: Да, всё сам. И как-то так получилось, что, понимаете, проходит время, время, время, и мне звонят, и всё-таки меня утверждают. То есть я не верил, понимаете, в чём дело. Я не верил, что такое возможно.

— Энджел, у вас не самый очевидный кастинг был, наверное. Как проходил он? Откуда пришла идея? Это вы предложили, или к вам пришёл папа и сказал: «Что ты делаешь сегодня вечером?»

Энджел Жуков: Вообще как это происходило. <...> Я знал о существовании фильма, но я не знал, кто будет играть младшего Жукова, среднего Жукова, так что мне, на самом деле, просто предложили её сыграть. И первая, конечно, тоже была проверка определённого рода. И только потом… Не знаю, сколько таких копий Жукова можно найти, как все это говорят, но да, вот так это получилось.

Фото: предоставлено Одноклассники.ru

Про гастроли с Сергеем Жуковым

— Тебя, я знаю, что Сергей взял с собой на гастроли, чтобы ты мог увидеть, как это всё со стороны выглядит. Расскажи, что-то, может быть, изменилось во взгляде на такой вот шоу-бизнес? Что-то поменялось, какие-то мифы развеялись? Как выглядят гастроли со стороны человека, который впервые туда вошёл, просто как в экспедицию?

Влад Прохоров: Я даже не могу объяснить, какие эмоции я испытал, когда в принципе оказался на гастролях с Сергеем Евгеньевичем рядом. То есть это первый пункт, который у меня произошёл: что происходит в моей жизни? Может быть, я реально сплю?

Я вам серьёзно говорю. Первую неделю мне казалось, что это просто кома, и я из неё ещё не вышел, наверное, то есть я не осознавал реальности никакой.

— Какая у вас задача была на гастролях?

Влад Прохоров: Достаточно чётко поставленная: нужно было, в первую очередь, наблюдать. Это была подготовка к съёмочному процессу, то есть записывать, наблюдать, повторять, где-то там в уголке встать. Ну это я делал уже, со стороны наблюдал, думаю: «Так, ага, так. Надо запомнить, что если вдруг пригодится там в какой-то сцене, может быть, я так сделаю». То есть вот максимально… Кроме видеоматериалов и разных интервью, которые были у Сергея Евгеньевича ещё какое-то время назад, ещё на плёночную камеру которые снимались.

А на гастролях я побывал в трёх сразу же местах. То есть я был за сценой, я был там, где включают музыку, фонограмму и свет, и был, соответственно, на танцполе. И на одном из концертов, я помню, мне почти прилетело. Я что-то так увлёкся танцами, что я перекрыл случайно девушке своей спиной вид. И её мужчина решил показать, кто в доме хозяин. Был такой момент. Думаю: «Ну если бы меня бы ещё побили, это было бы, наверное, максимальное погружение уже в нулевые». Но этого не случилось, надо всё-таки для съёмок беречь лицо, чтобы синяков не было.

— Что в образе Сергея было передать труднее всего? К чему больше придирался, может быть, и сам продюсер, может быть, режиссёр. Может быть, вы сами к себе придирались, говоря, что «Нет, пока не выходит у меня вот эта черта Сергея Жукова»

Влад Прохоров: Сложный вопрос. Наверное, не черта, а некоторые сцены, которые я просто не понимал, как точно их передать. То есть я же ещё думаю о том, как я внутри чувствую свою роль. То есть, наверное, были какие-то моменты, где, может, мне казалось, я не донабрал, хотя, может, мне так кажется в силу своего актёрского опыта.

А так — я думаю, что первые съёмочные дни были самые сложные. Было ещё такое как бы, когда ты наступаешь первый раз на землю, и камера включается — камера, мотор — а потом уже ты на эти рельсы наступил, ты почувствовал смелость и уже стал смелее уже, активнее делать сцены.

А первые, я прям помню, жутко волновался. Контроль же, понимаете, всё равно. У нас был режиссёр. Сергей Евгеньевич параллельно тоже смотрит. И я понимаю же ответственность, которая на мне есть. Чуть-чуть первые дни переживал сильно.

Про отличие современной молодёжи от молодёжи 90-х

— Для ваших ролей вам пришлось окунуться в 90-е. Отличается ли сейчас молодёжь от той, которая была 20-30 лет назад? Если да, то чем?

Влад Прохоров: Всем. <...> Вот хорошая наглость, знаете, есть в людях, когда по-хорошему наглый. Потому что в моём детстве ещё это сохранялось. У нас были такие вещи как споры, стрелки, что-то такое ещё было в моё детство в школе.

А сейчас ведь стремление на пятёрку. То есть нужно учиться на пятёрку, сделать всё, как сказал учитель, точно, всё правильно. Мне кажется, тогда это тоже было, но <...> по-другому это было всё равно. У людей была хорошая наглость, какое-то стремление что-то изменить. Сейчас я вижу наоборот.

Да даже раньше девушек по-другому на свидания звали. <...> Не было интернета, во-первых. Увидел в ресторане девушку, подошёл. «Как тебя зовут? Пойдём с тобой сходим вечером в кино». Сейчас — попереписывался, там слово написал, не прочитала, не ответила. И уже всё — ладно.

<...> Ещё вот в чём различие. Мне кажется, тоже вот в фанатах, потому что я записи, которые видел ещё когда были концерты «Руки Вверх!» в нулевые. И когда переворачивали автобус, там, я не знаю, встречали девчонки с такими эмоциями. А сейчас из-за того, что есть разные социальные сети, люди видят, что человек, как он живёт. И уже нет вот этого восприятия, что к нам в город сегодня приехал такой актёр, понимаете, там или певец. Вот ещё в этом различие есть.

Илья Русь: Я вот подумал не про молодёжь генерально, а про — если позволите — музыкальных фанатов. Вот чем они отличаются спустя условно 25 лет. Раньше просто было меньше доступа к музыке, поэтому она сильнее ценилась, наверное. Если у тебя есть три кассеты, ты слушаешь три кассеты. Бесконечно. И ты знаешь наизусть все песни с этих трёх кассет, потому что тебе больше нечего слушать.

Сейчас можно слушать всё что угодно, в любом объёме, количестве, и мало кто знает хоть одну песню наизусть. <...> Я как человек, который застал кассеты, я просто помню, что мне может быть даже с первого раза не очень-то и понравилось, но я вынужден послушать второй раз, потому что у меня нет другой кассеты. Вынужден послушать третий. А потом уже как-то и понравилось. А потом уже и полюбил. Сейчас такое невозможно, наверное.

Про музыкальный вкус Энджела Жукова

— Энджел, давай-ка, признайся, есть ли в твоём, так скажем, музыкальном рационе что-то из современной музыки?

Энджел Жуков: Вообще я меломан, я слушаю абсолютно всё. Я не знаю, какой пример можно привести.

— Сейчас у тебя играет какая-нибудь песня на повторе, на репите, которая у тебя номер один? Что это за песня?

Энджел Жуков: Сейчас скажу: это больше, наверно… Я Децла слушаю часто. Я говорю, я всё слушаю абсолютно.

Про Сергея Жукова на площадке

— Энджел, расскажи, продюсер Сергей Жуков как-то боролся с папой Сергеем Жуковым, когда ты играл сцены? Как-то он прятался, переживания какие-то у него были? Вот эти вот обычные, родительские. Или наоборот он больше был профессионалом и уже отдавался работе. Вот как это было? «А папой я дома уже буду».

Энджел Жуков: Это сложный вопрос. Но папа, он, конечно, полностью в работе. Он мне даёт намётки — то, что я вот таким был. И он полностью в работе, но в некоторых моментах, конечно, слеза. Не буду всё рассказывать, вы сами всё увидите.

— А для вас Сергей Евгеньевич, как вы его называете ласково: он кем вот был на съёмочной площадке: таким другом или всё-таки человек, на секундочку, про которого снимается кино? Вот как он выглядел?

Влад Прохоров: <...> У меня в первую очередь — это уважение очень большое к Сергею Евгеньевичу. И я безумно трепетно, как сказать, не то что к Сергею Евгеньевичу, а к сценам относился. Мне было важно каждую сцену не просто так сыграть. Мне хотелось, чтобы это было всё круто, вот.

А на площадке Сергей Евгеньевич всегда рядом был, всегда подскажет, в какую сторону мне пойти, потому что актёр может по-разному сыграть.

— То есть он тоже был твоим папой таким?

Влад Прохоров: То есть я мог всегда спросить, как это было, и всё-таки как мне точнее это передать, всегда.

— А он отвечал тебе как: «Ты, как актёр, смотри сам» или «Давай я тебе всё покажу» и ручками-ножками…

Влад Прохоров: Нет-нет. В плане — про что. Именно: «Влад, здесь, скорее всего, вот так внутри, вот так». И я уже через себя пытался это передать, то, что я услышал.

Про популярность группы «Руки Вверх!»

— Расскажите, пожалуйста, как вы думаете <...>, почему группа «Руки Вверх!», давайте так, единственная группа из того времени, которая собирает сейчас стадионы. Да, мы знаем, что огромное количество артистов, групп в разных переформатированных составах остались, но их концерты всё-таки не такие громкие, как группы «Руки Вверх!» и их приезд в любой город России. Почему у них так вышло?

Влад Прохоров: <...> Важно же найти диалог с миром. И когда это всё круто и понятно, и подходит для каждого, то это будет хоть ещё столетиями существовать. Если это вот попадает в душу.

Илья Русь: Мне кажется, группа «Руки Вверх!» — одна из немногих групп, которая до сих пор умеет, умудряется делать хиты новые. То есть «Когда мы были молодыми» — достаточно, относительно свежая [песня], это прям хит. Не так много, мне кажется, групп из 90-х, из двухтысячных, которые до сих пор могут сделать хит. Имевших хитов — полно. Но продолжающих их делать — одна.

— Энджел, расскажи. Как так получилось, что папа до сих пор собирает стадионы?

Энджел Жуков: Я считаю, это не по одному поводу, но один из этих поводов: потому что он не играет кого-то. Он человек. Он сам свой. Он как на сцене, как и дома. Он везде такой. И я считаю, это очень большой плюс: когда человек простой, к нему есть тепло. Вот так.

Про критику

— У вас есть страх перед тем, как гигантская фан-база группы «Руки Вверх!» примет вас как исполнителей главных ролей в фильме про их любимую группу?

Илья Русь: <...> Я лично боюсь, очень боюсь в какой-то момент прочитать какой-нибудь комментарий типа «Ну, это вообще не Потехин», «Ну, это вообще не он», «Потехин — он же другой». А такие комментарии будут, нужно быть к этому готовыми, мы все это понимаем. Но страшно их увидеть.

Влад Прохоров: У меня вот тоже есть такой страх, но у меня надежда, что… Даже я же читаю комментарии, я вижу, что пишет фан-клуб, что «Ну, не похож, не похож, не похож».

У меня надежда, что я передал именно, в первую очередь, душу настоящего человека, настоящего Сергея Евгеньевича. И люди забудутся. Они посмотрят и увидят. И не будет этой оценки. Ведь не это важно, а важна история, которая происходит в фильме, и как она сделана. А то, что там похож — не похож, так — не так. Это всё неважно. Важно именно, как это передано, поэтому вот у меня на это надежда, что самое важное, что всё это сделано круто, по-актёрски точно.

СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ

«Матушка-земля, белая берёзонька» Татьяна Куртукова прямо высказалась о конкуренции с SHAMANом (подробнее)