2018-04-02T13:05:12+03:00

Мордюкова до последних дней ждала звонков от режиссеров

Сегодня, в день рождения великой актрисы, о ней вспоминает ее сестра Наталья Катаева (Мордюкова) [видео+фото]
Поделиться:
Комментарии: comments8
Изменить размер текста:

Нонна Викторовна всего несколько месяцев не дожила до своего 83-летия - она скончалась 6 июля этого года... Мы сидим с ее сестрой в той же комнате, за тем же столиком, за которым народная артистка СССР всегда принимала меня, когда я приходила с диктофоном.

«Самая лучшая сыгранная роль - ее уход»

- Наталья Викторовна, вы жили вместе с Нонной Викторовной последние 10 лет, верно?

- Да. Но мы с ней никогда в жизни надолго не расставались. Вот с тех пор, когда я в Москву к Нонне переехала еще совсем девчонкой, Вовочку, ее сына, нянчила...

А перед смертью она мне столько успела сказать - прямо наказывала, наказывала, как наша мама.

- И что же она наказывала?

- Много чего. Как-то мы смотрели по телевизору репортаж, как хоронили актера Владимира Сошальского. Она и говорит: «Вот видишь - театр, гроб стоит на сцене. Люди-то идут с одной стороны ручейком, а боссы - с другой...» Ей это ужасно не нравилось... «Я, - говорит, - так не хочу». Говорю: «Нонна, ну о чем ты!» «Ну а как же, - говорит, - ты должна это знать! Я простой человек. И поэтому не надо театральной панихиды. На кладбище все равны!»

Поэтому ее отпевали в небольшой церкви на Кунцевском кладбище. И похоронили рядом с сыном Володей. Александр Аскольдов (режиссер фильма «Комиссар». - Л. Г.) после похорон сказал: «Самая лучшая ею сыгранная роль - это ее уход». Она все сама и проиграла, и прорежиссировала...

«Володя был самой большой болью»

- Покоиться рядом с сыном - тоже было ее наказом?

- Конечно! Она даже о памятнике подумала: «Ты смотри, мне не сделай лучше памятник, чем у Володи. Чтобы он не чувствовал себя униженным». Я хочу им один общий камень поставить. А фотографию сделать с кадра из фильма «Русское поле», где они в обнимку стоят...

Мы благодарны людям, что Нонну не забывают. На могиле свечу некуда поставить - вся обложена цветами и свечками.

- Денег-то хватит на памятник?

- Я еще не знаю, Люба. Хочу выкрутиться сама. Обращаться куда-то... Это так неудобно! Не уложусь в сумму - значит, цоколь буду делать не из гранита. Нонна мне говорила: «Нечего равняться по олигархам!»

- На этом снимке они с Володей такие счастливые...

- Хотя оба очень страдали из-за его зависимости от наркотиков.

- После кончины Мордюковой в нескольких СМИ появились интервью Натальи Егоровой, второй жены Владимира Тихонова, - она рассказывает о своем бывшем муже и о непростых отношениях с бывшей свекровью.

- Да, я читала. Мне Нонна говорила, что не нужно обращать внимание на то, что пишет желтая пресса. И я ее успокаивала: «Нонна, я ни за что не буду скандалить...» Но ведь должен же быть элементарный такт! Нельзя теребить души умерших! Это же христианская заповедь!

- Егорова утверждает, что отсутствие контакта с Мордюковой - результат козней со стороны Натальи Варлей, первой жены Владимира Тихонова.

- Да нет, конечно. Нонна Наташу Варлей уважала. За то, что она большая труженица. Варлей время от времени звонила, заходила. Мне очень неприятно, что Егорова так неделикатно и, как бы это сказать... не очень правдиво ворошит прошлое.

- Нонна Викторовна не могла простить, что Наталья оставила Володю один на один с его наркотической болезнью?

- Когда Володя умирал, с ним была только мать. В 1985 году он лежал в больнице - в очередной раз лечился от зависимости - и написал матери письмо, она его сохранила. Здесь есть такие строчки: «Мама, еще не все потеряно, и не такой уж я преступник и закоренелый пьяница, чтобы не осталось в душе единственного человека, то есть у тебя в душе - места для прощения. Последний раз поверь мне. Больше понять меня некому. Ведь ты понимаешь, что Егоровой больше нет, а отцу не до меня... Если не ты, то кто?»

- Сын Натальи Егоровой и внук Нонны Викторовны, тоже Владимир Тихонов, в телеинтервью с обидой говорил, что бабушка была к нему холодна...

- Поймите, ей действительно было больно встречаться и с внуком. Представьте: в половине одиннадцатого вечера у нас раздается звонок: «Нонна Викторовна, это Владимир Тихонов! Я здесь, у вас под окном!» Нонна чуть сознание не потеряла! Ей было так плохо: она не сразу сообразила, что это внук звонит - как будто сын с того света объявился. У нее душа о нем всегда болела. Не переставая...

«Помирилась с Тихоновым и успокоилась...»

- А правда, что Нонна Викторовна буквально до последних дней своей жизни ждала звонков от сценаристов и режиссеров?

- Правда! Прихожу к ней в больницу, а она: «Никто мне домой не звонил?» Я говорю: «Пока нет - пишут». А она так серьезно: «Кто пишет?» За неделю до смерти Нонна мне рассказывала: «Снился сон, что я репетирую роль. А какой-то мужчина и говорит: «Да что ты репетируешь, ты же скоро умрешь!» Я ничего не могла ей сказать. Потому что это была бы такая фальшь с моей стороны.

- Все о ролях думала?

- Всегда! Я говорю: «Нон, ты мозги себе не сломай».

- Какие образы ей приходили в голову?

- Да разные. Она говорит: «Вот «Чайка»... Помнишь, был спектакль?» Не могу повторить ее слова - матом немножко... Так вот, герои сидят и впустую говорят, говорят... И зрителю тоже скучно. Не так надо ставить эту пьесу. Полегче нужно, с юмором, с иронией, играючи...»

Очень ей нравились социальные клипы Дениса Евстигнеева. (Напомним, в одном из них Нонна Мордюкова и Римма Маркова сыграли путейцев-шпалоукладчиц. - Л. Г.) Она сожалела, что закрыли проект: «Ох, Денис, ох, прогадал! Надо было прямо клип за клипом снимать! Что они, темы найти не могут, что ли? Да вот: собираются на квартире три бабки: одна - в коляске - Римка, другая - с палочкой - я, а третья - Светка Светличная - еще очень даже ничего!.. И тут обязательно - роман! Я без романа не могу!» Она же в душе молодая была.

- А кого на роль героя-любовника?

- Про это не говорила. Да шутила!

- Но кого-то из мужчин-актеров выделяла?

- Высоко ценила Олега Меньшикова, Владимира Машкова, Евгения Миронова. Очень нравился Александр Домогаров - сильный артист.

- И красивый мужчина.

- Нонна тоже так считала. Но ценила она прежде всего талант. Это у нас от мамы шло. Вот знаешь, почему Слава Тихонов говорил, что фильм «Дело было в Пенькове» посвящен нашей маме Ирине Петровне? А дело в том, что он боялся, что его не утвердят на роль Матвея. Он по типажу не проходил. Тогда были другие стандарты. Деревенский парень должен быть с таким простоватым обаятельным лицом - вроде Николая Рыбникова. А Слава - красавец аристократ. Все говорили: таких в деревне не бывает. А мама его успокаивала: «Славочка, а ты знаешь, какие на Кубани трактористы! И конюхи! Картинки, а не ребята. Не бойся, не слушай никого, чушь это все - типаж - не типаж! Главное - хорошо делать свое дело!»

- Как хорошо, что Нонна Викторовна незадолго перед смертью помирилась с Вячеславом Тихоновым - сама ему позвонила. Мне кажется, она сбросила камень с души.

- Конечно! Мы, говорит, не виноваты, что такой неудачной наша семейная жизнь получилась, слишком рано, неосознанно поженились. Она сказала: «Вот позвонила и успокоилась...»

О ЧЕМ ЕЩЕ РАССКАЗАЛА СЕСТРА НОННЫ МОРДЮКОВОЙ

Когда мы обратились к сестре великой актрисы, Наталье Викторовне, с просьбой дать интервью для "Комсомолки" и таким образом отметить в газете день рождения Нонны Мордюковой, - она поначалу засомневалась: хорошо ли это по православному обычаю? И решила посоветоваться с отцом Никоном - уфимским батюшкой, который пользовался особым доверием Нонны Викторовны, он и отпевал ее, по ее же собственной просьбе. Отец Никон сказал: поминать обедом, как положено по православному обычаю, нельзя, а вот вспомнить – можно.

У нее была скульптура Иисуса Христа

... Комнату, где мы беседуем, Нонна Мордюкова называла "офисом".

- Обычно она здесь давала интервью, книгу надиктовывала, - замечает Наталья Викторовна. – Чуть что, говорит: «В офис пойдем!» Она не знала, что такое офис! Офис – это она представляла - там какой-то босс сидит!

- Это она себя представляла боссом?

- Да-да-да! Придет Нинка – «Пойдемте в офис!» (Нина – соседка, приятельница и незаменимая помошница сестер в последние годы жизни Нонны Викторовны).

В этой же самой комнате ровно год назад отвечала она и на вопросы украинских телевизионщиков, «напросившихся» на ее последний в жизни день рожденья,

- Этот день рождения мы не забудем никогда, - говорит сестра актрисы. - Потому что предыдущий она встречала в больнице – вы еще приходили с пирожными, эклеры с творожной начинкой…

- Ну, да, я сама их готовила.

- Вот, а тут – дома, на своих ногах, собрали всю родню и самых близких друзей. Вы же помните, какая она тогда была довольная, веселая. Я тогда и думать не могла, что в этот раз ее день рожденья пройдет уже без нее…

Это невыносимо, потому что настолько мы с ней были связаны – пуповиной. Я знаю каждое ее выражение лица, ужимку, знаю, что нравится ей или не нравится. Я все угадывала.

Мы одновременно начинали говорить об одном и том же… Настолько мы даже телепатически были связаны. Понимаете? Раз я была при смерти – у меня тромб оторвался… Нонна в Карелии снималась, и звонит моему мужу на работу: "Петя, спасайте Наташку!" Вот как она почувствовала, что мне плохо?

И поэтому у меня рефлексы к ней до сих пор остались, я от них еще не избавилась. По привычке вскакиваю утром: сейчас Нонне завтрак сделаю… И ком в горле. Вы понимаете, не уходит этот ком. Скоро будет четыре месяца, как ее нет. А мне кажется, я ее не видела годы…

Я и мужа своего, Катаева, встретила в киноэкспедиции, куда Нонна меня взяла с собой.

Даже когда она уезжала в командировки одна, все равно хоть на день, а вытащит меня. Помню, как отмечали ее день рождения, когда Нонна снималась у Никиты Михалкова в фильме «Родня». Она мне звонит: «Наташка, приезжай!». А у меня ведь тоже – семья, работа – я тогда трудилась на телевидении, в объединении «Экран» – 29 лет на одном месте, кстати! В общем, я поехала. Там Римма Маркова была с дочерью, Никита Сергеевич Михалков, сидели с Нонной, пели - до четырех утра! Я чуток поспала – и скорей в Москву.

А когда я была в командировке в Протвино, что под Серпуховом – она ко мне приезжала. Ходили в финскую баню, березовый сок пили, шашлыки жарили…

Сестры мне предлагают переехать из этой квартиры, потому что здесь каждая вещь о ней напоминает. Но я не уеду. Она не хотела, чтобы я после ее ухода отсюда уехала.

Она мне сказала: "Знаешь, что, сестрица, когда меня не будет, живи здесь. Понаслаждайся одна. А то ты со мной влипла".

- Так и сказала - "влипла?"

- Да, так и сказала. Я говорю "Нонна, ну если бы со мной что случилось, разве бы ты со мной тогда не "влипла" бы? - «Влипла бы, конечно».

А я знаю: она б никого из родных в трудную минуту не бросила. Помню, я еще молодая была – только замуж вышла, со мной «ЧП» случилось. А дело было на 1 мая, транспорт в центре не ходил – она чуть ли не через всю Москву, сквозь толпы народу – шла, да еще врача с собой привела. Она ж после смерти мамы нам всем, младшим детям, ее заменила.

- Она, по-моему, цементировала вашу семью.

- Нонна? Она связующей была, конечно. Она у нас всегда такой была, всегда. Ее энергия – даже если себя плохо чувствовала – на всех распространялась… Она хотела, чтобы и просле ее ухода мы по-прежнему собирались в ее квартире, в ее любимой комнате. Она так и останется ее комнатой. Как при жизни.

- Хотите сделать что-то вроде домашнего музея?

- Можно и так назвать. Здесь будут вещи, которые она любила. Вот этот диванчик и кресла - она сама выбирала гобелен для обивки. Шкаф, который сама покупала. Платья, которые носила - они вот здесь в шкафу так и будут висеть. Она мечтала о комодике – я купила, привезла… Поставила скульптурное изображение Иисуса Христа, который ей подарили. Портрет ее, написанный маслом. Фотографии - хорошие сделали, отреставрировали...

Правда, расстраивает немного то, что на могиле Нонны фотографии нет – сколько раз ни крепила – куда-то исчезают. Наверное, поклонники уносят...

О Владимире Тихонове, Наталье Егоровой и Наталье Варлей

- А как Нонна Викторовна переживала болезнь сына?

- Очень тяжело... Володя ведь тоже понимал, что губит себя, заставляет страдать близких людей.

Я никогда не забуду один ее день рожденья - Нонна жила еще на Рублевке, 34. Володя тогда прошел курс иглоукалывания, и ему на какое-то время это помогло. Для него написали хороший номер, и он, когда был в бодром состоянии, выступал перед зрителями. Володя приехал с клеткой, с попугаем, и Нонна такая была счастливая!

Когда стали расходиться, Володя говорит: «Тасюра, – он меня так называл – я, говорит, заработал и тебя на такси до дому довезу». Мы с ним едем, и он говорит: «Ты знаешь, Тасюра, я никогда не видел мать такой, как сегодня. У нее впервые смеялись глаза!»

И он был такой счастливый! Счастливо-грустный, я бы сказала. Потому что уже понимал, что надвигается опять гроза… Нонна часто вспоминала тот день рожденья. Потом она эту птицу отдала кому-то из артистов. Но страдала она все годы. Каждое воспоминание о Володе причиняло ей боль.

- А как вы прокомментируете появляющиеся в последнее время в печати и на ТВ интервью второй жены Владимира Тихонова - Натальи Егоровой?

- Вот она говорит, что всегда любила и любит Володю до сих пор. Когда поженились – да, любовь была. Спустя несколько лет она родила ребенка. Но потом… Наташе ведь тяжело пришлось: и плакала, и с ребенком в колясочке – было и такое - ночью пешком от мужа уходила. Я ее не осуждаю, и Нонна все понимала.

Но… Помню, приезжаю к Нонне, у нее внук - ему месяцев 10 было - в перевернутом табурете прыгает (тогда манежей для малышей не было), а Нонна плачет: «У Володьки опять все началось…» Наталья просто уходила и все. И исчезала надолго -надолго.

- Наталья Егорова не пыталась наладить отношения со свекровью? Не звонила?

- Звонила. Но только затем, чтобы высказать претензии, потребовать помощи.

- Материальной?

- Да. А чем могла помочь Нонна? После смерти Володи у нее не было ролей, она простаивала. Нонна уже не в состоянии была работать – а она нам звонит: "Вот, Володе (внуку Мордюковой. - Л.Г.) нечего надеть". Я говорю: "Так работай!" Она: «В магазине, что ли, стоять? Да я в 12 часов утра еще в разобранном виде!»

Наташа считала для себя зазорным такую работу. А у меня тоже был период – я не стесняюсь этого – хоть я и художник по костюмам, а работала гладильщицей. По 16 часов. Ничего! Стыдной работы не бывает. В конце концов можно было бы сдавать дачу или комнату в трехкомнатной квартире. У нас в семье все так и крутятся. И я в свое время свою квартиру сдавала. А тут: "Я не могу постороннего человека в квартире терпеть".

Нонна не хотела с ней разговаривать и по телефону. Говорит: "Ты скажи, что мне больно ее слышать!"

Когда Володя умирал, ни души не было около него, никого! А сейчас читаю: Наталья Егорова, оказывается, приехала, когда Володя умер, посмотреть кровать, на которой он спал. А где же она была пять лет?

Егорова никогда не интересовалась, как живется свекрови – а, может, ей самой помощь нужна. Наташа Варлей, первая жена Володи, приезжала, подарила Нонне халат, тапочки из овчины ей в больницу привозила. И чай пили, сидели. Им было о чем говорить. Об искусстве и так далее.

Она написала рассказ, «Трахтур» называется - Я знаю, Нонна Викторовна всегда интересовалась политикой – буквально весной мы еще обсуждали с ней новости, строили прогнозы...

- Это точно! Нонна у нас - великий политик. (смеется) Все возмущалась: «Ну как же наши правители не могут понять - экономика начинается с сельского хозяйства! А его разрушили, уничтожили».

Она писала рассказ, «Трахтур» называется. О том, как бабка умерла от радости, когда наконец-то дождалась «трахтура», чтоб вспахать огород.

- Этот сюжет она сама придумала?

- Нет, это действительный случай! Мы с ней ездили в деревню под Калугой, к знакомым. Они и рассказывали. Мы видели разрушенную ферму, бывших колхозников, которые не знают, чем заняться… От безысходности вымирать стали... Нонну это потрясло.

Мы ведь родом из деревни. А сколько хороших фильмов о простых людях, деревенских, раньше снимали! «Отчий дом», «Журавушка», «Простая история», «Русское поле», «Возврата нет» - в них Нонна такие хорошие роли сыграла. А сейчас будто деревни вообще нет: на экране телевизоров - одни бандюки да убийцы… Мы из-за этого телевизор не смотрели.

- Но за новостями все-таки следили?

- Мы каждое утро начинали с чтения газет. И в больницу я для нее газетки приносила, вслух читала. Только уже последнюю неделю мы просто разговаривали..

Говорю: "Давай попьем кисель твой любимый". - «Не хочу». Наступает обед – я уговариваю: "Ну, ради меня, проглоти хоть одну ложечку бульона…" Для меня в это время главное было : ест или нет… Когда она совсем от еды отказалась, я испугалась.

Я ж с того времени, как фильм «Мама» снимали, ее питанием всерьез занялась. На площадке ей стало плохо, вызвали «Скорую помощь», и в больнице обнаружили диабет. А попробуй Нонну держи на строгой диете! Она любила простую пищу: селедку, картошку жареную. Я говорю – этого нельзя , а она - как преснятина надоела! Я борщ варила – картошку вымачивала, добавляла немного квашеной капусты, ложечку сметаны 10-процентной. А в больнице вообще все паровое. А я помидор натру, лимончик выжму – получается соус.

.. А впервые сыграла на глазах у карателей

- ... У Нонны всегда жажда творчества была, идеи бурлили. У нее вирус этот – воображение - моментально активизировался, сходу. Вдруг такое придумает, какую-то деталь, настолько точную и яркую, от которой образ просто заиграет.

Я с ней работала на картине «Мама». Снимается финальная сцена – встреча с сыновьями на станции. Она говорит: «Дайте сажи!». Зачем? Где взять? Но нашли, принесли чуток. А она - раз – отпечаток на лицо. И, помнишь – сыновья и сама мать начинают хохотать. И ведь какая точная деталь: вот бурильщики, когда нефть находят – все мажутся ею, и так празднуют открытие. И здесь – радость от единения семьи.

Я потом спрашиваю: «Нонна, как это тебе в голову пришло?» «Не знаю», - говорит. Вот это как раз то состояние у нее афекта, когда приходит это зерно. Так же, как и в "Простой истории" – это ж так сыграть, как они с Ульяновым: на грани...

Актерство – это от природы. Это в ней богом было заложено. Буквально с рожденья. Вот если бы у меня спросили, какая была первая ее роль, я бы ответила: первая сыгранная роль была в оккупации. И сыграла она ее так хорошо, достоверно, что этим самым нам всем спасла жизнь.

- А поподробнее можно? Что это был за случай?

- Это был февраль 1943 года. Мне было около семи лет. Мы жили на стану.

Стан – это в горах маленькая избушечка в одну комнатку, с перегородочкой - там папа сидел, инвалид. Он отморозил ногу, и ему ампутировали стопу. Мама была убежденная коммунистка, в период коллективизации и после все в колхозах на руководящих должностях была.

Когда началась война и к Ейску, где мы жили, немцы подходили, она наняла грузовик, погрузила муку, что возможно из вещей и мы помчались в станицу Отрадную. Оттуда на быках на хутор Трубадур, через горную реку Уруп. А все равно немцы и туда пришли. Оккупанты организовали колхоз, и маму тоже заставили в нем работать. Они не знали, что она коммунистка – документы мама в лесу закопала, так их потом и не нашла. А партбилет оставила – зашила в подгиб пальто брата...

Председатель колхоза говорит: «Ирина Петровна, у тебя пятеро детей, а ты такая языкатая – боюсь я за тебя. Лучше мы тебя отправим на стан, в горы. Сторожить колхозные запас.» Там в траншеях с крышей были семечки, сахарная свекла, картошка и кукуруза.

Вот в этой избушке мы и жили. Печку топили – стеблями подсолнухов и кукурузы – из-за оккупации их на полях срезать не успели. Или соломой – стог стоял. Огонь держали круглосуточно – спичек не было. Раз не углядели – погасла печка. Нонну с Геннадием, нашим младшим братом, мама отправила на большак. А это километра три, наверное... Им дали немцы огня – подожгли ватку. И они всю дорогу несли, закрывая, дули, чтоб не погасло, и принесли. Кукурузу в ведре варили – это еда была.

Скотины никакой не было. Зато набежало диких собак щтук двенадцать. Нас якобы сторожили – лаяли. Но ни на кого не нападали.

Скоро к маме по ночам партизаны приходить стали. Приходили мужчины по двое. Приносили иногда что-нибудь: то кресало, чтоб огонь разжигать. Один раз курицу принесли, другой раз – соль. Всю ночь шепчутся, шепчутся… Расскажут новости – они там слушали в лесу радио – Сталина речи – мама интересовалась. Нужны были явки. Мама в станицу под видом гадалки ходила, контакты налаживала, поддерживала людей, разведданные собирала.

А потом Нонну стала посылать. Ей уже 16 лет было. Носила солдатские ботинки, телогрейку, юбку шерстяную, чулки на резиночке и платок. Идти нужно было через висячий мост. Это очень страшно.

- Пропасть глубокая?

- Да, внизу река шумит. А мост – одно название. Никаких перил: внизу трос и вверху трос. А настил с во-о- от такими дырами –досок не хватало. Летом босиком едва держишься, а обледенеет – ужас!

Ну, вот... Однажды партизаны настолько осмелели, что пришли утром к нам. Шушукаются. А я в окошко вижу – в гору кто-то поднимается с винтовками. Полицаи! Партизаны ползком - в траншею, зарылись там. Папа - за печку, мама у окна застыла. А Нонна надевает телогрейку, платок… Мама: «Ты куда?!». А я, говорит, пойду солому дергать .

Я с мамой смотрю в окно: Нонна дергает солому в мешок и на идущих посматривает. Несколько человек отделились, приближаются: у двоих наготове ружья – на Нонну направлены. Мама меня так больно за волосы дергает. А Нонна грызет семечки, напевает незапрещенные песни: «Ну-ка, чайка, отвечай-ка, друг ты или нет…». И улыбается, смотрит на них. Молодые ребята. И они ее рассматривают. Красивая девушка. Говорят о чем-то и…уходят.

Нонна потом рассказывала: «Они мне говорят: «Девушка, подойди к нам». А я им: «Дяденька, вы меня зовете?» Вот так подумайте – кого же еще – она одна стоит… Понятно, испугалась – а по лицу не скажешь. Такая простушка деревенская!. Они говорят: «У вас здесь никто не проходил?». А правда, снег выпал, следы партизан так четко были видны! Она говорит: «Хм, наверно, проходили, у нас же добро колхозное – брали, наверное. Хотите - кукурузы возьмите, хотите – семечек. А потом - я ж ездила по воду. На лошади с бочкой. Вы у мамы узнайте. Погрейтесь». И на избушку показывает рукой. Нонна так естественно, непринужденно держалась, они повернулись и уехали. Потом Нонна позвала партизан – у одного из кармана револьвер выпал. Видно, уже готовы были отстреливаться. Что это – не роль была?

- Выходит, ей нетрудно было входить в роль Ульяны Громовой в фильме Сергея Герасимова «Молодая гвардия»?

- Конечно! Мы же все то же самое переживали, что и комсомольцы Краснодона. Она мне сколько раз говорила: «Ты понимаешь, для меня ничего нового там не было. Сама видела, как на базаре комендант станицы выступал. Евреи ходили с повязками с шестиконечной звездой». И душегубки были. И казни. Вот я про партизан говорила - старший потом фамилию свою назвал: Князев. А Нонна говорит: «А в станице Шуру Князеву казнили». Он говорит: «Это моя дочь». Она комсомолкой была.

- Ее прямо в станице казнили?

- Привязали к машине и поволокли в Армавир.

- И это на глазах у всего народа?

- Да. Чтоб неповадно было. Все ужасы мы пережили.

А Нонна бесстрашная была. Все ей хиханьки да хаханьки. Как-то партизаны отбили скот, который немцы угоняли в Германию. Голов сто. Днем его прятали у нас на стану в подсолнухах. Молодежь из станицы приходила - скотину кормили, поили. А на ночь у нас оставались. А нас самих семеро! Спали на полу, на соломе. Хохот чуть не всю ночь: «Ванька, это твои ноги? Нет, не мои! А чьи? Клавкины!» И так целую неделю.

- Немецкие солдаты к Нонне не приставали – девушка-то была яркая?

- Они шоколадки дарили девушкам. Но не трогали. Не было такого хамства среди простых немцев - солдат. Вот офицеры, эсэсовцы в черном, спецотряды - зверствовали. А солдаты даже, когда там наши работали на дороге, сами говорили: «Когда едет грузовик – можете отдыхать. Но если легковая машина – работайте изо всех сил!».

- Начальство едет.

- Да-да-да! Предупреждали. И даже делились с сельчанами солью.

- Может, это не немцы были, а солдаты другой национальности?

- Немцы. И мама говорила – это те же пацаны, как наши. Задурили им головы – вот и пошли воевать.

- А как наши пришли?

- Несколько дней канонада была слышна с большака. А когда мы уже увидели солдат в буденновке с красной звездочкой – мы с братом и Нонной выскочили, и стали петь: «Партизанские отряды занимали города». Это была армия – в некоторых частях еще буденновки носили.

Как сейчас помню: солдаты просят – пусть наш командир побреется. Мама горячей воды из чугунка дала. А потом бычка закололи. Варится котел мяса. С картошкой. У нас один табурет и столик для командира. Остальные все – мы и солдаты - на полу. У них котелки походные. Всем по куску мяса и этот бульон!

И ничего нам больше не надо – у нас такая радость! Что освободили нас, освободили!

Тем же вечером вернулись партизаны. Пошел такой пир! И Нонна с мамой пели. Нонна стреляла из пистолета и из ружья, бойцы ее научили. Ей это потом пригодилось: после войны молодежь по ночам с оружием патрулировала города и поселки, и Нонна ходила.

* * *

- Наталья Викторовна, уже после смерти Нонны Викторовны, в августе, в Ейске, что в Краснодарском крае, на малой родине Актрисы, ее открыли памятник... Я знаю - вы туда ездили.

- Да, конечно... Там многое изменилось. Кинотеатр, в который Нонна когда-то ходила, сделали современным – это потрясающе! Ее фотографии в фойе. Там билет можно купить через компьютер!

Что меня поразило – деньги на изготовление скульптуры пожертвовали местные бизнесмены: три грека и один грузин! Один так наклонился, грек, и говорит: "Разве можно женщине босыми ногами стоять на камне? Конечно, нет. Мы опять собрали деньги, чтобы скульптуру поправили - надо под ногами из бронзы «деревянную» ступеньку сделать..."

"Мама, прости меня..."

Письмо Владимира Тихонова Нонне Мордюковой

«Мама, прочитай внимательно... Так знай же, что после консультации с компетентными людьми, выяснилось, что твои «Горы» на два года – это не что иное, как конвойно-лагерная система, тюрьма из тюрем… (Имеется ввиду больница. - Ред.) Во всем виноват я сам, моя слабость, бесхарактерность, непринципиальность, безделье.

Да, безделье, безденежье, разрыв с женой и с тобой – все это взаимосвязано. Я это с небывалой теперь только ясностью понимаю, так как мой мозг чист, организм здоров, а мысль трезва.

Мама, еще не все потеряно, и не такой уж я преступник и закоренелый пьяница, чтобы не осталось в душе единственного человека, то есть у тебя в душе – места для прощения и последний раз протянутой руки помощи с твоей стороны. Последний раз поверь мне. Так серьезно никогда еще не писал и не говорил с тобой. Больше понять меня некому. Ведь ты понимаешь, что Егоровой больше нет, а отцу, который против лагеря, а наоборот за скорейшее мое освобождение и ныряние в работу, деятельность и так далее, не до меня. Мама, прости меня и помоги последний раз. Того прошлого, о котором ты говоришь, больше не будет. Не будет пьянства, наркомании, безделья, пустоты.

Как ты понимаешь, дел у меня полон рот, начиная с зубов, которыми, клянусь честью, начинаю заниматься на следующий же день, как выпишусь. Главное, чтобы не было безделья, впустую прожитого дня, не было так много свободного времени. Заполнить его есть чем. Ты же знаешь.

Мы с тобой сядем и все раскидаем. Поверь, я очень изменился. Мама, мне ведь тридцать пять лет, я очень одинок. Если не ты, то кто? Этот год был по гороскопу для меня очень неудачный, високосный. 1985 год – это мой год, который, если верить гороскопу и предсказаниям отца, принесет мне, а значит, нам с тобой, счастье, успокоение через любовь.

Все это пишу, так как понимаю, что по телефону всего не скажешь. Ты же знаешь, как быстро я восстанавливаюсь уже с помощью лекарств и врачей. Я готов к выписке. Это слова врачей. Только нужна последняя гарантия со стороны семьи, то есть, с твоей стороны. Ну нет же у меня никого больше, нет!

Я не тороплю тебя, знаю, время – лекарь. Одно дело, когда я приехал несколько лет назад лечиться от наркомании, другое – это банальное скотское пьянство – да, тьфу!

Мама, осилю, возврата к старому не будет. Не обещай, а вытащи меня отсюда последний раз. Нарушу – тогда не простишь. Фу, устал. Прочти, пожалуйста, эти строки еще раз. Прости, жду..."

(Письмо написано в 1985 году.)

Смотрите фотогалерею: Фото из семейного альбома Нонны Мордюковой

Смотрите фотогалерею: Фото из семейного альбома Нонны Мордюковой

Здесь жила звезда. Квартира Нонны Мордюковой.Алексей ЕПИФАНОВ

Понравился материал?

Подпишитесь на ежедневную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

 
Читайте также