Премия Рунета-2020
Россия
Москва
-11°
Boom metrics
Политика30 марта 2022 17:20

Дети освобожденного города: Мариуполь — не Украина!

«Фашики оборонялись грамотно» - спецкор «КП» Дмитрий Стешин увидел, что творится в только что очищенном от националистов квартале
Выжившие в аду Мариуполя: "Мы сидели, дни считали. Тридцать два дня насчитали..."

Выжившие в аду Мариуполя: "Мы сидели, дни считали. Тридцать два дня насчитали..."

Фото: Дмитрий СТЕШИН

«ДОРОГА ЖИЗНИ» НА ВЕРЕВКЕ

В это утро микрорайон «Восточный» Мариуполя пах вкусно – жареными семечками. На гигантской маслобойне, без малого месяц дымились многотонные залежи необработанного подсолнечника и целый месяц, бойцы батальона ДНР «Восток» наслаждались этим восхитительным запахом. «В рот подсолнечное масло больше не возьму» - заметил водитель нашей драной «девятки». Стекла в машине были истерзаны мелкими осколками, так, что осыпалась зеркальная тонировка, казалось, что все сиденья в каких-то новогодних блестках. Еще неделю назад на этой машине катались нацисты из батальона «Азов»* и не успели забрать ее, отступая. Не до того им было.

Вдалеке - очертания гигантской маслобойни, аромат подсолнечного масла пронизывает всё вокруг.

Вдалеке - очертания гигантской маслобойни, аромат подсолнечного масла пронизывает всё вокруг.

Фото: Дмитрий СТЕШИН

Под ногами хрустит военный мусор – куски оконных рам, осколки, гильзы, какая-то декоративная обшивка и вездесущий утеплитель. А девятиэтажки - самые обычные, такими застроен весь Мариуполь. Вот только взять эти здания было мудрено. Я спотыкаюсь о толстый бельевой трос, растянутый поперек улицы. Как ни странно, это символ мужества наших бойцов.

Помню, как один из батальонных завхозов, рассказывал мне, как прочесывал все небогатые магазины в округе, пытаясь найти нормальную веревку. Просто в одной из девятиэтажек 22 дня в полном окружении сражалась так называемая «группа Люгера», два десятка бойцов батальона «Восток». «Азовцы»*, по стандартной тактике, пропустили их вглубь квартала и отрезали от своих, надеясь постепенно выбить разведчиков или заставить их сдаться, когда закончатся боеприпасы.

Почти сутки ребята из авиаразведки «Востока» забрасывали окруженным бойцам первую «дорогу жизни» с помощью квадрокоптера. А потом, в девятиэтажку, в пустых пятилитровых бутылях, по воздуху, поползли гранаты, патроны, продукты, газ для горелки, вода и лекарства. В ответ, разведчики присылали трогательные записки на кусках обоев. Командир батальона «Восток» собрал эти послания и сохранил: «для истории».

Одна из записок, начертанная на куске обоев. Теперь это история.

Одна из записок, начертанная на куске обоев. Теперь это история.

Фото: Дмитрий СТЕШИН

Буквально несколько дней назад, «группу Люгера» разблокировали и вывели, а дома освободили и зачистили. Теперь в квартале можно передвигаться не пригибаясь, не прижимаясь к стенкам. Разведчик Роман показывает мне, как он выразился «чудо войны»:

- Видишь, на предпоследнем этаже, на кухне, стоит стол, стулья и кастрюлька? Приходи и усаживайся…

Внешней стены у дома нет и совершенно непонятно, как уцелел этот простецкий кухонный быт. Роман мне показывает на черные зияющие провалы коридоров, уходящих в глубь здания:

- Мы почему ребят разблокировать не могли и взять эту «девятину» не получалось? Как начинался обстрел, фашики сразу же отходили в эти коридоры и получалось, их снаружи прикрывали сразу три-четыре стенки…

Дом взяли, лишь положив в него десяток корректируемых снарядов «Краснополье», точечно выбив все огневые гнезда. «Азов» откатился на другой рубеж, оставив после себя трупы.

Выбить отступающих боевиков "Азова" из жилых домов было делом непростым.

Выбить отступающих боевиков "Азова" из жилых домов было делом непростым.

Фото: Дмитрий СТЕШИН

ЧУДО И МУЛЬТИКИ

Еще за несколько дней до начала спецоперации, принимая меня в батальон вольноопределяющимся, командир «Востока» выставил мне условие: «Под ногами у воюющих не путаться». Я согласился и «не путался». Понимал, что сидеть у ног бойца, стреляющего в окно, так, чтобы тебе за шиворот сыпались горячие гильзы, это, конечно здорово. Но, читателю, который пытается через тебя понять происходящее в Мариуполе, такие «боевые сюжеты» не дают никакой информации. Мне и читателям нужны были истории.

Поэтому, этим утром, еще по темноте, меня подняли со словами: «Хотел историй?».

Оказывается, несколько часов назад, бойцы «Востока», осматривая освобожденные дома, обнаружили в одной из девятиэтажек семью, которая прожила весь месяц боев в своей квартире на первом этаже: отец Вячеслав, мать Наталья и девятилетняя дочка Арина. Чуть позже, к этой семье присоединилась соседка Марина со взрослой дочерью. Марина жила на пятом этаже, пока ее не ранило. Пуля вошла ей в грудь так удачно, не задев ни легких, ни сердца, ни костей, что врачи батальона только развели руками – «чудо». Единственный след: Марина очень бледная, прямо серая и иногда морщится от какой-то внутренней боли. После ранения Марина с дочкой переехали на первый этаж: последние жители подъезда собрались вместе. В подвал они не спускались, все обстрелы пережидали в простенках у лифта и в коридоре подъезда. Спали все вместе, застелив одеялами полы в большой комнате – «так не страшно».

Типовая девятиэтажка Мариуполя со следами боя.

Типовая девятиэтажка Мариуполя со следами боя.

Фото: Дмитрий СТЕШИН

Тысячи раз на Донбассе я замечал, как городские, атомизированные жители-индивидуалисты, в экстремальных условиях мгновенно образуют общины. Чужие люди становятся названными родственниками – так проще выжить. Хотя, «проще» не точное слово, только ТАК можно выжить.

Для этой общины у нас были хорошие новости. Все собрались на кухне, чтобы их услышать. Для начала, командир «Востока» Александр Ходаковский выложил на стол еду и обрадовал собравшихся:

- У нас рядышком будет пункт связи с генератором, закинем вам кабель. Планшеты зарядите, мультики ребенку включите.

При слове «мультики» Арина радостно вскинулась и подергала Наташу за рукав: «Мама! Мультики!». При этом, дом буквально трясся от разрывов снарядов, бетонная плита под ногами вибрировала, но ребенок не обращал на это никакого внимания…

«СИДЕЛИ, ДНИ СЧИТАЛИ»

Наши зачищали соседние кварталы, война уходила все дальше и дальше от многострадальной многоэтажки на улице Таганрогской. И можно было попробовать вспомнить недавнее прошлое. Спрашиваю:

- Что здесь было, когда стоял «Азов»*?

Вячеслав, оказывается, очень внимательно наблюдал за боевыми действиями в своем дворе:

- Они заселились в квартиры в шахматном порядке. Устраивали там склады. Я заблокировал железную дверь нашего подъезда, тогда «азовцы»* забрались на второй этаж по решеткам на окнах. Потом мы слышим шаги возле нашей квартиры, у всех начинается мандраж… У девочек моих вообще речь отнялась, когда они кувалдой начали выбивать тамбурные двери. Мы не открываем. Я слышу, говорят нам: «Мы знаем, что вы здесь». Они поняли, у нас на лестнице мангал стоял, мы на нем готовили. Мы решили открыть, из автомата бы лупанули по замкам, они так открывали двери…

Вячеслав замечает, что пришельцы были экипированы очень хорошо, с опознавательными знаками – синей лентой на рукаве. Тут, очень эмоционально начинает рассказывать Наташа:

- Мы у них попросили помощи, Марина уже была ранена. Они ее осмотрели, связались по рации, а им сказали – пусть уходят.

Но мои собеседники не ушли, а потом уже было поздно бежать. Вячеслав рассказывает и показывает через последнее стекло в окне:

- Вон там была позиция танка, выезжал, шмалял, пламя – метра три! Не знаю, может в танке меня заметили? Он отстрелялся и дуло развернул на меня, я спрятался в тамбур.

Наташа говорит, что из дома, который прикрывал их девятиэтажку от наступающего ополчения, «азовцы»* всех людей согнали в подвал:

- Какой-то мужчина начал кричать. Может с ума сошел, может паника началась, они его из автомата сразу расстреляли. Сказали, «что за придурок?» и убили. Его вон, за детской площадкой похоронили. Все на наших глазах.

Наташа спохватывается, берет Арину за плечи, выпроваживает ребенка из кухни, и говорит дальше:

- Понимаете, мы сидели, дни считали. Тридцать два дня насчитали. Нам еще повезло, людей, которых выгнали из квартир в подвалы, «азовцы»* обратно не пускали – ни за едой, ни за вещами. Просто начинали стрелять, когда их просили пустить в квартиру. Люди выходили из подвалов, костер разжечь, что-то приготовить, они стреляли им под ноги. В подвал нам гранату забросили, женщина погибла, тоже за домом закопали… нельзя сказать, что похоронили, так не хоронят людей. Загорелись этажи в соседнем доме, люди пошли к их командиру, говорят, мол, вы же в доме сидели, воевали, из-за вас загорелось, помогите потушить!

- А что «азовец»*?

- Молча развернулся и ушел.

«МАМА С ПАПОЙ ГОЛОСОВАЛИ ЗА ДНР»

Пока офицеры согласовывали с этими натерпевшимися людьми посещение батальонной бани, я решил поговорить с Ариной. Она рассказала мне, как поссорилась с подружкой, «перед тем как началось» и очень верит, что раз «все закончилось», обязательно с ней помирится. Я, конечно, спросил ребенка, внутри себя поморщился, но спросил:

- Ты жила мирной жизнь, вдруг – Бах! Бах! по двору ездит танк, ты думала – кто с кем воюет и почему?

Закадровым фоном к этому вопросу шла нескончаемая канонада. Арина ответила очень разумно, она вообще мне показалась какой-то взрослой, не по годам:

- Мне мама объясняла, что Мариуполь, это не Украина. Что мама с папой голосовали, чтобы Мариуполь был ДНР. И сейчас днровцы отвоевывают свою землю.

Юная Арина показалась какой-то взрослой, не по годам.

Юная Арина показалась какой-то взрослой, не по годам.

Фото: Дмитрий СТЕШИН

Мы стояли под стеночкой с командиром «Востока» (зевать здесь по-прежнему не стоит) и Александр Ходаковский прокомментировал этот длинный бой за девятиэтажки:

- Сразу же, как у нас пошли локальные успехи, мы натолкнулись на такое упорное сопротивление… Здесь был организован полноценный укрепрайон и воевали в нем люди грамотные, вооруженные средствами для борьбы с бронетехникой. И самое главное, они работали в связке со своей артиллерией и смежниками, стоящими на дистанции в два километра. И чуть что, открывали перекрестный огонь, мы голову поднять не могли! И мы понимали, что пока держится этот укрепрайон, стоит и весь кусок линии фронта.

- А что теперь?

- Как только создалась угроза отрезания восточной части Мариуполя, они сразу же оттянулись к «Азовстали», у них там есть боеприпасы и все для выживания. Сейчас мы практически соединились с нашими южанами, с теми, кто наступает от моря. В ближайшие дни зачистим освобожденные районы, потому что наступали мы быстро, и есть вероятность, что там кто-то сидит еще в окружении. Какие-то группы «азовцев»* не получивших приказа на отход. Сейчас обезопасим себе тылы и пойдем дальше.

Когда будет освобожден весь Мариуполь, я не стал спрашивать. Ответ известен. Ответ назрел. Скоро. Это уже чувствуется.

*Запрещенная в России организация, признана экстремистской, в отношении ее членов в РФ возбуждено уголовное дело.

ТРАНСЛЯЦИЯ

Военная спецоперация на Украине 30 марта 2022: прямая онлайн-трансляция

Сайт kp.ru в онлайн-режиме публикует последние новости о военной спецоперации России на Украине на 30 марта 2022 года (подробности)

Итоги переговоров между Россией и Украиной: Шесть главных выводов и один вопрос

К удивлению многих экспертов, переговоры России и Украины в Стамбуле 29 марта 2022 года дали неожиданно продуктивный результат. Но станут ли обозначенные договоренности путем к миру? (подробности)

Что изменится после переговоров в Стамбуле: «Освобождение Юга Украины теперь только ускорится»

Военный эксперт Владислав Шурыгин ответил на главные вопросы, которые остались после переговоров России и Украины в Стамбуле (подробности)

МНЕНИЕ

Александр Коц

На Украине наступил 37 год: страна держится только на страхе, терроре и пропаганде

Пока на фронтах идут бои, внутри незалежной развернут настоящий террор против собственного народа (подробности)