В пятницу, 6 декабря, председатель правозащитной ассоциации "Агора" Павел Чиков сообщил, что Железнодорожный суд Красноярска в первой половине января 2014 года рассмотрит вопрос о мере пресечения для Надежды Толоконниковой.
Об этом он написал в своем твиттере.
"13 января в 14.00 (10.00 мск) в Железнодорожном суде Красноярска суд о замене лишения свободы для Надежды Толоконниковой", - сообщил Чиков.
Эту информацию подтвердил и адвокат Толоконниковой Ирина Хрунова.
"Суд по замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания состоится 13 января в Железнодорожном суде Красноярска. Документы в суд уже поступили. Об этом мне сообщили из суда", - сказала адвокат, добавив, что сейчас решается вопрос о возможном отбывания срока Толоконниковой в туберкулезной больнице красноярского ГУФСИН, пишет Интерфакс.
Информация о том, что Надежду Толоконникову, участницу панк-группы Pussy Riot, возможно переведут в Красноярский край, так сказать, на историческую родину, появилась ещё в середине октября. Тогда в краевом ГУФСИНе это опровергали, а потом и вовсе отказывались комментировать, ссылаясь на закон. Мол, если осуждённую переведут куда-либо, по прибытии она напишет заявление: кого из родственников уведомить о её местонахождении. Тогда и сообщат всё тем, кого осуждённая в этом заявлении укажет. И вот, что называется, свершилось - накануне ГУФСИН подтвердил: Толоконникова-таки в Красноярском крае. Мало того, скандальная сиделица в Красноярске, в туберкулёзной больнице № 1 ГУФСИНа. Туберкулёзная больница на самом деле не совсем туберкулёзная Но соответствующий страшный диагноз Толоконниковой сразу ставить не стоит. Больница называется туберкулёзной, так сказать, по старинке. Теперь это просто ведомственное медучреждение, куда отправляют всех заключённых, с проблемами со здоровьем: и тех, кому уже нужна реальная помощь в стационаре, и тех, кому требуется обследование, которое нельзя сделать в санчасти СИЗО или колонии. - Это название просто «бренд», на самом деле это обычная краевая больница, только для осужденных, - говорит Александр Назаров, председатель общественного совета при ГУФСИН России по Красноярскому краю. - Там есть разные отделения: хирургические, терапевтические, психиатрическое, неврологическое и детское. И два отделения для трех, кто болеет туберкулезом. Надежда прибыла в больницу, чтобы пройти обследование. В мордовской колонии она объявляла голодовку, из-за чего у неё небольшое недомогание. После обследования будут решать вопрос, куда её перевести. Пока Надежда на карантине, после этого, буквально через несколько дней её переведут в отделение. Куда теперь? Кстати, как сказал Назаров, есть вероятность, что Толоконникову оставят в здесь же, в ГУФСИНовской больнице, в бригаде хозяйственного обслуживания. Осуждённые из этой бригады прибираются в больнице, моют полы. А ещё работают в теплицах, где выращивают овощи для пациентов. Да и в качестве санитаров осуждённых из хозбригады привлекают частенько. Так что, рабочие руки там нужны. И сама Надежда, по словам председателя общественного совета при краевом ГУФСИН, не против остаться уже на одном месте. И это понятно. Ведь, если её будут переводить из больницы в колонию, тут будет только два варианта: ИК-22 – почти на окраине Красноярска и ИК-50 в Нижнем Ингаше Красноярского края. Особенно эти два учреждения ничем друг от друга не отличаются: везде не так давно сделали хорошие ремонты, помещения тёплые, территории и корпуса ухоженные, можно даже сказать, уютные – цветочки на окнах, на стенах рисунки или панно с рукоделием. В 22-й колонии осуждённые работают в основном швеями, в 50-ке в Нижнем Ингаше (эту колонию чаще всего называли «конечной» в этапировании осуждённой Толоконниковой) есть не только швейный цех, но ещё и кондитерское производство. Только вот от города, от цивилизации, 300 километров. Да и климат там, несмотря на не такое уж большое по меркам нашего региона, расстояние пожёстче чем в самом Красноярске. А больница ГУФСИНа практически в центре города. Кстати, по отзывам администрации учреждения, «никаких проблем осуждённая пока не создаёт», ведёт себя нормально, ни с кем не конфликтует. Если так пойдёт и дальше, то её даже позовут участвовать в художественной самодеятельности. Но в этом учреждении, как и во всех колониях края, чуть каждый квадратный сантиметр под видеонаблюдением. Даже на кителе каждого сотрудника режимной службы есть видео регистратор, который все записывает. Тут уж не забалуешь! Бабушка сиделицы: «Я рада, что её сюда отправили, и не хочу, чтобы Пётр мне звонил, будет мне пикеты устраивать!» Как говорила ещё в октябре бабушка Толоконниковой Варвара Ивановна, она бы хотела, чтобы внучку перевели в Красноярск. От самой Надежды женщина вестей никаких не получала, а компьютера у неё нет, чтобы хоть какую-то информацию посмотреть в Интернете, к примеру. Как нам стало известно, Варвара Толоконникова узнала о приезде внучки в Красноярск чуть ли не самой последней. И даже адрес ГУФСИНовской больницы спрашивала у корреспондентов «Комсомолки». Кстати, от этого учреждения до дома Варвары Ивановны буквально пара кварталов. Теперь у неё будет возможность видеть внучку чаще. Ведь, по словам самой Варвары Толоконниковой, Надя, хоть и непутёвая, но всё же, любимая. Чего не скажешь о её супруге. - Я завтра поеду туда, но я больше, чем уверена, что меня не пустят, - говорит Варвара Толоконникова. - Но хоть узнать обстановку, хоть передачу, какую организовать. Не знаю ничего, но поеду. Это тот вариант, когда близко локоть, и не укусишь. Почему она мне не звонит, не понимаю я этого. У нее право было на один звонок, что ли? Ему (Петру Верзилову – прим.ред.) и не хочу звонить-то, потому что он шабутной такой. Он начнет у меня пикеты устраивать в квартире, черти что от него ожидать можно. Я его вообще плохо понимаю: так своеобразно говорит. И вообще я готова порвать его на куски. Надя 18-летней девушкой в Москву приехала, опытов не было в общении. Он как коршун налетел, запудрил мозги…. Поеду, потолкаюсь в этой больнице, если пустят. Может Наде надо чего, а я и не знаю… ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Надежда Толоконникова уже в Красноярском крае Несколько раз с легкой руки местных и федеральных СМИ Надежду Толоконникову «переводили» в одну из красноярских колоний. Осужденная Толоконникова прибыла в учреждение подведомственное ГУФСИН России по Красноярскому краю. Уведомление о местонахождении осужденной направлено родственникам в соответствии со статьей 17 уголовно- исполнительного кодекса РФ. Состояние ее нормальное, более подробную информацию расскажут адвокаты (Читайте далее) Муж Надежды Толоконниковой ждет встречи с супругой в Красноярском крае Нам удалось по телефону связаться с мужем Надежды – Петром Верзиловым – который уже несколько дней находится в Красноярском крае. Петр сообщил, что пока с женой не встречался, не общался и по-прежнему пытается выяснить ее местонахождение. Однако, со слов Петра Верзилова, он связывался с аппаратом уполномоченного по правам человека РФ Владимира Лукина. Там, как он сказал, подтвердили информацию о том, что Толоконникову действительно везут в Красноярский край и речь может идти об Исправительной колони №50 в поселке Нижний Ингаш (Читайте далее)
Информация о том, что Надежду Толоконникову, участницу панк-группы Pussy Riot, возможно переведут в Красноярский край, так сказать, на историческую родину, появилась ещё в середине октября. Тогда в краевом ГУФСИНе это опровергали, а потом и вовсе отказывались комментировать, ссылаясь на закон. Мол, если осуждённую переведут куда-либо, по прибытии она напишет заявление: кого из родственников уведомить о её местонахождении. Тогда и сообщат всё тем, кого осуждённая в этом заявлении укажет. И вот, что называется, свершилось - накануне ГУФСИН подтвердил: Толоконникова-таки в Красноярском крае. Мало того, скандальная сиделица в Красноярске, в туберкулёзной больнице № 1 ГУФСИНа. Туберкулёзная больница на самом деле не совсем туберкулёзная Но соответствующий страшный диагноз Толоконниковой сразу ставить не стоит. Больница называется туберкулёзной, так сказать, по старинке. Теперь это просто ведомственное медучреждение, куда отправляют всех заключённых, с проблемами со здоровьем: и тех, кому уже нужна реальная помощь в стационаре, и тех, кому требуется обследование, которое нельзя сделать в санчасти СИЗО или колонии. - Это название просто «бренд», на самом деле это обычная краевая больница, только для осужденных, - говорит Александр Назаров, председатель общественного совета при ГУФСИН России по Красноярскому краю. - Там есть разные отделения: хирургические, терапевтические, психиатрическое, неврологическое и детское. И два отделения для трех, кто болеет туберкулезом. Надежда прибыла в больницу, чтобы пройти обследование. В мордовской колонии она объявляла голодовку, из-за чего у неё небольшое недомогание. После обследования будут решать вопрос, куда её перевести. Пока Надежда на карантине, после этого, буквально через несколько дней её переведут в отделение. Куда теперь? Кстати, как сказал Назаров, есть вероятность, что Толоконникову оставят в здесь же, в ГУФСИНовской больнице, в бригаде хозяйственного обслуживания. Осуждённые из этой бригады прибираются в больнице, моют полы. А ещё работают в теплицах, где выращивают овощи для пациентов. Да и в качестве санитаров осуждённых из хозбригады привлекают частенько. Так что, рабочие руки там нужны. И сама Надежда, по словам председателя общественного совета при краевом ГУФСИН, не против остаться уже на одном месте. И это понятно. Ведь, если её будут переводить из больницы в колонию, тут будет только два варианта: ИК-22 – почти на окраине Красноярска и ИК-50 в Нижнем Ингаше Красноярского края. Особенно эти два учреждения ничем друг от друга не отличаются: везде не так давно сделали хорошие ремонты, помещения тёплые, территории и корпуса ухоженные, можно даже сказать, уютные – цветочки на окнах, на стенах рисунки или панно с рукоделием. В 22-й колонии осуждённые работают в основном швеями, в 50-ке в Нижнем Ингаше (эту колонию чаще всего называли «конечной» в этапировании осуждённой Толоконниковой) есть не только швейный цех, но ещё и кондитерское производство. Только вот от города, от цивилизации, 300 километров. Да и климат там, несмотря на не такое уж большое по меркам нашего региона, расстояние пожёстче чем в самом Красноярске. А больница ГУФСИНа практически в центре города. Кстати, по отзывам администрации учреждения, «никаких проблем осуждённая пока не создаёт», ведёт себя нормально, ни с кем не конфликтует. Если так пойдёт и дальше, то её даже позовут участвовать в художественной самодеятельности. Но в этом учреждении, как и во всех колониях края, чуть каждый квадратный сантиметр под видеонаблюдением. Даже на кителе каждого сотрудника режимной службы есть видео регистратор, который все записывает. Тут уж не забалуешь! Бабушка сиделицы: «Я рада, что её сюда отправили, и не хочу, чтобы Пётр мне звонил, будет мне пикеты устраивать!» Как говорила ещё в октябре бабушка Толоконниковой Варвара Ивановна, она бы хотела, чтобы внучку перевели в Красноярск. От самой Надежды женщина вестей никаких не получала, а компьютера у неё нет, чтобы хоть какую-то информацию посмотреть в Интернете, к примеру. Как нам стало известно, Варвара Толоконникова узнала о приезде внучки в Красноярск чуть ли не самой последней. И даже адрес ГУФСИНовской больницы спрашивала у корреспондентов «Комсомолки». Кстати, от этого учреждения до дома Варвары Ивановны буквально пара кварталов. Теперь у неё будет возможность видеть внучку чаще. Ведь, по словам самой Варвары Толоконниковой, Надя, хоть и непутёвая, но всё же, любимая. Чего не скажешь о её супруге. - Я завтра поеду туда, но я больше, чем уверена, что меня не пустят, - говорит Варвара Толоконникова. - Но хоть узнать обстановку, хоть передачу, какую организовать. Не знаю ничего, но поеду. Это тот вариант, когда близко локоть, и не укусишь. Почему она мне не звонит, не понимаю я этого. У нее право было на один звонок, что ли? Ему (Петру Верзилову – прим.ред.) и не хочу звонить-то, потому что он шабутной такой. Он начнет у меня пикеты устраивать в квартире, черти что от него ожидать можно. Я его вообще плохо понимаю: так своеобразно говорит. И вообще я готова порвать его на куски. Надя 18-летней девушкой в Москву приехала, опытов не было в общении. Он как коршун налетел, запудрил мозги…. Поеду, потолкаюсь в этой больнице, если пустят. Может Наде надо чего, а я и не знаю… ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Надежда Толоконникова уже в Красноярском крае Несколько раз с легкой руки местных и федеральных СМИ Надежду Толоконникову «переводили» в одну из красноярских колоний. Осужденная Толоконникова прибыла в учреждение подведомственное ГУФСИН России по Красноярскому краю. Уведомление о местонахождении осужденной направлено родственникам в соответствии со статьей 17 уголовно- исполнительного кодекса РФ. Состояние ее нормальное, более подробную информацию расскажут адвокаты (Читайте далее) Муж Надежды Толоконниковой ждет встречи с супругой в Красноярском крае Нам удалось по телефону связаться с мужем Надежды – Петром Верзиловым – который уже несколько дней находится в Красноярском крае. Петр сообщил, что пока с женой не встречался, не общался и по-прежнему пытается выяснить ее местонахождение. Однако, со слов Петра Верзилова, он связывался с аппаратом уполномоченного по правам человека РФ Владимира Лукина. Там, как он сказал, подтвердили информацию о том, что Толоконникову действительно везут в Красноярский край и речь может идти об Исправительной колони №50 в поселке Нижний Ингаш (Читайте далее)
Информация о том, что Надежду Толоконникову, участницу панк-группы Pussy Riot, возможно переведут в Красноярский край, так сказать, на историческую родину, появилась ещё в середине октября. Тогда в краевом ГУФСИНе это опровергали, а потом и вовсе отказывались комментировать, ссылаясь на закон. Мол, если осуждённую переведут куда-либо, по прибытии она напишет заявление: кого из родственников уведомить о её местонахождении. Тогда и сообщат всё тем, кого осуждённая в этом заявлении укажет.
И вот, что называется, свершилось - накануне ГУФСИН подтвердил: Толоконникова-таки в Красноярском крае. Мало того, скандальная сиделица в Красноярске, в туберкулёзной больнице № 1 ГУФСИНа.
Туберкулёзная больница на самом деле не совсем туберкулёзная
Но соответствующий страшный диагноз Толоконниковой сразу ставить не стоит. Больница называется туберкулёзной, так сказать, по старинке. Теперь это просто ведомственное медучреждение, куда отправляют всех заключённых, с проблемами со здоровьем: и тех, кому уже нужна реальная помощь в стационаре, и тех, кому требуется обследование, которое нельзя сделать в санчасти СИЗО или колонии.
- Это название просто «бренд», на самом деле это обычная краевая больница, только для осужденных, - говорит Александр Назаров, председатель общественного совета при ГУФСИН России по Красноярскому краю. - Там есть разные отделения: хирургические, терапевтические, психиатрическое, неврологическое и детское. И два отделения для трех, кто болеет туберкулезом. Надежда прибыла в больницу, чтобы пройти обследование. В мордовской колонии она объявляла голодовку, из-за чего у неё небольшое недомогание. После обследования будут решать вопрос, куда её перевести. Пока Надежда на карантине, после этого, буквально через несколько дней её переведут в отделение.
Куда теперь?
Кстати, как сказал Назаров, есть вероятность, что Толоконникову оставят в здесь же, в ГУФСИНовской больнице, в бригаде хозяйственного обслуживания. Осуждённые из этой бригады прибираются в больнице, моют полы. А ещё работают в теплицах, где выращивают овощи для пациентов. Да и в качестве санитаров осуждённых из хозбригады привлекают частенько. Так что, рабочие руки там нужны. И сама Надежда, по словам председателя общественного совета при краевом ГУФСИН, не против остаться уже на одном месте. И это понятно. Ведь, если её будут переводить из больницы в колонию, тут будет только два варианта: ИК-22 – почти на окраине Красноярска и ИК-50 в Нижнем Ингаше Красноярского края.
Особенно эти два учреждения ничем друг от друга не отличаются: везде не так давно сделали хорошие ремонты, помещения тёплые, территории и корпуса ухоженные, можно даже сказать, уютные – цветочки на окнах, на стенах рисунки или панно с рукоделием. В 22-й колонии осуждённые работают в основном швеями, в 50-ке в Нижнем Ингаше (эту колонию чаще всего называли «конечной» в этапировании осуждённой Толоконниковой) есть не только швейный цех, но ещё и кондитерское производство. Только вот от города, от цивилизации, 300 километров. Да и климат там, несмотря на не такое уж большое по меркам нашего региона, расстояние пожёстче чем в самом Красноярске.
А больница ГУФСИНа практически в центре города. Кстати, по отзывам администрации учреждения, «никаких проблем осуждённая пока не создаёт», ведёт себя нормально, ни с кем не конфликтует. Если так пойдёт и дальше, то её даже позовут участвовать в художественной самодеятельности.
Но в этом учреждении, как и во всех колониях края, чуть каждый квадратный сантиметр под видеонаблюдением. Даже на кителе каждого сотрудника режимной службы есть видео регистратор, который все записывает. Тут уж не забалуешь!
Бабушка сиделицы: «Я рада, что её сюда отправили, и не хочу, чтобы Пётр мне звонил, будет мне пикеты устраивать!»
Как говорила ещё в октябре бабушка Толоконниковой Варвара Ивановна, она бы хотела, чтобы внучку перевели в Красноярск. От самой Надежды женщина вестей никаких не получала, а компьютера у неё нет, чтобы хоть какую-то информацию посмотреть в Интернете, к примеру. Как нам стало известно, Варвара Толоконникова узнала о приезде внучки в Красноярск чуть ли не самой последней. И даже адрес ГУФСИНовской больницы спрашивала у корреспондентов «Комсомолки». Кстати, от этого учреждения до дома Варвары Ивановны буквально пара кварталов. Теперь у неё будет возможность видеть внучку чаще. Ведь, по словам самой Варвары Толоконниковой, Надя, хоть и непутёвая, но всё же, любимая. Чего не скажешь о её супруге.
- Я завтра поеду туда, но я больше, чем уверена, что меня не пустят, - говорит Варвара Толоконникова. - Но хоть узнать обстановку, хоть передачу, какую организовать. Не знаю ничего, но поеду. Это тот вариант, когда близко локоть, и не укусишь. Почему она мне не звонит, не понимаю я этого. У нее право было на один звонок, что ли? Ему (Петру Верзилову – прим.ред.) и не хочу звонить-то, потому что он шабутной такой. Он начнет у меня пикеты устраивать в квартире, черти что от него ожидать можно. Я его вообще плохо понимаю: так своеобразно говорит. И вообще я готова порвать его на куски. Надя 18-летней девушкой в Москву приехала, опытов не было в общении. Он как коршун налетел, запудрил мозги…. Поеду, потолкаюсь в этой больнице, если пустят. Может Наде надо чего, а я и не знаю…
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:
Надежда Толоконникова уже в Красноярском крае
Несколько раз с легкой руки местных и федеральных СМИ Надежду Толоконникову «переводили» в одну из красноярских колоний. Осужденная Толоконникова прибыла в учреждение подведомственное ГУФСИН России по Красноярскому краю. Уведомление о местонахождении осужденной направлено родственникам в соответствии со статьей 17 уголовно- исполнительного кодекса РФ. Состояние ее нормальное, более подробную информацию расскажут адвокаты (Читайте далее)
Муж Надежды Толоконниковой ждет встречи с супругой в Красноярском крае
Нам удалось по телефону связаться с мужем Надежды – Петром Верзиловым – который уже несколько дней находится в Красноярском крае. Петр сообщил, что пока с женой не встречался, не общался и по-прежнему пытается выяснить ее местонахождение. Однако, со слов Петра Верзилова, он связывался с аппаратом уполномоченного по правам человека РФ Владимира Лукина. Там, как он сказал, подтвердили информацию о том, что Толоконникову действительно везут в Красноярский край и речь может идти об Исправительной колони №50 в поселке Нижний Ингаш (Читайте далее)