Уполномоченный по правам ребенка Павел Астахов в четверг, 28 февраля, рассказал о том, какие выводы делают социальные службы США относительно смерти усыновленного супругами Шатто Максима Кузьмина.
По словам Астахова, сотрудники соцслужбы уверены: Максим действительно погиб от жестокого обращения со стороны приемной матери Лауры Шатто. При этом все заявления американских усыновителей о том, что ребенок был неуправляем, соцработники считают безосновательными. Кроме того, сотрудники полиции США, которые расследуют это дело, считают, что гибель Максима «не выглядит как естественная смерть».
Приемные родители из США убили трехлетнего Максима Кузьмина
Это уже двадцатый случай летального исхода среди российских детей в США
- Мать мальчика Лаура Ле Энн Шатто может быть не единственным подозреваемым. Мы также продолжаем расследование и в отношении отца Аллана Гари Шатто, — процитировал Астахов слова шерифа округа Итона и Джонса.
При этом адвокат приемных родителей Максима подтвердил, что супруги Шатто действительно давали мальчику психотропные вещества, которые должны были лечить ребенка от «гиперактивности». Однако, по словам, приемного отца Максима Алана Шатто, за день до гибели ребенка прием лекарств был прекращен, рассказал Астахов РИА «Новости».
Напомним, братья Максим и Кирилл Кузьмины были усыновлены американской семьей из детского дома в Псковской области. А недавно до России дошла новость, что 21 января Максим, старший из братьев, погиб от побоев со стороны приемной матери.19 февраля по факту гибели в США Максима Кузьмина было возбуждено уголовное дело.
А В ЭТО ВРЕМЯ Родная мать усыновленного американцами Максима Кузьмина начала зарабатывать на гибели сына Юлия Кузьмина, приняв участие в ток-шоу на центральном канале, решила превратить возвращение ей родительских прав в доходный бизнес (Читайте далее) ВАЖНО! У Максима не было болезни, от которой его лечили американцы! Юлия ШАРИПОВА («КП» - Псков») Псковские медики были в шоке, когда узнали, что 3-летнего Максима Кузьмина американцы лечили психотропными препаратами от синдрома дефицита внимания и гиперактивности. - Это же не медицинская проблема, а психологическая! - недоумевает главный педиатр Пскова Ирина Трусова. - Диагнозы такие действительно есть, но ставят их нечасто - тем детям, которые не очень внимательны, расторможены. Лечением в таких случаях занимаются психологи и неврологи, а пичкать таблетками - это последнее дело! Это возможно только в клинических, самых сложных, случаях.Более того: у Максима вообще не было таких заболеваний! В личном деле мальчика значатся: компенсированный порок сердца и умеренная задержка психомоторного развития. Что это значит? Скажем, в три месяца ребенок должен переворачиваться, в шесть - садиться, в год - ходить, сидеть, четко произносить звуки. А у Максима все это происходило чуть-чуть позже: ведь родители с ним не занимались. - При этом Максим рос резвым, шустрым мальчиком. Но не настолько, чтобы ставить диагноз «гиперактивность». Его просто надо было отдать в спорт, давать больше двигаться, - рассказал «КП» источник, близкий к Печорскому дому малютки, где жил мальчик до усыновления. - А небольшая задержка в развитии есть у многих детей, которые воспитываются без родителей. В соцучреждении же врачи не могут каждого приласкать. Все это преодолевается за несколько месяцев или даже недель.Выходит, в Америке ребенку, который и полугода с новыми родителями не прожил, поставили новый диагноз. И сразу принялись накачивать 3-летнего малыша таблетками. Почему? (читайте далее)
А В ЭТО ВРЕМЯ
Родная мать усыновленного американцами Максима Кузьмина начала зарабатывать на гибели сына
Юлия Кузьмина, приняв участие в ток-шоу на центральном канале, решила превратить возвращение ей родительских прав в доходный бизнес (Читайте далее)
ВАЖНО!
У Максима не было болезни, от которой его лечили американцы!
Юлия ШАРИПОВА («КП» - Псков»)
Псковские медики были в шоке, когда узнали, что 3-летнего Максима Кузьмина американцы лечили психотропными препаратами от синдрома дефицита внимания и гиперактивности.
- Это же не медицинская проблема, а психологическая! - недоумевает главный педиатр Пскова Ирина Трусова. - Диагнозы такие действительно есть, но ставят их нечасто - тем детям, которые не очень внимательны, расторможены. Лечением в таких случаях занимаются психологи и неврологи, а пичкать таблетками - это последнее дело! Это возможно только в клинических, самых сложных, случаях.Более того: у Максима вообще не было таких заболеваний! В личном деле мальчика значатся: компенсированный порок сердца и умеренная задержка психомоторного развития. Что это значит? Скажем, в три месяца ребенок должен переворачиваться, в шесть - садиться, в год - ходить, сидеть, четко произносить звуки. А у Максима все это происходило чуть-чуть позже: ведь родители с ним не занимались.
- При этом Максим рос резвым, шустрым мальчиком. Но не настолько, чтобы ставить диагноз «гиперактивность». Его просто надо было отдать в спорт, давать больше двигаться, - рассказал «КП» источник, близкий к Печорскому дому малютки, где жил мальчик до усыновления. - А небольшая задержка в развитии есть у многих детей, которые воспитываются без родителей. В соцучреждении же врачи не могут каждого приласкать. Все это преодолевается за несколько месяцев или даже недель.Выходит, в Америке ребенку, который и полугода с новыми родителями не прожил, поставили новый диагноз. И сразу принялись накачивать 3-летнего малыша таблетками. Почему? (читайте далее)