Абхазия снова борется за независимость. Теперь от России?

Наш политический обозреватель Владимир Ворсобин попытался понять - почему после признания независимости в отношениях Москвы и Сухума появляется все больше проблем
Поделиться:
Комментарии: comments246
Изменить размер текста:

Абхазия выглядела удивленной. Она заунывно моросила промозглым дождем и c любопытством разглядывала москвича, который, ежась от холода, зачем-то переходил приграничный Псоу. «Отдыхать, дорогой?» - хохотнул один из таможенников, когда я выскользнул из толпы раздраженных абхазов, штурмующих пограничный контроль. Усмешка отскакивает рикошетом - Конечно, дорогой, - улыбаюсь. - Скоро здесь вообще не пройдешь... С лица таможенника сползает улыбка, он вздыхает «э-э-э-э» и с ненавистью смотрит вниз по течению. Там, где раньше был пешеходный мост, кипит стройка, и теперь Россию с Абхазией соединяет лишь то, на чем мы сейчас стоим, - узкая переправа, где теснятся люди и машины... Через месяц начнется курортный сезон, и это бутылочное горлышко будет жестоко запечатано толпой изумленных таким шикарным приемом россиян. Как потом скажет нам в Сухуме один из местных чиновников: - В стройке нового моста принимают участие столько организаций, что по российскому обычаю они закончат не раньше следующей зимы. Они еще подъездные пути не подвели... - Они же угробят ваш курортный сезон, - предсказываю... - Э-э-э... - скажет чиновник и грустно посмотрит в сторону олимпийского севера. - А нас русские вообще о чем-нибудь спрашивают?! «Брехаловка» (знаменитый пятачок на набережной Сухума, где под домино беседуют лучшие аналитики страны. - Ред.) давно поговаривает, что Россия специально мост закрыла. Хочет туристов на свои курорты привлечь... Да и вообще... Говорят, что если раньше с Москвой у нас недоразумения выходили ну раз-два в год, то теперь не успевает одно из них закончиться - начинается другое... Словно кто-то специально воду мутит. - Грузины, - кивну я. Тут так принято - существование Тбилиси и Вашингтона так много упрощает. А мой собеседник начнет загибать пальцы, подсчитывая скандалы между Москвой и Сухумом только за последние месяцы... Но я был уже в курсе. Блуждая в абхазском тумане, я обнаруживал эти недоразумения в самых неожиданных местах. Недоразумение курортное... Гагра. У здания местной мэрии красовался внедорожник Багапша. При парковке этот сакральный механизм автоматически становится местной достопримечательностью, которую любой абхазец покажет вам с гордым осознанием осведомленности. «Мэра снимать приехал», - представил меня джипу местный милиционер. И поведал о роковой судьбе гагринского градоначальника Астамура Кецбы, который стал жертвой... старой зарплатной ведомости. Оппозиция раскопала бумагу 20-летней давности, и получалось, что деньги будущему мэру платили грузины... В расслабленной Абхазии чиновникам могут простить чуть ли не все статьи УК - но такое! Мэр теперь на больничном, а Гагра пытается осмыслить психологический феномен - как хороший человек мог спутаться с грузинами... Внутри администрации стояла задумчивая тишина. Совещание уже закончилось, мрачные абхазские чиновники расходились, перепрыгивали лужи... - Э-э-э-э! Русские уму-разуму учить приехали, - усмехнулся один из них. Оказывается, российская делегация прибыла из Москвы, чтобы объяснить абхазам, почему у них все меньше туристов. Представитель Ростуризма Николай Коровкин сказал аудитории прямо: - На Сардинию путевка стоит 16 тысяч, в Турцию (с полным питанием и 1 - 2 экскурсиями) - 14 тысяч. - Да у нас такие деньги можно за вечер с друзьями в ресторане прокутить, - засмеялись в зале. - И еще позвольте спросить - почему десятирублевая чашка кофе здесь стоит 50 рублей?! - поинтересовался представитель Москвы. Зал вежливо промолчал. Ну не объяснять же гостю все тонкости местного бизнеса... Тем более что москвич - сам должен понимать. Ну не может Коровкин, которого кормят в столичных магазинах новозеландской говядиной и турецкими помидорами, не подозревать, что в Абхазии народ тоже не заморачивается выращиванием огурцов. Он покупает их втридорога в Сочи, чтобы «вчетыредорога» скормить их туристам... И что вокруг любого абхазского бизнесмена жадно толпится стая голодных чиновников, тоже вряд ли удивит русского, привыкшего оплачивать любые коррупционные наценки из собственного кармана... Впрочем, абхазы постарались показать Москве, что на этот раз они настроены серьезно. Багапш в пух и прах разнес работу местной милиции, почти слово в слово повторяя стоны местных тетушек, сдающих русским жилье. Многие из них настроены апокалиптично. - Обворовывают тут почти всех, - сказал нам администратор одного из гагринских отелей. - У кого телефон стянут, к кому в номер залезут... Как мне рассказали в российском посольстве в Абхазии, количество обращений обворованных туристов за последний год почти удвоилось (до полусотни), но большинство, конечно, по такому поводу к дипломатам не пойдут, да и в милицию тоже. Бессмысленно. Там посочувствуют и нежно попросят написать в заявлении не «украли», а «потерял». Но теперь абхазская сторона установит на блокпостах «Мюссера» и «Кодор» специальные отряды, которые будут досматривать всех своих земляков для «предотвращения миграции уголовно-преступного элемента в районы курортной зоны». Подозрительные лица, похожие на воров, отныне будут высаживаться даже из рейсовых автобусов. Но если для россиян «предсезонная» активность официального Сухума утешительна, то у абхазов к Москве накопилось много вопросов. Местная журналистка Анна Амелина как-то заметила у земляков «раздражение, которое пока еще нельзя назвать антироссийским, но уже можно - нероссийским. Оно находит выход и в изменении отношения рядовых жителей Абхазии к российским туристам». И дело тут не в бытовом хамстве (эка невидаль - как славно сквернословят в Сочи и Крыму!). Здесь пышно расцветает пусть благожелательная, но хитрая независимость а-ля Белоруссия. Суверенная «Брехаловка», например, сейчас материт российских... военных, которые на днях закрыли на ремонт один из самых крупных санаториев республики - «Сухум». Там работают 1200 жителей маленького Сухума. Точнее - работали... Абхазы, как и русские, обожают конспиративные версии, а потому решили - Минобороны России выставило очередной «непрофильный актив» на продажу. Логично? Вроде бы да (у российского оборонного ведомства из сотни военных санаториев осталось лишь 37).

Российских отдыхающих на абхазской границе километровыми пробками не удивишь. Но в этом году из-за ремонта одного из двух мостов через Псоу там будет очень тесно. И двуногим, и четвероногим. Фото: PHOTOXPRESS

Российских отдыхающих на абхазской границе километровыми пробками не удивишь. Но в этом году из-за ремонта одного из двух мостов через Псоу там будет очень тесно. И двуногим, и четвероногим.Фото: PHOTOXPRESS

Но правдоподобна и другая, более трагикомичная версия. По странному совпадению за месяц до закрытия санатория Сухум выдвинул Москве требования. Цитируем документ. Предлагается: «Российской Стороне (на безвозмездной основе) предоставление квот Абхазской Стороне для санаторно-курортного лечения граждан Республики Абхазия из числа военнослужащих и инвалидов вой­ны». (Даже российские военные доплачивают 25 процентов. - Ред.) Также были затребованы гарантии, что 2/3 работников санатория непременно станут граждане Абхазии, что налоги будут отчисляться во внебюджетные фонды (что, вероятно, позволит абхазам получать одновременно пенсии и России, и Абхазии), и далее в том же прагматичном духе... «Российская Сторона обязалась в срок до 1 мая 2011 г. рассмотреть предложения абхазской стороны...» И мгновенно закрыла санаторий... Как выразился мой знакомый сухумский полковник: «Закрыли, к чертовой матери!» - Говорят, российский министр, увидев эту бумагу, сильно осерчал и поставил именно такую резолюцию, - усмехается мой знакомый, - продать санаторий на самом деле мы не можем (он на земле военной базы), зато ремонт можно делать бесконечно. А там либо Москва уступит, либо абхазы опомнятся... ...церковное... Еще по дороге к границе, в аэропорту Сочи встречаю известного российского миссионера Андрея Кураева. Он хмур, уклончив, дипломатичен и если говорит, то «не для печати». Диакон вот уже несколько месяцев курсирует между Москвой и Сухумом, пытаясь сохранить мир на вверенном ему религиозном участке российско-абхазских отношений. Но там давно идет окопная война. Она разгорелась в Ново-Афонском монастыре, куда приехал настоятелем отставной священник РПЦ игумен Ефрем. Любопытно, что глава абхазской церкви Виссарион называет его уважительно по абхазской фамилии Лакербая, а противники главы только по русской - Виноградовым. К изумлению Московской патриархии, абхазам это было не все равно. Национальную щепетильность местных православных сухумская газета «Нужная» описала так: «Если бы отец Ефрем приехал один, говорят, у него корни абхазские, пусть приезжает. Но вместе с ним приехали три (читай: русские. - Ред.) иеромонаха, пять-шесть монахов, послушник... Этот вопрос нужно согласовывать». Или: «Монастырской братии не понравилось то, что за их спинами отец Виссарион повез отца Ефрема в Москву представлять Патриарху Кириллу, а тот, по их словам, стал давать указания, что должно быть, а что нет в монастыре. Не должно быть ничего византийского и греческого, упор надо делать на славянский стиль. Братьям и мирянам, пришедшим на сход в Новом Афоне, не понравилось, что отец Ефрем будет вести богослужения не на абхазском языке, а на церковнославянском». Восстание возглавил бывший настоятель монастыря отец Андрей (Анпар), который с помощью митингов добился от общественной палаты Абхазии рекомендации «приостановить назначение». Более того, отец Андрей очень четко сформулировал главную и очень понятную идею развития страны, которая стала наконец независимой. «Мы считаем, что будущее абхазской церкви должно строиться не только во взаимоотношениях с Российской церковью, но и с другими православными церквями: с греческой, сербской. Многополярность должна быть во внешней политике абхазской церкви». В итоге православный фронт воспламенился. В минувшее воскресенье абхазская церковь раскололась - на подвластную РПЦ (глава - отец Виссарион) и не подвластную (глава - отец Андрей)... Так как я обещал православному дипломату Кураеву не цитировать его в статье, скажу только, что диакон свое удивление происходящим выражал очень образным и эмоциональным русским языком. ...жилищное... В Сухуме меня ждало столько разношерстных новостей, что я сначала был несказанно горд, потом удивлен, а затем раздавлен. Полгода «Комсомолка» добивалась возвращения захваченного абхазами жилья россиян (читайте «Первые плоды независимости: абхазы забирают квартиры у русских?»). Полгода я публиковал статьи, пытаясь хоть как-то помочь посольству России в Абхазии, которое в своих дипломатических нотах уже переходило на крик: «Предпринимаются незаконные попытки лишить их (российских граждан. - Ред.) права собственности на имущество, на некоторых из них оказывается явное давление с целью вынудить их покинуть республику. Многие заявители указывают на нарушение их прав, которое проявляется иногда... в открытой русофобии на бытовом уровне со стороны новых владельцев их жилищ и отдельных представителей судебных и административных органов». Речь шла о сотнях случаев, когда некоренные жители республики «выжимались» из страны угрозами, а то и прямым насилием. Домоуправления готовили справки о смерти хозяев квартир, суды штамповали решения... Самое противное в этой истории - признание независимости республики Россией удивительным образом совпало с очередным пиком грабежей. В которых поучаствовали даже родственники больших абхазских чиновников. Сухум, конечно, обвинял «Комсомолку» в разжигании межгосударственных проблем, абхазские знакомые полушутя учили меня правде жизни: «Не суетись - банки в Техасе могут грабить только техасцы», - но дело нехотя сдвинулось. Была создана госкомиссия, которая признала ряд самых вопиющих случаев «экспроприации» незаконными. Но главное - случаи отъема квартир в этом году больше не регистрировались. Ни одного! Впечатление, что абхазам кто-то «цыкнул» сверху, дескать, побаловались и будет - Москва бузит. - Вы правы - все здесь надо продавливать, - вздыхал посол Григорьев, который через мгновение вернет меня с небес на землю. - С одной стороны, люди получили справедливые решения судов, но это ничего не меняет. - Как не меняет?! - Некому исполнять судебные решения, - сказал посол. - У них нет приставов, чтобы выселить захвативших жилплощадь. Идут разговоры, что для обманутых, может быть, построят дом на средства республиканского бюджета. - Который процентов на 70 российский, - тяжело вздыхаю я и ухожу в философскую прострацию, где звучали мудрые слова директора Института новейших государств Алексея Мартынова, сказанные в момент нашего отчаянного спора: «Мы будем платить Абхазии, потому что геополитика вообще стоит очень дорого!»

Территориальный спор с Абхазией

Территориальный спор с Абхазией

...и территориальные Вопрос - зачем Россия и Абхазия друг другу - считается сложным. Словно речь идет о тонкой шахматной игре, где маленькая Абхазия подпирает русский кавказский фланг, сдерживая наседающего черного грузинского коня. И сложность позиции в том,что в отличие от Южной Осетии Абхазия не белая фигура. И не черная. Она сама по себе. Несмотря на золотой дождь, падающий на нее с кремлевских высот, несмотря на розданные российские паспорта, несмотря ни на что - абхазы будут жить в своем прекрасном уголке, как в осажденной крепости, в подсознательной уверенности, что его хотят отнять. Мысль, кстати, вполне разумная. Как русские побаиваются НАТО, Минск - российских олигархов, так и абхазы подспудно подозревают всех, кто рядом. Раньше это были грузины, теперь, похоже, Москва... В нашем посольстве, например, под впечатлением от того, как проходят переговоры по демаркации российско-абхазской границы. После первого же заседания комиссии местная общественность встала на дыбы, обнаружив, что Россия предъявила претензии на горный участок Гагринского района. И хотя аппетиты Москвы скоро сузились до крохотного горного села Аибга (его население в основном русские, и расположено оно рядом с олимпийской Красной Поляной), но это только накалило страсти. Самые хладнокровные (например, вице-спикер абхазского правительства Ирина Агрба) осторожно замечали, что «Абхазия в течение долгого времени сокращалась и сокращалась» и «это определенная проверка наших доверительных и дружественных отношений с Россией». Горячие головы же напрямую обвиняли Москву в злокозненности и предлагали России покаяться за изгнание в XIX веке полумиллиона абхазов в Турцию (их называют «махаджири» и надеются, что скоро они вернутся). - В свое время мы вели переговоры о границе с официальным Тбилиси, и к моменту объявления независимости Абхазии оставались неотрегулированными несколько участков, одним из которых было приграничное село Аибга, - объяснял мне посол Григорьев. - Не исключено, что погранкомиссия передала абхазской стороне старый проект, который не учитывал наши особые отношения. Я просил абхазскую сторону не допускать утечек в прессу - ведь все можно было решить во время переговоров... Но куда там! Впечатление, что Москва понимает местную специфику, а потому золотой дождь льется в Абхазии в строго отведенных местах и обычно в интересах военных. Углубляется фарватер для подводных лодок у Гудауты, заканчивается строительство железной дороги (для подвоза танков и ракет С-300 в случае проблем с Саакашвили)... Самой республике, упорно отказывающейся что-либо продавать иностранцам, достается ежегодно лишь пара-тройка «гуманитарных» миллиардов. Что-то вроде грантов - это пенсии старикам, ремонт крыш многоквартирных домов, строительство хлебопекарен и сельских клубов... Вот и недавняя история с приездом в Сухум главы Счетной палаты РФ Сергея Степашина показывает, как заинтересована Москва в сохранении этого тонкого баланса между геополитическими интересами Москвы и удивительной реальностью Сухума. Палата насчитала, что в Абхазии «нецелевым образом» истратили 346,759 млн. российских бюджетных рублей. И когда местная оппозиция потребовала от власти объяснений, Степашин пожурил... оппозицию. «Ну, придут сюда другие товарищи, из другой соседней республики (видимо, Грузии. - Ред.) и такую оппозицию создадут, что сладко не покажется», - заметил он, очень точно обозначая старое доброе русское правило: главное не деньги, главное - геополитика. А она действительно стоит дорого. И мы за нее платим...

Полезные советы Едете в Гагры? Берите воды! ➊ Запаситесь водой: прохождение границы через пункт пропуска «Псоу» может занять до пяти часов. Все это время надо находиться на улице, под жарким черноморским солнцем. ➋ Гостиницу можно забронировать по телефону из Москвы, купить путевку в турфирме или найти размещение на месте. Директора здравниц между собой дружат и обязательно найдут для гостя местечко: у себя или кого-то из коллег. Полностью базы отдыха и санатории Абхазии никогда не заполняются. ❸ В Абхазии рассчитываются российскими рублями - очень удобно. ❹ Обедать и ужинать лучше всего в местных тавернах - «апацках». Средний счет на одного человека за обед из двух блюд с вином и закусками - 400 - 500 рублей. ❺ Чача в «апацках» всегда лучше, чем на рынках. Разливное вино нареканий не вызвало. ❻ В Абхазии свято чтут память погибших в войне с Грузией. Шутить по этому поводу не стоит. Обратите внимание на необычные автобусные остановки - дипломный проект молодого архитектора Зураба Церетели. Алексей ДУЭЛЬ

ИСТОЧНИК KP.RU

Еще больше материалов по теме: «Грузино-осетинский конфликт: хроника»

Понравился материал?

Подпишитесь на ежедневную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

 
Читайте также