Премия Рунета-2020
Россия
Москва
-9°
Boom metrics
Экономика20 октября 2009 10:49

Михаил Делягин «Ждать ли России второй волны кризиса?»

Директор Института проблем глобализации в прямом эфире радио «Комсомольская правда» (97.2 FM) о положении в экономике страны
Источник:kp.ru

Директор Института проблем глобализации в прямом эфире радио«Комсомольская правда» (97.2 FM) о положении в экономике страны.

Беседу провел спецкорр "КП" Евгений Черных.

- Михаил Геннадьевич, говорят, инфляция в стране падает. Но ссегодняшнего дня моя маршрутка подорожала на 5 рублей. Было 20. Стало 25. Даи с безработицей не все ладно. Прошли митинги на АвтоВАЗе. Там собираютсяуволить десятки тысяч рабочих. И в целом по стране ожидаются массовыесокращения.

- Если смотреть макроэкономическую статистику, то картина нашегоразвития очень неплоха. Рубль крепчает, как в 1997 году; провалился ниже 30рублей за доллар, слава богу, ниже 29, наверное, не пойдет.Официальная инфляция вот уже более 2 месяцев равна нулю. Дефляции нет и небудет, наверное, но цены официально не растут. Да, конечно, в жизни мывидим, что они растут.

- Бензин дорожает.

- И бензин дорожает, и особенно сахар, и многие другие вещи. Ростцен на них до поры уравновешиваются удешевлением плодоовощной продукции.

- Так осень же на дворе!

- У российских макроэкономистов есть такой культовый, тотемныйтовар – капуста. Не в смысле доллара, а обычная, честная, кочанная капуста,которую квасят. Потому что по каким-то своим причинам она в нащей стране,по крайней мере, по официальной статистике, дешевеет первой и очень сильно.И в результате благодаря ей происходит очень заметное снижение официальнойинфляции.

Но в целом, несмотря на все передержки и недостатки, с инфляцией официальнойстатистике полегче: не было бы счастья, да несчастье помогло. Уровень жизнилюдей упал очень сильно, и если еще полгода назад это давило в основномрынки товаров не первой необходимости, включая одежду, то сейчас это давитуже и рынки продовольствия. Это не давит жилищно-коммунальное хозяйство иуслуги городского транспорта, так как это естественные монополии, там рыноки не ночевал никогда, там цены и тарифы определяются произволом в чистомвиде. Ну, и бесхозяйственностью, которая покрывается их ростом, разумеется.Вот сегодня рано утром наблюдал феерическую картину, иллюстрирующуюосмысленность принятия решений в нашей системе управления.

Ночь, дождь, плюс два градуса. И Ленинградское шоссе заволокло клубами пара.Оказывается, в этих условиях аврально кладут асфальт, потому что одинмосковский начальник заявил, что нужно убрать колею из левой полосы. Сколькопросуществует асфальт, проложенный таким безумным образом? А в конечномсчете оплатим это варварство и расточительность мы.

Но инфляция снизилась. Дорогой ценой, ценой сталкивания людей в нищету ибезысходность, но она снизилась до нуля, и этим нашему начальству можнохвастаться.

Статистика по промышленности хорошая: спад сокращается. Этот тот самыйэффект базы, о котором я говорил на прошлых передачах: поскольку у насэкономические трудности начались в сентябре того года и дальше нарастали, вэтом году сравнение с аналогичным периодом прошлого года в сентябре будетлучше, чем в августе, а в декабре лучше, чем в сентябре. Если, конечно,ничего не случится.

Промышленный спад сократился с 12,6% в августе до 9,5% в сентябре: этоминимальный спад с ноября прошлого года! Все хорошо, можно радоваться,гордиться, бить себя пяткой в грудь, рассказывать, как у нас всезамечательно.

Насчет безработицы: показатели безработицы рассчитывались у насдобросовестно, четко и адекватно, это были одни из наиболее надежныхпоказателей. Увы, только до мая. Потом произошел пересчет «задним числом»,возможно, вызванный не имеющим оправдания с управленческой точки зренияподчинением Росстата Минэкономразвития, из-за которого вынужден был уйтиуважаемый руководитель Росстата Соколин.

Да, к Росстату были претензии, даже выдвигались обвинения в его адрес, ноСоколин - человек профессиональный, который всегда очень хорошо понимал, чтоон делает и где у какого статистического показателя какой имеется «люфт».По-видимому, давление на него достигло уже запредельной величины, и емупришлось уйти.

Непосредственной причиной, похоже, стал перенос переписи с 2010 сначала на2012, а затем и вовсе на 2013 год. Перенос, возможно, был вызван тем, чтонакануне выборов не всем хочется знать, где сколько людей живет. Втораяпричина – демографический эффект 2000-х годов, который тоже, наверное, невсем интересно знать.

Но не менее интересным событием, предшествовавшим уходу Соколина, сталпересчет «задним числом» статистики по безработице. Это связывают сподчинением Росстата Минэкономразвития.

- А он был самостоятельным?

- Он был относительно самостоятельным. Вице-премьер и одновременноглава Минэкономразвития, конечно, его курировал, но относительнаясамостоятельность сохранялась. А теперь это подведомственная структураМинэкономразвития: насколько можно судить, «шаг влево, шаг вправо считаетсяпобегом, прыжок на месте – провокацией».

Похоже, первой жертвой этого пала статистика по безработице. Мне это оченьобидно: у нас не так много показателей, которые рассчитываются хорошо,качественно, которым можно верить, закрыв глаза, очертя голову. Теперь однимтаким показателем меньше.

В мае выяснилось, что у нас численность безработных волшебным образомсократилась на 1 миллион человек задним числом. Таких погрешностей и дажеошибок у профессионалов не бывает, так что, вероятно, это политическиобусловленная корректировка. И теперь достоверная статистика безработицы –это большая проблема.

Ситуация усугубляется изменением ее структуры. Вот в сентябре пришливыпускники наших так называемых вузов.

- Куда?

- Знаете, я Вам чуть ведь сейчас не ответил… В большую жизнь онипришли, в общем. И самое страшное, что их действительно будут брать наработу - потому что они себе цену уже, в общем, понимают, и им поэтому можноплатить очень мало денег. Я знаю человека, который реально платит студентам4-5 курса 3600 рублей в месяц в Москве за работу на износ. Да, это неполнаязанятость, и они согласны на это, потому что ничего лучше для них нет.

А теперь представьте себе, что взрослый человек с семьей, имея какую-токвалификацию, будет заменен тремя или четырьмя такими студентами или дажевыпускниками. Безо всяких мигрантов. Для работодателя это экономия, - авзрослый работник пойдет на улицу, и статистически это будет не оченьзаметно. Потому что так была бы безработица 4 человека, а так – 1 человек,но по социальным последствиям это будет намного хуже.

Если смотреть дальше по макроэкономическим показателям, у нас даже бюджетныйдефицит снизился с августовских 7,6 до 5,3% ВВП в сентябре. Да, за счетвысокой цены нефти: впервые нефтегазовые доходы федерального бюджетапревысили половину его доходов.

Но все равно это не так плохо. Мне нынешняя ситуация напоминает известныйанекдот про алкоголика, который собрался было вешаться и вдруг видит: бычоклежит. Он его решил сначала докурить, докурил и обнаружил забытую заначкупортвешка. Он ее выпил, жизнь сразу в розовом свете показалась, и он думаетсебе: «А что это я, жизнь-то налаживается».

И многие официальные рапорты вот это «жизнь-то налаживается» отчетливонапоминают.

Сегодня у нас есть две очень болезненные проблемы, пока не оченьболезненные, но при их анализе становится ясно: нынешнее неполное, далеко небольшинства касающееся благополучие - явление временное, привнесенное нефтедолларами.

С моей точки зрения, нефтедоллары – это очень хорошо, хотя много людей зоветих проклятием России.

- Есть такое мнение.

- Послушайте, но ведь, когда у вас есть деньги, это всегда лучше,чем когда у вас их нет. Да, с запойно пьющим ситуация другая, но он, если унего нет денег, либо умирает от сжатия сосудов, либо находит себеальтернативу.

Так что, если есть деньги, это хорошо.

Нам, может быть, не все нравится в том, как они используются, но, знаете,лучше потерять 10 рублей из 100 и даже 30 рублей из 100, чем 10 рублей из 11рублей: просто больше останется. А ведь коррупция, как известно, по доходамнеэластична.

Так вот, первая проблема сегодняшней России – банковская система. Точнее,рост доли плохих активов, проще говоря - просроченных кредитов. Когда всебыло относительно хорошо, нефтедоллары текли рекой, можно было брать деньгигде угодно, в том числе и на Западе - кредиты раздавались почти кому угодно,не только в сфере потребительского кредитования, но и в реальном секторетоже.

«Посчитали – прослезились». И теперь выясняется, что, несмотря на всереструктуризации и пролонгации, доля плохих и безнадежных кредитов увереннорастет. По официальной статистике, сейчас доля просроченных кредитовсоставляет 20% от капитала банковской системы России. При этом неучитывается, что, если просрочены проценты по кредитам, то сам кредит тожебудут возвращать, мягко говоря, не по первоначальному графику. Поэтомуреально «плохие долги» составляют от 30 до 40% капитала банковской системыРоссии.

Более явный показатель – доля плохих активов к их общей величине, грубоговоря – доля просроченных кредитов во всех выданных. Когда в нашей странеэта доля больше 10%, пора кричать «караул», а норма - примерно 4,-4,5%. В2007 году был достигнут минимум - 2,3%, а в июле этого года было 7,6%. Вконце этого года, по оценкам, будет 11%, - то есть уровень, требующийвмешательства государства. Без этого вмешательства доля «плохих долгов»будет расти быстро и уже весной превысит 18%, превысит уровеньпостдефолтного 1998 года.

То есть государству придется в любом случае давать деньги банковскойсистеме.

- Опять, как год назад

- Это нормально. Во всем мире сейчас экономическая депрессия, вусловиях которой, чтобы выжить, надо замещать государственным спросомсжимающийся коммерческий спрос.

Вопрос – на что дает деньги государство? Если на модернизацию, это хорошо.Ну так кто мешает? - бегите, догоняйте, давайте, стройте новые заводы,дороги, модернизируйте ЖКХ, обновляйте технологии! Но единственное, где этовсе можно всерьез услышать - на научных, а точнее, совсем ненаучныхконференциях. На практике это не видно. На практике наша модернизация – этоукладка асфальта по дождю ночью перед заморозками. И это не способ борьбы сколеей на асфальте, это способ «распила» денег.

У нас нет признаков модернизации, но и это полбеды: если бы они давались«на поддержание штанов», это было бы не так страшно.

Беда в том, что деньги зачастую даются просто так, без реального контроля заними. Весь вопрос нашего будущего – будет этот контроль создан или нет. Очень хочется верить в то, что будет.

Но пока будущее банковской системы – повторение прошлой осени: государстводаст деньги ключевым банкам, чтобы эти деньги распространились дальше побанковской системе, а дальше – по экономике. Вместо этого эти деньгипровалятся на валютный рынок.

У нас там пока все хорошо: 418 млрд.долл. международных резервов, да еще ивыросшие за последнюю неделю, это прекрасно. Но когда государство будетвливать деньги, эти международные резервы будут таять под черным солнцемспекуляций.

Эти деньги будут служить не детям, не дорогам, даже не автопромунесчастному, к которому тоже много претензий, а спекулянтам, которые этиденьги будут уводить из страны.

И звоночек уже прозвенел. Чистый отток капитала в третьем квартале – 31,5млрд. долларов, почти столько же, сколько в кошмарном первом (35,2млрд.долл.). Да, во втором квартале был чистый приток. Не такой большой, какожидалось, не 7,2, а 4,4 млрд.. Да, это не заводы, а спекулятивные деньги иреструктуризация долгов, - но хоть что-то.

Отток капитала в третьем квартале был вызван тем, что в июле Банк Россиидестабилизировал валютный рынок, и рубль качало как известно что известногде. Валютные и фондовые спекулянты перепугались - и в июле ушло 16,0 млрд.,в августе 9.4, а в сентябре 6,0 млрд.долл.. Отток затухает, как видно: можетбыть, в октябре будет даже чистый приток.

Но сам по себе отток пока - тревожный звоночек. Важно и то, что возобновилсяотток по неофициальным, «черным», не видимым государству каналам.

- По-настоящему ушло больше? Если учитывать теневые каналы?

- Нет. Статистика движения капитала – это очень хорошая,качественная статистика, в этом специалисты Банка России молодцы. В нейсальдо оттока капитала по «черным каналам» улавливается как «чистые пропускии ошибки»: это сальдо движения, которое Банк России не видит. А посколькунаблюдение качественное, то можно считать, что появление погрешности вызваноне тем, что у кого-то где-то калькулятор перегрелся, а тем, что происходятскрытые операции с капиталом. Так вот, как только государство вольет деньгив банковскую систему без контроля, отток капитала усилится.

- Если фиксируют, сколько уходит, нельзя ли подключить ФСБ, другиеконтролирующие органы и вмешаться в ситуацию?

- Прекрасная идея. Только ведь, чтобы, как Вы говорите, «подключитьконтролирующие органы», их нужно сначала создать. При всем уважении к многимнашим ведомствам. Ведь каждая банковская проводка больше определенной суммыфиксируется и анализируется. Теоретически, если вы отправите за рубежкакую-то сумму денег, к вам имеют право прийти и спросить, «откудадровишки». Более того, ваш банк обязан это у вас спросить. В конце концов,когда из страны уходят миллиарды долларов по черным схемам, проведитесоответствующие расследования. В чем дело? Было бы желание.

- А в чем дело?

- Правда, есть одна деликатная сфера. Любое приличное государство,которое серьезно занимается внешней политикой, иногда сталкивается снеобходимостью потратить деньги за пределами страны на те или иныеделикатные вещи.

- Типа «золота партии»?

- Например, купить что-нибудь, что ему не хотят продавать, черезпятидесятые руки. И это не всегда удобно проводить через официальныеимпортные контракты. Такое бывает, но это копеечные расходы на фоне общихпотоков капитала.

Скорее всего, работающие в контролирующих органах просто не хотятсвязываться. С одной стороны, это действительно сложно, с другой - этосложная специфическая сфера, отчасти криминальная, имеющая серьезныеполитические выходы, далеко не обязательно в нашей стране. Чтобы с этимсвязываться, нужно иметь не просто системное видение мира, но и системнуюзащиту интересов людей, которые этим будут заниматься.

- И нужны комиссары Каттани.

- Вот знаете, с героями у нас пока относительно все просто. Этихкомиссаров найти, воспитать, обучить не так сложно. Было бы желание.

- Честных людей много.

- Это проблема желания государства. А кроме того, есть многофункций, которые даже не очень честные люди выполняют неплохо. Ну да,подворовывают. Но если он свою основную функцию выполняет на 90 %, в нашевремя это уже нормально. И если он будет знать, что это приоритетная сфера,и за любое подозрение с него голову снимут вместе со звездочками, он своиобязанности будет отрабатывать. А хамить и гадить он будет в других сферах,- и там его нужно ловить и наказывать, но по базовому направлению он будетотрабатывать нормально.

- И это уже хорошо.

- У нас, к сожалению, нет желания бороться с теневым оттокомкапиталов. Проблема та же, что и везде: нет желания контролироватьраспространение денег государства в экономике. Нет желания контролироватьвывод денег из экономики. Я очень хотел бы ошибиться, это мое частноемнение.

- Ну и боязнь обидеть кого-то из больших людей.

- Конечно же, страх. В 2004 году закрыли один из банков, которыйзанимался обналичкой в безумных размерах. Ребята им владели серьезные идолго держали осаду против Банка России. Никакая ФСБ их взломать не моглаочень долгое время, просто не могли зайти в банк. И это породило банковскуюдестабилизацию.

Люди в Банке России, которые этим занимались, получали конкретные угрозы.Государство предоставило защиту заместителю председателя Банка России,одному. Членам его семьи не предоставило, его подчиненным не предоставило. Внормальной ситуации, если это происходит, то тот, кто не обеспечил имзащиту, должен нести ответственность за преступно халатное исполнение своихобязанностей. Потому что ведь могло все, что угодно, случиться. И люди,лишенные защиты, могли просто отказаться работать, могли сказать: я клерк,чего мне под пулями бегать. Они этого не сказали – по сути дела, подвигсовершили. И этот банк был закрыт.

Но урок для всех госслужащих был страшный: не суйтесь, вас государство незащитит, если вы вздумаете защищать его интересы.

И это очень неправильно.

Но что мы все о банках? Нужно поддерживать банковскую систему, но она лишьинструмент. В первую очередь нужно поддерживать реальный сектор,обеспечивать социальную защиту, помогать регионам. Это все вещи оченьвзаимосвязанные.

- Мы говорили о плохих активах.

- Их не нужно бояться. Вторая волна кризиса будет, при всех нашихпроблемах, значительно мягче, чем первая.

В том числе из-за психологической адаптации менеджеров и в бизнесе, и вгосударстве. За 9 лет с 1999 до 2008 года выросло целое поколениеруководителей, не имевших кризисного опыта. Они привыкли, что жизнь – этопуть от победы к победе, что все хорошо и будет еще лучше, «потому что такбыло всегда». Они привыкли к непрерывному расширению спроса, а в кризисстолкнулись с его сжатием. Они оказались не готовы, и много ошибок былосделано из-за этой неготовности. Бизнес на этих ошибках выучился. Нашипредприниматели – жесткие, жестокие, бесчеловечные - но они поняли, чтобывает плохо, и в ситуации, когда все плохо, тоже можно работать инормализовывать ситуацию. Они выучились, и это дает стране дополнительныйзапас прочности.

- Жизнь продолжается.

- Стали тратить Резервный фонд. В сентябре потратили 9,5млрд.долл.: при таких темпах его хватит до следующего лета, но у бюджетаесть еще заначки.

Главное - был преодолен психологический барьер: стало ясно, что эти деньгиможно тратить, можно жить с дефицитом бюджета, и это еще не катастрофа.Ну, и главное: цена нефти все же не 34 доллара за баррель, а 77, и этообеспечивает значительно большую мягкость кризиса, значительно большуюстабильность. Если в первую волну кризиса, прошлой осенью, банковскаясистема России стояла на грани физического уничтожения, если мы былисвидетелями обвала экономики в прямом смысле, то этой зимой подобного небудет. Будут неприятности, будут проблемы. Но не тряхнет, не разобьет, - акачнет. Вторая волна кризиса, в отличие от предыдущей и последующих, будетмягкой, относительно комфортной, хотя не для всех. Я говорю про экономику вцелом.

- Так значит вторая волна кризиса будет зимой?

- Здесь работают два фактора. Первый – цена нефти. Чем она выше,тем дольше мы оттягиваем вторую волну кризиса.

И второй – согласие внутри нашего политического класса, хотя грамотней былобы говорить о правящей тусовке. И в этом отношении меня тревожит несколькомалозначимых явлений, каждое из которых поодиночке мелко и малозначимо, авместе они складываются в картину массы булавочных уколов.

Есть ощущение, что начинается предъявление счетов 2000-м годам так же, какпредъявляли счет сначала «партократии», а потом 90-м годам. Помните, Ельцинбросил клич: во всем виноват Чубайс! Мы-то знаем, что он не во всем виноват,что ему просто хватило бессовестности выразить эпоху. Потом были вброшены воборот «проклятые 90-е годы», ради борьбы с которыми бюрократии нужно былопосадить Ходорковского, чтобы не мешал своими протестами против коррупции.Потом были чеченские бандиты… И вот сейчас начинается предъявление похожихсчетов 2000-м годам. Эпизодично, мелко, булавочными уколами, - но в целомэти уколы складываются в тенденцию.

- Например?

- Например, встреча премьера с тишайшими писателями, где егоспрашивают, что там с Ходорковским. А премьера к этому вопросу, судя по егореакции, не подготовили.

Я категорически против этой репрессии, это позор России, который ещеаукнется всем нам, и государству в первую очередь, но премьеров к встречам,вообще говоря, готовят. Прошлый раз неподготовленным выпускался на встречи створческой интеллигенцией Хрущев, и сейчас уже понято, что то быласознательная «подстава», дискредитировавшая его.

Второй эпизод: опять стали вспоминать взрывы жилых домов в разных городах ифеерические учения в Рязани в 1999 году. Эти события, безусловно, требуютрасследования, но не со стороны людей с очень прозрачной политическойпозицией, которую мы детально обговорили неделю назад. Не со стороныроссийских либералов, истово верующих, что солнце восходит даже не просто«на Западе», а непосредственно в городе Вашингтоне.

- И не со стороны беглого Березовского.

- А главное, что защитники официальной точки зрения, непринадлежавшие к официозу, были нарочито неубедительны. Я мог бы отстаиватьэту позицию, хотя я к ней скептически отношусь, значительно болееэффективно. Хотя у меня никакой информации нет, просто на основе газетныхпубликаций. Тот лепет, который раздавался в ответ на обвинения, вызывалощущение осознанной провокации.

Далее - выборы в Мосгордуму. Масштабы нарушений, о которых говорилось икоторые были видны, производили ощущение провокации даже не против Лужкова,а против всех 2000-х годов. Достаточно вспомнить, что на избирательномучастке, где голосовал лидер «Яблока» Митрохин с семьей, «Яблоку» не былозасчитано ни одного голоса! Хотя, возможно, он за ЛДПР проголосовал, чемчерт не шутит…

Я не питаю к 2000-м симпатий, все 2000-е годы я очень жестко критиковал то,что делалось. Я говорю о другом: когда начинаются внутренние разборки, этопризнак дестабилизации. Когда национальная интеллигенция начинает рассуждатьо восстановлении исторической справедливости, это путь к резне: доказаноужасным опытом конца 80-х – начала 90-х годов. Поэтому, хотя все мы любимсправедливость, когда национальная интеллигенция начинает рассказывать провосстановление национальной справедливости, ей нужно затыкать рот любымиподручными методами, потому что иначе будет плохо.

- Плохо и самой интеллигенции.

- Да. Самая лютая несправедливость покажется раем по сравнению стем, что эти прекраснодушные, но очень неразумные люди сотворят со своейстраной и народом.

И то же самое начинается сейчас внутри правящей тусовки. Если вы не знаете,как вы будете решать проблему - не создавайте ее. Стыдно цитироватьГорбачева, но больше некого: «Не раскачивайте лодку». Да, как тогдаговорили, мы все в одной лодке, но некоторые в качестве провианта, но всеравно.

Когда я вижу эти булавочные уколы, которые складываются в общую картину, ячетко фиксирую, что это дестабилизация. Дорогая нефть – это факторстабилизации, а внутри системы зреет пока какой-то разброд, а завтра будетдрачка, которая станет фактором дестабилизации.

Теперь, наконец, обратимся к реальному сектору. Нефтедоллары – чудеснаявещь, вот только они никогда не распространяются равномерно. Государство какраз и существует в том числе для того, чтобы нефтедоллары шли одним мощнымпотоком и чтобы этот поток разделить на всех. По какому принципу - зависитот позиции государства. Если мы занимаемся модернизацией, деньги делят средитех, кто модернизируется. Если мы поощряем иждивенчество - среди тех, ктолежит на боку. Но если мы не проводим никакую – или почти никакую -распределительную политику, деньги достаются только тем, кто ихзарабатывает. Великолепно!

- По справедливости.

- Но это означает, что при среднестатистическом благополучии естьотрасли, регионы и социальные группы, которые захлебываются от избытка денег- и тут же, рядом есть отрасли, регионы и социальные группы, которыенаходятся в состоянии жутчайшей, дичайшей нищеты. И их в упор не видно, покаони не перекроют федеральную магистраль, потому что статистика в среднемвсех уравнивает.

Управление средней температурой по больнице – это управление вслепую, эторабота на кладбище, а не на роддоми.

Все с начала августа хором говорят об АвтоВАЗе. Такое ощущение, что у всех,у кого солнце восходит не в Вашингтоне, у них оно восходит в Тольятти.Так вот, дорогие товарищи, АвтоВАЗ свои проблемы решит сам, пусть дажешантажом государства. Потому что это было 108 тысяч занятых, сейчас послеувольнения 5,5 тысяч пенсионеров это 100 с лишним, а с учетом выодаотдельных предприятий «в сторону» - 96 тысяч занятых.

- А всего 22 тысячи хотят уволить.

- До 2012 года, чтобы АвтоВАЗ был на что-то похож, нужно, есливерить письму Минпромторга, уволить половину. Разница между этой половиной и22 тысячами, разница между 2009 годом и 2012-м – это в чистом видесоциальная помощь. АвтоВАЗ свои проблемы, не мытьем так катаньем, не хорошотак плохо, но решит сам.

«Крупняк» сам свои интересы защитит.

Наша проблема – это поселки городского типа и мелкие моногорода, которыенаходятся не на федеральной трассе. А хоть бы и на федеральной тоже, потомучто не у всех людей хватит духу ее перекрывать, а без этого на них необратят внимания.

У нас должен быть сквозной мониторинг всех таких городов и поселков не науровне губернатора, у которого самого кошелек зачастую пустой, а на уровнефедерального центра, чтобы давать деньги, пусть даже минуя губернатора,пусть даже напрямую, пусть даже в нарушение бюджета и дисциплины, но чтобылюди жили. Это вопрос социальной защиты.

А с другой стороны, сколько можно просто кормить людей? До полного отбиванияу них инстинкта к труду, а дальше? Да, нужно делать модернизацию, масштабныепроекты - и вытаскивать в эти проекты людей из этих умирающих городков.Иначе будем кормить их бесконечно до их полного одичания, и денег все равноникогда на всех не хватит.

Я понимаю, что стратегию и политику модернизации можно вырабатывать допобеды коммунизма, но начните простые проекты. Лучше ошибиться, что-тоделая, чем не ошибиться, не делая ничего. Потому что, делая что-то, даже неочень нужное, люди привыкнут работать, восстановят трудовые навыки,квалификацию и просто восстановят привычку к самоуважению, черт возьми.

- И потом начнут что-то нужное делать.

- А потом их уже можно будет направить на что-то нужное. А у насвот эта чудовищная дифференциация между работающими, сидящими на шее исброшенными в натуральное хозяйство просто разрушает страну, разрываетединое экономическое пространство.

Когда вы едете по федеральной трассе в Подмосковье, у вас одни законы. А вотв среднем Подмосковье свернули вбок - и попадаете в другой мир. Где молодыелюди катаются на старенькой машины от одной трассы до другой. Они выехать немогут, потому что у них прав нет, и нужно совершить большое усилие надсобой, чтобы эти права получить. И они живут в этом мире. Это мир одичания,нищеты даже в Подмосковье. Что уж говорить о более дальних регионах.И у государства главной задачей модернизации должно быть восстановлениецелостности нашей страны не с точки зрения присоединения или отсоединенияКавказа - бог с ним, с Кавказом. Надо, чтобы внутри каждой области вбогатом областном центре, в среднеработящем городке и в последней деревнежили по одним законам. Ну хотя бы по законам, - образ жизни все равно будетразным, но чтобы он со временем сближался, а не разделялся. Иначе мы впределах одного квадратного километра получаем три разных России, которыедруг друга не просто ненавидят, а даже не понимают.

Вот в чем задача модернизации. Здесь целина непаханая. И нефтедоллары – этоне проклятье, это счастье, это то, что можно использовать прямо сейчас.Но, к сожалению, мы не используем этот шанс. Мы обсуждаем третьестепенныевопросы. Будут увольняться с АвтоВАЗа 22 тысячи или 55, - я понимаю, дляэтих 55 тысяч это вопрос единственно значимый, вопрос жизни и смерти. Потомучто они не найдут себе работу при нулевой трудовой мобильности. Но, чертвозьми, сделайте два десятка мощных инвестиционных проектов повосстановлению инфраструктуры: здесь и думать-то почти не нужно:инфраструктура кормит сама себя, вытягивает сама себя.

Ограничьте коррупцию, воровство, произвол монополий, чтобы эти проектыбыли относительно дешевы, и вам будет плевать, сколько увольнять с АвтоВАЗа,потому что у вас будет дичайшая нехватка рабочей силы. Как только вы начнетемодернизационные проекты, выяснится, что любой человек, способный работать 8часов в сутки, делать хоть что-то хоть с какой-то степенью добросовестности,будет на вес золота. У вас упадет алкоголизм, потому что пить станетбессмысленно, когда можно заработать и жить хорошо. У вас люди поедут изсгнивающих заживо деревень и поселков городского типа, это не будет вопроссоциальной защиты населения. Это будет вопрос информирования людей, чтобыони могли выбрать место получше, выбрать себе подъемные, выбрать сначалаобщежитие, а потом квартирку. И все.

- Как в советские времена на Дальний Восток вербованные ехали.

- Нужно учесть как позитивный опыт, так и негативный СоветскогоСоюза. Когда на Дальний Восток ехали вербованные, а потом они по 50 лет тамжили в мечтах вернуться «в Россию», это не годится. Нужно сразу делатьсоциальную сферу, культурную сферу, чтобы к ним из Москвы уезжали, как вАкадемгородке.

И нужно сразу создавать такие сочетания производств, чтобы была работа и длямужчин, и для женщин. И чтобы у них была перспектива, это тоже советскийопыт. Почему у нас в Иваново было производство станков с числовымпрограммным управлением, в городе невест? А потому что невестам женихинужны, а иначе там будет сумасшедший дом, а не город. Почему советскиебюрократы, которые свою страну не уберегли, развалили, которые проигралиглобальную конкуренцию не таким уж и сильным соперникам, они могли, а этивсе замечательные «эффективные манагеры» не могут? Потому что мотивациядругая.

- С кучей нефтедолларов.

- Потому что хотят не совсем ту страну развивать. «Не ту странуназвали Гондурасом». Все упирается в мотивацию.

Мы можем решать бесконечно мелкие, частные задачи, это будет ужасно сложно,и мы никогда ничего не решим. Потому что нужно решать одну глобальную задачумодернизации. И тогда мелкие вопросы будут решаться сами собой, если не наавтомате, то полуавтоматически.

- Вспомним тришкин кафтан. Чем латать постоянно, так и будетрваться, лучше новый кафтан.

- Конечно, тем более, что в Америке что модернизировать? Странаотстроена. В Японии страна отстроена. Уже Китай отстраивается. Займитесь внашей стране восстановлением на базе современных технологий, сделайтечеловеческую инфраструктуру – и вы увидите через 10 лет, что такое коммунизмс человеческим лицом.