2016-08-24T02:48:23+03:00

Клинический портрет

В Каннах показали "Левиафана" Андрея Звягинцева
Стас ТЫРКИНСтас ТЫРКИНкинообозреватель
Поделиться:
Комментарии: comments90
Фото: REUTERS
Изменить размер текста:

Кто бы мог подумать, что наиболее внятно, объемно и резко о сегодняшнем дне в России выскажется режиссер, которого еще недавно числили по ведомству свободно конвертируемых и весьма безопасных «общечеловеческих» притч? Что именно он, борец «за духовные ценности», снимет вполне беспросветный фильм об их абсолютном кризисе? Что на фоне истошных религиозных камланий и призывов возврата к «традиционным ценностям», именно он, «наследник традиций», не только выступит с очень смелым по нынешним временам антиклерикальным посланием, но и покажет, что возвращаться, собственно, не к чему. Все сгнило, как остов выброшенного на берег гигантского кита-левиафана. Все превратилось в фальшь и пародию. Испитые фарисеи со скошенными от постоянного вранья глазами (такого персонажа пугающе достоверно играет в фильме Роман Мадянов) под благовидным, духоподъемным и богоугодным предлогом, не поморщившись, упекут куда надо истинных носителей традиций и «духовных ценностей». Тоже испитых от постоянного горя.

Новый фильм Андрея Звягинцева - это тугая криминальная драма, содержащая наиболее жесткую социальную критику в отечественном кино со времен "Груза 200". Но "Груз..." был как бы о "прошлом", в то время как "Левиафан" совершенно не стесняется примет сегодняшнего дня, не опасаясь уже предъявленных ему обвинений в конъюнктурности.

Вместо «везде» и «всегда», как было в «Изгнании» и «Возвращении», - «здесь» и «сейчас». Вместо снятой где-то в Бельгии эстетски-киногеничной натуры - суровая, страшная в своей красоте природа русского севера. Где плещется упомянутый кит. Где накроет человека надлежащая волна — и вот уже и нет человека. Как будто его и не было никогда. И всем от этого, что характерно, только лучше и легче.

Притчевое начало, свойственное всем фильмам Звягинцева, в «Левиафане» однако никуда не делось, только оно не доминирует, а аккуратно "подстелено" под рассказываемую историю одномоментной потери дома, друга, любви и свободы персонажем по имени Николай (выдающийся Алексей Серебряков), живущим на живописном берегу Баренцева моря. Сюда защищать любимого армейского друга от произвола местных властей приезжает успешный московский адвокат (Владимир Вдовиченков). Напряжение нарастает, как в триллере, когда к проблемам с оборзевшим коррумпированным мэром (Мадянов), у повидавшего многое Николая добавляется личная драма: его молодая жена (Елена Лядова) изменяет ему со столичным другом... Сюжет о стертом ластиком человеке в России настолько популярен и вечен, что не нуждается в подпорках высокой притчи. Не избежавший библейских проекций «Левиафан», тем не менее, выдержан в жанре современной трагедии и удивляет наличием своеобразного черного юмора, которого от автора «Изгнания» ожидаешь еще менее, чем прямой публицистики на злобу дня.

Андрей Звягинцев выбрался из башни из слоновой кости уже в «Елене», также повествовавшей о внутренней шизофрении российской жизни (убив мужа, героиня, как ни в чем не бывало, отправлялась в православный храм). В новой картине клинический портрет охватившего ее заболевания намного шире и безутешнее. Многим он придется решительно не по вкусу, но уровень художественного обобщения в картине таков, что к нему придется прислушаться.

ЧИТАЙТЕ ДРУГИЕ КОЛОНКИ АВТОРА С КАННСКОГО ФЕСТИВАЛЯ «Племя» младое и незнакомое Стас ТЫРКИН Очередной день в Каннах начался с неистового свиста на развесистой «клюкве» Мишеля Хазанавичуса «Поиск» о маленьком чеченском мальчике, нашедшем семью благодаря героическим усилиям Аннет Бенинг и Беренис Бежо, изобразивших работающих в Назрани евроволонтеров. Продолжился аплодисментами в адрес документальной картины Сергея Лозницы "Майдан". В ней практически нет политики. Нет никаких "знаковых" лиц. Минимум камланий со сцены. В кадре только коллективный герой - народ, схваченный в момент основной своей деятельности - творения исторического процесса. Выбранный режиссером метод (бес)страстного наблюдения за событиями превращают картину в удивительный акт художественной воли и гражданского мужества, достойный быть показанным и в музее актуального искусства и в музее новейшей истории (читайте далее) Истории обыкновенного безумия «Сен-Лоран», «Зимняя спячка», «Пленница» и другие конкурсные фильмы Каннского фестиваля Чемпион фестивальной скуки турок Нури Бильге Джейлан показал в конкурсе невыносимую по длительности (3 часа 16 мин.) и занудству «Зимнюю спячку» - как бы вторую серию своего хита «Отчуждение», где тоже красиво шел снег, а представитель творческой интеллигенции сталкивался в непримиримом противостоянии с культурно и классово чуждым элементом из низшей касты (читайте далее) Взрыв мозга Наряду с курьезным фильмом Томми Ли Джонса «Местный» (The Homesman) – устаревшим лет на 60 вестерном о 40-летней девственнице Хилари Свонк, повесившейся сразу после первого секса с Томми Ли Джонсом во время транспортировки трех помешанных женщин к всеобщей заступнице Мэрил Стрип — в каннском конкурсе встречаются и актуальные произведения молодых кинематографистов (читайте далее)

ЧИТАЙТЕ ДРУГИЕ КОЛОНКИ АВТОРА С КАННСКОГО ФЕСТИВАЛЯ

«Племя» младое и незнакомое

Стас ТЫРКИН

Очередной день в Каннах начался с неистового свиста на развесистой «клюкве» Мишеля Хазанавичуса «Поиск» о маленьком чеченском мальчике, нашедшем семью благодаря героическим усилиям Аннет Бенинг и Беренис Бежо, изобразивших работающих в Назрани евроволонтеров. Продолжился аплодисментами в адрес документальной картины Сергея Лозницы "Майдан". В ней практически нет политики. Нет никаких "знаковых" лиц. Минимум камланий со сцены. В кадре только коллективный герой - народ, схваченный в момент основной своей деятельности - творения исторического процесса. Выбранный режиссером метод (бес)страстного наблюдения за событиями превращают картину в удивительный акт художественной воли и гражданского мужества, достойный быть показанным и в музее актуального искусства и в музее новейшей истории (читайте далее)

Истории обыкновенного безумия «Сен-Лоран», «Зимняя спячка», «Пленница» и другие конкурсные фильмы Каннского фестиваля Чемпион фестивальной скуки турок Нури Бильге Джейлан показал в конкурсе невыносимую по длительности (3 часа 16 мин.) и занудству «Зимнюю спячку» - как бы вторую серию своего хита «Отчуждение», где тоже красиво шел снег, а представитель творческой интеллигенции сталкивался в непримиримом противостоянии с культурно и классово чуждым элементом из низшей касты (читайте далее) Взрыв мозга Наряду с курьезным фильмом Томми Ли Джонса «Местный» (The Homesman) – устаревшим лет на 60 вестерном о 40-летней девственнице Хилари Свонк, повесившейся сразу после первого секса с Томми Ли Джонсом во время транспортировки трех помешанных женщин к всеобщей заступнице Мэрил Стрип — в каннском конкурсе встречаются и актуальные произведения молодых кинематографистов (читайте далее)

Истории обыкновенного безумия

«Сен-Лоран», «Зимняя спячка», «Пленница» и другие конкурсные фильмы Каннского фестиваля

Чемпион фестивальной скуки турок Нури Бильге Джейлан показал в конкурсе невыносимую по длительности (3 часа 16 мин.) и занудству «Зимнюю спячку» - как бы вторую серию своего хита «Отчуждение», где тоже красиво шел снег, а представитель творческой интеллигенции сталкивался в непримиримом противостоянии с культурно и классово чуждым элементом из низшей касты (читайте далее)

Взрыв мозга

Наряду с курьезным фильмом Томми Ли Джонса «Местный» (The Homesman) – устаревшим лет на 60 вестерном о 40-летней девственнице Хилари Свонк, повесившейся сразу после первого секса с Томми Ли Джонсом во время транспортировки трех помешанных женщин к всеобщей заступнице Мэрил Стрип — в каннском конкурсе встречаются и актуальные произведения молодых кинематографистов (читайте далее)

Еще больше материалов по теме: «Каннский кинофестиваль - 2014»

 
Читайте также