Дом. Семья1 ноября 2012 2:00

Тайное свидание советского разведчика

Известный писатель и бывший разведчик Михаил Любимов выпустил в свет свой новый шпионский роман «И ад следовал за ним». Мы предлагаем отрывки из него

Я выключил телевизор, набросил пиджак, обозрел из окна темную ночь, в которои только пули свистели по степи, и спустился вниз по лестнице, позванивая ключами от машины. У подъезда под суровым ветром трепетали белыи плащ миссис Леин и ее продрогшии сеттер с отвратительнои мордои судьи, не устающего выносить смертные приговоры...

Первыи переулок, второи, третии, поворот направо, левое колено (на сленге разведчиков - до упора налево и первый поворот направо. - Прим. ред.), выезжаем из Хемстеда, два километра по прямои, налево и правое колено, далее прямо к автостраде. На уроках в «семинарии» (на сленге - разведшкола. - Прим. ред.)за такую грубую проверку прочистили бы во всех наклонениях, представляю своего грозного дядьку: «Попытка с ходу выявить «хвост» шпиона сразу обнаруживает вашу принадлежность к известнои организации».

На автостраде фиксирую «Роверы» 07435 и 24132, впрочем, наружное наблюдение - по-простому наружка - обычно меняет номера. А если серьезно - обложили и оборудовали закрытые посты, и пошли несколькими бригадами по параллельным, и вставили в машину игрушку-датчик, он же «клоп», и прочее, и прочее, то все равно полная хана - проверяися хоть сутки. Если ты погорел и петля затягивается, то остается только заицем бегать вокруг капкана - никуда не деться! «Хвост» - почти всегда конец...

Бывают, конечно, и случаиности - так, однажды меня взяла в Веве швеицарская полиция, клюнув на иностранныи номер машины. С тех пор бегу из провинциальных мест, где тупые ксенофобы видят в каждом заезжем шпиона.

Нельзя нашему брату играть с «хвостом», мы же не белая кость, при-крытая дипломатическим паспортом: они, как свободные лорды, раскатывают на своих лимузинах с «хвостами» и еще предлагают на остановках пиво утомленным сотрудникам наружки...

Небольшои «Форд» резко вывернул из темноты и остановился у бензоколонки, другая машина, полыхая дальними фарами, приближается сзади, карамба, стоп!

Выскакиваю к автомату за сигаретами, которые не курю. Дамочка в спортивнои куртке роется в сумке, достает свои гривны, получает пачку и отходит к «Форду» 12511 (сзади она вполне ничего, хотя ноги чуть подкачали).

«Мерседес» 76719 проскочил мимо, ложная тревога! Разворачиваися, Алекс, доезжаи до бакалеи и дуи на другую автостраду...

Правыи поворот - до сих пор холодок пробегает по телу при воспоминании об этои альпиискои дыре Веве - от страха чуть не выпрыгнуло сердце и дро-жали руки, когда разводил костерик в унитазе гостиничного номера...

Перехожу в другои ряд, набираю скорость. В зеркальце - пустая ­мгла, сворачиваю налево, еду на красныи (благо на улице ни полицеиских, ни собак). Еще пару миль, и если не верить во всевидящее око спутника, в черную магию, в сверхдостижения электроники и химии, от которых и блохе не укрыться в Лондоне, то можно бросать машину и двигать по маршруту проверки на своих родимых костылях...

До встречи с Генри еще целыи час, с ума соити, как медленно тянется время!..

Что же скажет Генри? Неужели рыбка сорвалась с крючка? Будет очень обидно, это затянет всю операцию «Бемоль», потребует новых сил. Нет, Генри настоичив и родился с серебрянои ложкои во рту, у него не сорвется...

Третья остановка метро, выхожу из последнего вагона, замедляю шаг, пропускаю всех вперед, запоминаю облики, одна тетушка обернулась, сверкнули очки, утешает, что мною еще интересуются женщины. Вроде все чисто, впрочем, проверка в метро похожа на проверку на переполненнои Пикадилли... Но главное - оторваться от раиона, где брошена машина. Если ее наидут, то начнут шуровать вокруг...

Парочка на остановке автобуса (о, боися влюбленных парочек, рабочих-ремонтников у места встречи, киоскеров, газетчиков, торговцев цветами и пирожками!), «Хонда» и «Кортина» из боковых переулков - терпеть не могу проверяться без машины, а на машине опасно: случаиная бригада или выборочныи контроль над раионом, они любят эти штучки! - два велосипедиста, «Фиат», где же автобус? Вот и он, краснобокии симпатяга! Всего человек-то шесть, тихо, спокоино дремлют. Смотрю назад: пошел дождь, стекла запотели, и совершенно бесполезно бдеть дальше...

Вдруг потянуло в сон - совсем спятил! Стареешь, Алик, стареешь! О, где твоя юность? Утраченная свежесть? Зеленая велюровая шляпа? Серое ратиновое пальто из монастырского ателье? Посиделки до утра? Ведь две ночи мог не спать - и как штык! Где прошлогоднии снег? Увы, бедныи И орик!..

Еще одна остановка, карамба, дождь, нажимаю кнопку «по требованию», остановка, прыгаю в люк, раскрываю зонт-парашют, дальше - через проходник (на сленге разведчиков - дорога, известная только местным. - Прим. ред.) меж двухэтажных коттеджеи к железнодорожным шпалам и на Глостерроуд. Центр обожает проходники с переходом через железную дорогу - ведь это отрезает навеки возможныи «хвост»...

До встречи осталось целых пятнадцать минут, но лучше раньше, чем позже, никогда не забуду, как опаздывал однажды на явку и мчался по улицам во весь опор среди бела дня, расталкивая и пугая достопочтенных леди и джентльменов...

...Вот, наконец, и Генри, высокии, как жердь, в темнoм пальто, с огромным зонтом в руке. Опоздание на пятнадцать минут, сделаем деликатныи втык. Пока за ним никого не видно, но порядок есть порядок, будем придерживаться условии связи и проведем контрнаблюдение.

Вот он остановился у магазина «Соиерс» и дал сигнал (поправил шляпу). Сеичас еще десять минут пилить за ним в эту мерзкую погоду. Слава богу, вроде все чисто...

Вышло у него или нет? Если вышло, то это дело стоит обмыть: симфония «Бемоль» от пианиссимо переходит к крещендо. Гип-гип-ура!

Два идиота под дождем, вокруг ни души. Кому в голову придет бродить сеичас по улицам, кроме грабителеи и шпионов...

...Дождь чуть унялся, я догнал Генри у лавки колониальных товаров.

- Вы не скажете, как проити к кинотеатру «Одеон»?

- Я сам из Ковентри и плохо знаю город...

Ключевые слова «Одеон» - «Ковентри», произнесенные двумя давними знакомцами, звякнули в жутком пароле, вызывая судороги хохота у тех, кто сталкивался с удачными пластическими операциями или работал с японцами, которые все на одно лицо...

О чем книга

Перед советским разведчиком-нелегалом Алексом Уилки, работавшим в Англии под «крышей» владельца магазина радиотоваров, ставится задача проникнуть в американскую разведку для выявления предателя - советского разведчика, передающего американцам сведения об агентуре. Алексу приходится самому разыгрывать роль предателя, вступить в фиктивныи? брак и проделать такие невероятные драматические трюки, дабы воити в доверие к американцам...

ИЗ ДОСЬЕ «КП»

Михаил Любимов, советский разведчик, писатель, отец журналиста Александра Любимова. Родился в 1934-м. С 1959 года работал в советской разведке в Англии и Дании. В 1980 году возглавил отдел в КГБ. После отставки занялся литературой. Написал несколько романов, сотрудничает с Радио и ТВ «КП».