Общество

Защитницу амурских тигров заказал браконьер

И пригрозил сотруднице заповедника Галине Салькиной: «В следующий раз убью!»

Про Галину Салькину даже коллеги и те говорят: «Сумасшедшая». Дело у нее, с одной стороны, благородное, а с другой - ни разу не денежное и опасное. Она едва ли не единственная в мире женщина-тигровед. Биолог, старший научный сотрудник Лазовского заповедника, уже десятки лет тропит в дебрях Уссурийского края амурских тигров. И не просто их изучает, пишет научные статьи, доклады и диссертации, а с неженской какой-то отвагой защищает от браконьеров и всех прочих двуногих врагов.

Я давно хотела с ней познакомиться, да не было повода. А тут наконец появился: Салькиной дали по голове. Да так крепко, до ушиба головного мозга, что на десять дней бедная попала в больницу. Тот, кто ее избил, напал сзади на темной дорожке в дачном поселке близ границы Лазовского заповедника. «В следующий раз убью», - пообещал негодяй.

Поближе познакомившись с Салькиной, начинаешь удивляться редкому счастью, согласно которому до последнего времени ее миловал бог. Была бы мужчиной, точно схлопотала бы давно. Как убитый браконьерами легендарный советский директор заповедника Лев Капланов. Или пришедший ему на смену в 70-е отважный Василий Храмцов - этого покалечили на всю жизнь. Или замдиректора Лазовского заповедника Константин Пелешко - был избит, чудом выжил.

Не сказать, что у Салькиной до ЧП все шло без проблем. Но про ругань, угрозы в свой адрес она говорит со скукой, как про серые будни. Как и про несколько выстрелов ей в спину из пистолета с глушителем. Ну да, кивнула мне в разговоре, в ночном патрульном рейде было такое дело. Ну и что? Промазали же. Не считается.

Зато на этот раз Салькину из пострадавшей могут сделать виноватой.

Галина Салькина с любимой собакой, которая определяет тигров по запаху. А вот браконьер человек или нет, пес учуять не может...

Галина Салькина с любимой собакой, которая определяет тигров по запаху. А вот браконьер человек или нет, пес учуять не может...

ДИКИЙ ПЕЙЗАЖ

Приморский поселок Преображение. Галина отсюда родом и знает как никто: если и «преображался» некогда вполне благополучный рыбацкий городок все последние годы, то, скажем так, не в ту степь. Ветшал, дурнел, беднел… И - озверел.

Местные бьют и рубят все, что растет и движется: лес, краснокнижного пятнистого оленя, тигра, медведя, перелетных птиц. Краснокнижная оленина - фирменное блюдо в здешних кафешках… В местных магазинах ее продают под видом говядины.

И никто ничего не скрывает. Зимой, как выпали большие снега и олени, спасаясь от голода, устремились с сопок вниз, заповедный Лазовский район превратился в сущую скотобойню. По зверью палили прямо из машин на трассе. Краснел за людей только лес - кровью сотен подвешенных на веревках распоротых туш. На свежих шкурах местные дети катались с горок по снегу, как на санях.

Если бы не группка общественников из созданного еще в 90-х Галиной Салькиной со товарищи Общества защиты амурского тигра, никто бы не тронул местный бедлам. Но экологи подняли скандал: сфотографировали повсеместное безобразие и напечатали снимки в газете. Это было зимой.

- Те, кто должен охранять закон, не отреагировали, - говорит Галина. - Зато нам передали через третьих лиц: мол, ходите в рейды, шумите - будут вам допросы часов по шесть.

- Реагируем как положено, - отмел критику прокурор Лазовского района Максим Дмитриев. - По факту забоя пятнистых оленей расследуется уголовное дело.

Ну да. Обнаружено преступление зимой, а дело возбудили ближе к середине апреля. А уж найдут ли кого из полчища шкуродеров… Галина считает, что и искать не будут, а дело закроют. Ведь если бы хотели, давно бы засели в засаде в кущах у речки Соколовки, текущей прямиком в поселок Преображение, и похватали бы местных «охотничков». Сделать это проще пареной репы. Едем с одной из салькинских активисток на речку. Недалеко, в черте поселка. На берегу куда ни глянь - оленьи останки. Одна шкура, две, пять, восемь… А вот петля на дереве - здесь оленя из Красной книги подвесили и освежевали. Тушу ополоснули в речке (60 кг экологически чистого мяса, по местным расценкам - 200 руб. за кг, 12 тыс. руб. - чистый навар). Туда же, в Соколовку - водозабор, снабжающий местные пятиэтажки и все остальное, - свалили кишки.

- Не может быть! - не поверил моему рассказу районный прокурор. Попроситься, что ли, к нему на работу?

Уголовный розыск в районе - это Галина Салькина и ее муж, тоже сотрудник заповедника Владимир Колесников. Они не боятся встречи с тигром. Гораздо проблемнее им встречаться с себе подобными, особенно если они в погонах. Или с теми, которые без погон, но дружат с полицией.

Останки краснокнижного оленя - таких могильников в окрестностях поселка Преображение множество.

Останки краснокнижного оленя - таких могильников в окрестностях поселка Преображение множество.

НЕ ВОЗБУДИЛИСЬ...

Похоже, напал на Галину один из таких «друзей», когда патрульная группа заповедника - они с Колесниковым и служба охраны - отправились в дачный поселок отработать оперативную информацию: такой-то гражданин имеет дачу прямо под заповедником и «занимается» олениной. Проверить не получилось. Гражданин спустил на группу среднеазиатскую овчарку. Колесников вытащил в ответ пневмопистолет. Разошлись без стрельбы. Но «проверяемый» позвонил в полицию: угрожали убийством.

Уголовное дело, не в пример тому, что касается массового забоя копытных, возбудили мгновенно. И шустро передали в суд. Но не успел начаться процесс, как вдруг у тех же дач снова ЧП - нападение на Салькину.

В тот день она пошла туда одна. Надо ж было добить цель - поймать с поличным злостного оленятника-браконьера. Побродила по заповеднику, вышла к нехорошей даче, сфотографировала «собачку» и побрела назад в поселок. И тут…

- Я успела повернуться и осветить напавшего фонариком, - рассказала она. - Почти уверена: тот самый.

Однако уголовное дело по факту нападения и причинения травмы почему-то не возбудили. Районный прокурор Дмитриев, пытаясь мне объяснить этот правовой фокус-покус, перелистал едва ли не весь Уголовно-процессуальный кодекс РФ. Единственное, что я поняла, так это то, что Салькина, признав в нападавшем того самого «гражданина с собачкой», должна теперь доказывать свою версию самостоятельно - без следственных органов. И в мировом суде.

- А не докажет, пойдет по ложному доносу, - пообещал прокурор.

Однако тигр к этому пиршеству не имеет ни малейшего отношения. Здесь постарались браконьеры.

Однако тигр к этому пиршеству не имеет ни малейшего отношения. Здесь постарались браконьеры.

УБИЙСТВО С УДОБСТВОМ

Полиции и прочим органам власти любить Салькину решительно не за что. Сидела бы себе, занималась наукой. А она в каждой бочке затычка и госинспектор охраны. И договориться с ней в тайге, когда ловит с поличным - с добычей и оружием, - решительно невозможно.

Замдиректора Лазовского заповедника Александр Мысленков вспомнил, как поймали на браконьерстве полицейского Ф. Если бы не решительная Галина, запрыгнувшая в кузов его джипа, ушли бы с подельником, и дело с концом. А так - был суд. И мент (редкий случай!) получил пусть условный, но срок.

Для полиции Салькина - красная тряпка для быка. А для нее полиция, прокуратура, местная администрация - враги. Браконьеры. О чем и трубит везде - в судах, журналистам…

Я смотрю на нее, только что вышедшую из больницы. Слаба, каждая фраза - через усилие. Но подтекст нашего с ней разговора, трудного, через физическое «не могу», такой: дайте поправиться - мы еще повоюем!

Боюсь, что силы неравные.

Вот список общественных организаций Лазовского района. Не считая общественников Салькиной и инвалидов, сплошь охотники и рыболовы. Да какие! Глава районной администрации Анатолий Кубарев председательствует в охотобществе «Барс». Сильный состав и в охотклубе «Медведь» - главный дорожник, видный энергетик… Среди членов этого клуба - давний заклятый друг Салькиной бывший районный охотовед Анатолий Пашко.

«Обнаружено семь мест, где браконьеры ставили капканы и петли на тигра. Найдена также железная клетка-ловушка, настороженная и с приманкой. 4 капкана и 2 петли находились на охотничьем участке районного охотоведа А. Пашко в охранной зоне заповедника. Туши кабана и оленя здесь используют как приманку… Вывод напрашивается сам собой: оберегать тигров надо прежде всего от тех, кто по должности вроде бы и должен их охранять». Это цитата 20-летней давности из полевого дневника Галины Салькиной. «Друг» Пашко уже на пенсии, но дома у телевизора не скучает. Имеет обширные угодья прямо у границы заповедника и считается фермером, поскольку сеет сою и овес. Но по грядкам, где вот-вот заколосится добро, у Пашко, как и у прочих его товарищей по охотклубу «Медведь», тут и там понатыканы вышки. Прямо как в ИТК строгого режима.

Удобно сидеть с таком схроне - мягкие матрасики по лавкам, столик, коньячок… А тут из заповедника прямо на твой карабин с оптикой выходит олень пощипать тот овес. А за ним, если очень повезет, и сам тигр. А их с тех вышек - раз!.. «И сфотографируют. Не верьте никому: с вышек не стреляют. Поставили, чтобы наши гости могли запечатлеть редкий момент», - объяснил мне председатель охотклуба «Медведь» Валерий Матвиенко.

Недавно в одном из таких хозяйств был обыск в рамках громкого уголовного дела. Обнаружили шкуры пятнистого оленя, медведя, тигра, туши орлана и пять тигриных хвостов. А еще - лучшего «друга» VIP-браконьера: вертолет. Чей? Бесхозный.

Директор заповедника Александр Лаптев пытался выяснить: кто же хозяин летательного аппарата? Ответа не получил. А вот трофеи, судя по месту их обнаружения, принадлежали местному авторитету Р., главарю ОПГ и большому другу лазовских охотников-рыболовов.

Где обитали тигры и где их настигли браконьерские пули, разбиралась, конечно, Салькина. Потому что уникальный эксперт, знающий буквально каждого зверя по размерам лап, конфигурации полосок на шкурах и даже, представьте, запахам. Есть у нее и такой «банк данных» - собранная за долгие годы исследований с помощью специально обученных ею же, Салькиной, собак единственная в мире коллекция тигриных запаховых проб.

Оказалось, что убитые с вышек и вертолетов тигры - свои, родные, из списков учета Лазовского заповедника. Так Салькина, сама того не желая, бросила тень и на охотников «в законе», и на VIP-клуб «Медведь».

ОХРАНА ПРИРОДЫ - ИНТИМНОЕ ДЕЛО?

По приказу главы района Анатолия Кубарева на одну из уютных таежных баз этого самого «Медведя», где регулярно бывают страшно сказать персоны какого масштаба, неожиданно свозили на экскурсию и меня. Все красиво: домики, где камины и полы с подогревом, баня, пруд, ферма с дикими кабанами, надежные джипы… На одном таком вездеходе едем таежной дорогой к полям, где скоро посеют приманку и где торчат вышки для «фотографирования».

С хозяином здешних угодий, крупным приморским землевладельцем Александром Федоренко, спорить - безнадежное дело. Ты ему про нечестный прием - выманивание «на овсы» заповедного зверья и убийство его с вышек под коньячок. А он тебе - справку о том, что он честный сельхозпроизводитель и что «действующее законодательство позволяет брать поля в аренду и строить там любые строения, призванные защитить урожай».

Или, к примеру, директора здешнего национального парка «Зов тигра» Юрия Берсенева не устроил установленный Федоренко шлагбаум и то, что власти отдали в частные руки и ту самую таежную колею, единственную, по которой можно проехать в нацпарк. Судились в кровь - Берсенев проиграл.

По поводу другого шлагбаума - уже близ угодий вышеупомянутого «фермера» Пашко - горюет директор Лазовского заповедника Александр Лаптев. Обращался в прокуратуру, мол, где закон, по которому передвижения опергрупп контролирует некий дядя? Да что толку? Мимо зоркого глаза Пашко в заповедник и сегодня не пройти не проехать.

А вот я не смогла пройти на, казалось бы, рядовое мероприятие в администрации Приморского края - совещание в управлении природных ресурсов и охраны окружающей среды. Тему там поднимали животрепещущую - по охранным зонам особых природных территорий. Будут такие зоны - снесут по соседству с тем же Лазовским заповедником позорные охотничьи вышки, и привет всем «фотографам»! И дачные домики с псами-алабаями тоже отодвинут подальше.

- На совещание не пущу! - неожиданно встал грудью в дверях своего кабинета начальник управления Алексей Почекунин. - Ваше присутствие будет меня стеснять. Вы еще домой ко мне попроситесь проверить мои отношения с женой!

Вот так-то. Оказывается, для начальника управления чиновника Почекунина что семья, что охрана природы - сугубо личное, где-то даже интимное дело...

ГЛАВНЫЙ ВОПРОС

Хозяин тайги или «матрасовка»?

Будь моя воля, я бы запретила любую охоту. И если мне скажут, что я страшно далека от части народа, а также от охотклубов типа «Медведь» и всех, кто требует вывести из Красной книги того же пятнистого оленя-цветка и добить его уже в полном соответствии с законом (между прочим, не надо быть Салькиной, чтобы понимать: вместе с оленем конец придет и амурскому тигру), я бы совсем не обиделась. И слава богу, что далека.

Вот и Галине не обидно, когда про нее говорят, что идет она против народа. Именно так, если «народ» видит мир только через прицел и обзывает ее любимого зверя «полосатая тварь» или «матрасовка».

Личный Галин враг - тот, кто «распилил» уссурийскую тайгу на охотугодья и раздал природу «фермерам». Враг Салькиной тот, кто негласно торгует таежными распадками и чистыми речками и установил таксу за проход с карабином на VIP-территорию. Расценки всем в районе известны: 70 - 80 тыс. в год (без квитанции об оплате). И братья-ученые, обосновавшие вывод из Красной книги гималайского медведя, его в тайге почти не осталось… Это тоже удар сзади. Похлеще, чем когда Салькиной досталось на темной дорожке.

Враг и тот, кто грозит привлечь «сумасшедшую» по статье «ложный донос». По этому обвинению Галину Салькину - уникального специалиста по тиграм и просто отважную женщину - можно неслабо оштрафовать (при ее-то зарплате в 15 тыс. рублей). Или отправить на исправительные работы. Или послать на срок от двух до шести лет в места лишения свободы. В общем, истребить. Как редкий исчезающий вид. Это несложно. Такие, как Салькина, ходят не стаей, а сами по себе. И, к слову сказать, без оружия.