Звезды
Эксклюзив kp.rukp.ru
27 апреля 2021 8:41

Латвийская группа BrainStorm: "Мы не жалеем, что больше популярны в России, чем в Европе"

Наш корреспондент поговорила с музыкантами о грибах, новом клипе и первой биографии на русском языке, в которой латыши признаются в любви к нашим фильмам и мультикам
Многие полюбили их на всю жизнь даже не за песни, а за доброту и светлую энергетику

Многие полюбили их на всю жизнь даже не за песни, а за доброту и светлую энергетику

Даже неудобно начинать с традиционного зачина про группу BrainStorm. А в этом зачине прежде всего принято говорить: вы представляете, группа-то латышская, но страшно популярна в нашей стране, поет по-русски и прекрасно по-русски говорит. И вообще относятся к нам очень доброжелательно.

Затем принято сообщать, что эти парни уже тридцать два года вместе, познакомились в песочнице, не поссорились, и до сих пор на пике популярности. А потом - напомнить про главные хиты: знаете песню MayBe с "Евровидения"? А "Скользкие улицы-иномарки целуются"? Вот это все они.

У группы новости: во-первых, выходит биография на русском языке. Во-вторых, в ютубе появился новый клип. В-третьих, готовится череда концертов в России.

На зум-интервью парни пришли вчетвером, так интервью вчетвером и давали. Голубоглазый красавец Ренарс в кепке, большой, добрый и лысый гитарист Янис, немножко грустный аккордеонист Марис и человек-мем, барабанщик Каспарс в тренировочных штанах. Все интервью он меня смешил и делал смешные пассы руками.

Как сами же поют: "А мы хорошие, не злые, ага". И это правда: многие полюбили их на всю жизнь даже не за песни, а за доброту и светлую энергетику.

- Ребята, у вас в мае выйдет книга "Ты не один" в издательстве «Бомбора». Но мне ее прислали почему-то без обложки, поэтому я не знаю, кто ее написал...

Янис (Мэджик): Книгу написала Алина Катран-Шиллинг, сценаристка из Санкт-Петербурга. Мы давно хотели книгу, но хотелось особенного, чтобы это была не обычная биография. Так познакомились с Алиной, и она предложила свою концепцию, придуманную именно для нас. Мы успели до локдауна встретиться в Питере, Москве, Риге, съездить вместе в небольшой тур. Очень много разговаривали – она беседовала часами с каждым из нас, и мы до последнего, до самого выхода книги не знали, что сказали остальные. Плюс там участвовали наши друзья – Илья Лагутенко, Лева и Шура Би-2, Саша Петров и другие.

Марис: Да, Алина даже приехала в наш родной город, Елгаву, прочувствовала дух, где мы росли, гуляли, куда ходили. Они с Мэджиком зашли в нашу школу, навестили директора и актовый зал, где мы давали первые концерты. В книге чувствуется настоящая атмосфера BrainStorm, наша душа.

- А почему она такая желтая?

Ренарс: Мы пробовали разные цвета, выбирали, смотрели книги разных групп. Похожая палитра была у Курта Кобейна из Нирваны. Сошлись на желтом, потому что это еще такой балтийский цвет, смотришь – и глаз радуется. У вас радуется глаз?

- Очень радуется.

Хором: Ну и вот, мы же говорили.

Фото предоставлено издательством "Бомбора"

- А я так поняла, что это вообще первая и единственная книга BrainStrom за тридцать лет. И сразу на русском. А на латышский-то будет перевод?

Марис: Да будет. Но там совсем другая фотография прямо на всю обложку. А содержимое то же самое. Хотя нет, не то же самое.

Ренарс: Получился интересный момент. С Алиной мы беседовали на русском, и она редактировала интервью, добавляла авторский текст исходя из звучания и стилистики русского языка. На русском все получилось хорошо, а когда мы стали переводить текст книги на латышский, оказалось, что мысль меняется, что-то неуловимое и важное исчезает.

- Это известная фишка: помните, был такой эксперимент, когда переводили сначала на английский, а потом на русский частушку «Эх, лапти мои, четыре оборки, хочу - дома заночую, хочу - у Егорки». И получилось «Невыносимо туфли блещут лаком, До бездны только шаг, все решено, Мне дома нынче сон уже не лаком, Мне нынче спать у Джорджа суждено».

Ренарс: У нас не до такой степени, конечно, но для латышской книги мы всё-таки текст поправили.

- А мне показалось, что в русском варианте вы прямо очень комплиментарно говорите о нашем общем советском прошлом. Цитируете наши мультфильмы, внедряете незаметные цитаты из «Служебного романа»: «Ты куда сейчас пошёл, на сцену или в бар? Ручки в карманах, горбик. Ну-ка спина прямая! И как Мик Джаггер, от бедра, вперёд!»

Каспарс: А что такого, мне этот фильм нравится. Но если хотите из запада - то и «Том и Джерри» нам тоже нравятся.

Ренарс: Это же все-таки наше детство: детские воспоминания самые яркие, они на всю жизнь создают твое ощущение музыки, культуры. Честно, мой любимый мультфильм - «Бременские музыканты». Их песни для меня - эталон музыки и слов: там есть и позитив, и надежда творческого человека: «Мы свое призванье не забудем. Смех и радость мы приносим людям».

- Что для вас девяностые? Я читала, что вам непросто пришлось: приходилось гонорары брать курицей...

Каспарс (возмущенно): Почему курицей? Мы и рыбой тоже брали! Были счастливы, потому что курицы были вкусные.

Ренарс (с ностальгией): для меня лично девяностые были безбашенные: мы молодые, море по колено, энтузиазм так и прет. Тогда, кстати, был расцвет рэкета, но нас не трогали, потому что братки нас уважали: мы же для них свои были, местная группа, нас даже по телеку показывали.

Фото предоставлено издательством "Бомбора"

- А правда, что в вашем родном городе установили памятник в честь вас?

Мэджик (гордо): Да, у нас в Елгаве стоит памятник, на котором выбиты важные даты. И одна из этих дат - 1989 год, год основания BrainStorm. Причем, любопытно, что памятник находится во дворе, где я родился, недалеко от консервной фабрики, где мы придумали создать нашу группу.

- И там еще рядом с памятником какая-то Башня стоит.

Марис: Наш город в войну разбомбили и среди довоенных зданий осталась развалина башни. Туда можно было проникнуть и вообще это было чисто пацанское дело.

Мэджик: Была легенда, что там танк закопан и мы, мелкие, ходили со своими совочками этот танк откапывать.

Ренарс: А под танком, говорили нам, лежит ящик с изумрудами.

Хором: А по ночам там ездила черная волга и крала детей.

Марис (подводя итоги): В общем, загадочная башня. А сейчас она отремонтирована и там туристический центр города.

Как у латвийской группы получаются такие классные русские тексты

- У вас в песнях всегда классные тексты. Не планировали написать музыку на какого-нибудь классика? У Вознесенского есть отличные стихи «Это ливы»...

Ренарс: Ох, нам много дарят сборников российских классиков со словами: вот, может, пригодится. Мы никогда не говорим нет, но пока не планируем писать песни на чьи-то стихи. Мы, в основном, цитируем.

- Я знаю, что в песне "Самолеты" вы процитировали «Листья желтые над городом кружатся» Раймонда Паулса.

Ренарс: Раймонд Паулс подарил нам первую удачную цитату. Два года назад был божественный момент, когда на большом стадионном концерте в Риге к нам на сцене присоединился маэстро Раймонд Паулс. Круг замкнулся, мастер будто сказал: «Я одобряю».

- Пока читала книгу, обратила внимание, что практически каждый из вас процитировал стихи поэта Иманта Зиедониса.

Ренарс: Так это наш любимый поэт, мы были с ним знакомы. У нас есть песня «Ветер», когда я ее писал, то много читал Зиедониса и кое-какие цитаты использовал.

И я кричу – остановите пленку,

Это кино я уже смотрел.

Эй, режиссер, заканчивай съемку,

А он смеется в объектив как в прицел.

Потом я понял, что надо согласовать. Договорились с супругой Зиедониса, написал им текст на бумажке, а она сказала: ну, знаешь, ничего особенного мы не поняли, но нам понравилось, вы молодцы. Имант одобряет. И после этого знакомство переросло в дружбу.

Фото предоставлено издательством "Бомбора"

- У меня в детстве были его сказки со странными картинками. Какие-то вилки огромные, как фонари, а среди них - люди.

Ренарс: Ой, это же его знаменитые "Пестрые сказки". Он вообще занимался разной эзотерикой, и параллельные миры были для него как родные.

- А как вы использовали его строки? Он же писал верлибром, без рифмы.

Ренарс: А вот и нет, он как раз писал в рифму, в отличие от многих, и это очень хорошо для песен. Но что у него очень популярно - это маленькие произведения в необычном жанре «эпифании»: это что-то типа маленьких рассказиков, которые рождались как вспышки, в минуты единения с Богом. За свои эпифании он был номинирован на Нобелевскую премию.

- А как вы выходите на связь с Богом?

Каспарс: Если вы спрашиваете, что мне нужно для вдохновения, то я выхожу погулять. Это как-то связано: мысль и ходьба.

- А я в книге прочитала про эпизод с грибами…

Каспарс: Был такой опыт, повторять который я не буду. Я вот это вот попробовал, потом посмотрел в зеркало, а там изображение ожило, скрестило руки и смеется надо мной. Тогда было очень страшно, и я понял, что в этом мире нельзя быть ни в чем уверенным. Я никому не советую. Даже восточные гуру скажут, что искусственный путь к просветлению - плохой.

- У Зиедониса есть такие строки: "Одиноки подушки и стулья. Одиноки подсвечники. Одинока губная помада. Но кто более всех одинок — это двери вокзала. Все предметы и вещи, когда-то были они существами живыми — одиночество их погубило". Как вы пережили пандемию?

Мэджик: Поскольку мы люди семейные, мы не были одинокими, но был такой день сурка, который продолжается до сих пор.

Ренарс: У меня нет суперрадикальных эмоций от пандемии. Многие приспособились, люди разных профессий продолжали делать свое дело, работать, пусть и удаленно, а вот музыкантам пришлось туго. Появилось чувство ненужности. Не сильное, но оно было.

- А вы же сосисками занимались, как сосиски?

Ренарс: Отдыхают мои сосиски. В Латвии все закрыто. И ладно сосиски, но у нас застой в шоу-бизнесе. Концертные залы закрыты, театры репетируют, но ничего не показывают, только внутренние какие-то премьеры.

Фото предоставлено издательством "Бомбора"

О новом мультипликационном фильме

- 21 апреля у вас новый клип вышел. Расскажите о нем.

Хором: Вот, наконец-то!

Ренарс: У нас был такой эксперимент в пандемию: выступать нельзя, а делать-то что-то хочется. Поэтому появилась новая песня «FEELS», и Каспарс был сценаристом клипа. Это первый наш клип в анимационном жанре, причем команда аниматоров собралась со всего мира, и нам самим понравился результат: крутой мультик получился. А уже 21 октября у нас выйдет альбом в видеоформате. Сейчас идут съемки каждый день: мы снимаем живую театральную постановку всего альбома, настоящее шоу. Помните, как в девяностые: когда привезли первый зарубежный видеомагнитофон, вставили кассету, а там концерт «Брейнсторм». Ну вот что-то типа того, но с поправкой на 2021 год и высокие технологии.

- И ведь концерты в России планируете?

Каспарс: Планируем и очень скоро: 13 мая в Питере, 14 и 16 мая в Москве. В обоих городах планируем сделать презентацию книги, встречу с поклонниками, так что ждем всех!

- В конце вашей книги Михаил Козырев высказал очень неоднозначное мнение о вас. Он сказал, что путь ваш, с одной стороны, триумфальный, дай бог каждому. Но ваше проклятье в том, что вы не вышли на западный рынок и не смогли там интегрироваться.

ЦИТАТА: «Советский период оказал дурное влияние на интеграцию балтийских стран в мировой шоу-бизнес, они стали тем самым отрубленным пальцем, который вовремя не довезли в больницу».

Жалеете, что не прорвались на Запад?

Каспарс: Это правдиво только частично. Конечно, больше всего мы популярны в России и в Латвии, но был период, когда мы были в топе в Польше, Швеции, в Скандинавии, в Бельгии. Мы туда каждую неделю ездили на телешоу… Если говорить про мировую славу, то в Америке, конечно, мы не прогремели. Американцы вроде бы хотели, чтобы у них прозвучала «Мейби», но тут у них теракт произошел 11 сентября, потом они попросили изменить пару слов. Мы сначала заартачились, а когда согласились - было уже поздно. Но, честно говоря, даже если бы получилось, мы не знаем, было бы это лучше или нет. Мы были другие тогда: и никто даже толком не говорил по-английски.

Мэджик: Мы и сейчас толком не говорим по-английски.

Ренарс: Вот именно. У каждого человека есть судьба, и у каждой группы тоже. А нам сожалеть вообще не о чем. Мы столько всего повидали и испытали вместе. И российские слушатели, кстати, очень классные.

Из интервью

***

- Правда, что вы морковку едите на репетициях?

Марис: только осенью, когда морковка есть. А вообще мы орехи едим.

А сахар вообще не едите?

Хором: Нет, никогда.

- Молодцы. Наша редактор тоже книгу написала о вреде сахара. Она его не ест и молодо выглядит.

Мэджик: Нет, мы бы ели, просто в Латвии нет больше сахарных заводов.

***

- Прочитала в книге, что вы репетируете без штанов…

Каспарс: это правда. Потому что на репетициях важно, чтобы все проветривалось… И обязательно спросите, зачем Мэджик поправляет челку, как Андрей Миронов, если у него волос нет.

- Зачем Мэджик поправляет челку?

Мэджик: Нет, дело не в челке, просто мне не нравится, когда пот попадает в глаза, а выглядит это как будто я копирую Андрея Миронова.

***

- Как вам удается так свободно говорить по-русски?

Мэджик: На улице научились. Мы же играли на улице, там собирались дети всех национальностей: и этнические русские, и литовцы, и латыши, и украинцы.

- А группа «Би-2» говорила, что еще в двухтысячные вы не очень хорошо говорили и, например, слово «Иномарки» вызвало у вас недопонимание.

Мэджик: Нет, это как раз потому, что мы очень хорошо понимали по-русски и знали про "Вудсток", про фестивали всякие. Мы просто не знали, что иномарки, это машины. Думали, что это слово означает…

Ренарс (перебивая): Думали, что это слово означает «почтовые марки». И были удивлены, что почта встречается в песне.

Шоу-бизнесИНТЕРВЬЮ