Общество26 августа 2010 17:06

Этюд в гречишных тонах

Известная журналистка и знаменитая писательница поругались в формате водевиля. А общество вдруг узнало – оно страшно расслоилось

Ах какой роскошный вышел интернет-скандал! Он озарил блогосферу – в сущности, такую предсказуемую; приятно возбудил посетителей социальных сетей и разделил их на два непримиримых лагеря. Драматургия раздора настолько свежа и насыщенна, что вряд ли стоит ожидать повторения чего-то подобного до конца текущего квартала. А то и года, увы.

Тем, кто был вынужден напряженно работать - вместо того, чтобы приятно проводить время за монитором, и теперь пребывает в неведении, перескажу фабулу.

Итак, на днях на интернет-просторах схлестнулись две персоны, популярные не только в Сети, но и в реальности: светский обозреватель Божена Рынска и писательница и телеведущая Татьяна Толстая.

Первая, рассуждая о породе людей, которые вымогают и выпрашивают у окружающих всяческие блага, пришла к выводу, что причина существования этого неблагородного племени в том, что им боятся отказывать. Дабы усилить мощь своего обширного, полного сарказма и букв памфлета, госпожа Рынска процитировала свою знакомую - Татьяну Толстую, которая когда-то также рассуждала о «низкой культуре отказа».

Однако писательница не только не закивала в ответ, а, наоборот, была глубоко возмущена контекстом, в который было помещено цитируемое. Толстая дала понять, что бить наглых просителей по почкам – не есть то, что она имела в виду. Татьяна Никитична со свойственной ей силой слова, сквозящей даже из межстрочного пространства, припомнила светскому обозревателю, что та и сама не прочь просить, при этом не зная меры. Речь о том, как однажды Божена была больна, а живущая по соседству писательница вызвалась помочь. По словам Толстой, Рынска звонила и писала ей непрерывно, закидывая ее все новыми и новыми просьбами относительно лекарств, хлебушка и прочих надобностей.

Апофеозом просьб, свалившихся на голову писательницы, стал горшочек гречневой каши. Офигевшая, но все равно интеллигентная Толстая съязвила в переписке: «может, вам сготовить чего?» Хворая Рынска шпильку пропустила и попросила гречи. И полкило «Маасдама».

Несмотря на сомнительную с моральной точки зрения эскападу писательницы, предавшей огласке столь интимное, журналистка была, казалось, растоптана, уничтожена, разбита в пух и прах. Но! У Божены все ходы записаны. Она пошуровала в компьютере и извлекла свою переписку с Толстой, из которой следует, что Татьяна Никитична помощь предлагала сама, Рынска без конца ее благодарила, траты возместила, а про сыр и вовсе речи не было. Многочисленные факсимиле прилагаются.

Это еще одна порода людей, которые протягивают руку помощи не от сердца, а понарошку, желая прослыть добренькими. Они приходят в ярость, когда от помощи не отказываются и за руку хватаются – примерно такой вывод делает госпожа Рынска.

Вот так, в какие-то шесть абзацев мне удалось вместить историю, по объему близкую к эпопее еще одного Толстого – Льва Николаевича.

Произошедшее само по себе заслуживает осмысления и это уже делают выдающиеся публицисты современности. Но ничуть не менее занимательна реакция общественности.

За некоторыми частностями в Интернете водораздел пришелся аккурат по границам социальных сетей. В «Живом Журнале» (где и случился скандал) большинство на стороне писательницы. Зато в модном и набирающем популярность «Фейсбуке» горой стоят за оплот справедливости Божену и клянут «аморальную Толстую». У меня странички есть и там и там и я с удивлением заметил, что на одной мне приходится защищать светскую обозревательницу, а на другой - автора антиутопии «Кысь».

На «Фейсбуке» не принято разводить сопли, тут не заведешь интимный дневничок и не очень-то пообсуждаешь Достоевского. Здесь говорят кратко и по делу, без конца обсуждают тренды и гаджеты - и выбирают здоровый цинизм и холодную расчетливость Рынска.

А в ЖЖ можно расковырять любимую болячку и лелеять ее, лелеять; здесь по старинке много плачут в жилетку, рефлексируют, пишут много букв – и становятся на сторону Толстой. Закономерно, что светская журналистка нарвалась на вагон и маленькую тележку неприятия в родном ЖЖ.

Наконец, сетевым обитателям любого возраста свойственна категоричность, даже безапелляционность, потому лишь единицы одновременно сочувствуют и госпоже Рынска, и госпоже Толстой.

А ведь каждая из них по-своему замечательна.

Божена Рынска, наверное, чересчур настороженно относится к людям. Но она педантична, внимательна к мелочам (никогда не выбрасывает чеки, никогда!) и крайне требовательна - как к себе, так и к окружающим. И пусть ее понимание справедливости иногда вводит в ступор, зато она, уверен, никогда не будет брать взятки и врать. Разве не таких людей не хватает в России, чтобы, наконец, навести порядок? А некоторая мизантропия, повышенное внимание к материальному и недостаток самоиронии – это вполне терпимо, а главное – поправимо.

С другой стороны, как бы не вопили на «Фейсбуке», Татьяна Толстая оставила глубокий след в русской литературе новейшего времени и, несомненно, является гуманистом и отзывчивым человеком. Кроме того, она блестящий телевизионный интервьюер. А довести можно кого угодно.

А ведь у них, несмотря на конфликт мировоззрений, уже есть кое-что общее. Подозреваю, они обе теперь одинаково люто ненавидят гречку и сыр с большими дырками.

Может, помирятся?