Премия Рунета-2020
Россия
Москва
-7°
Boom metrics
Политика
Эксклюзив kp.rukp.ru
13 апреля 2023 8:45

Экс-боец «Иностранного легиона Украины» Джон Макинтайр: На полигоне в Яворове нас была тысяча — а после первого боя осталось 150

Американец-антифашист внедрился в ряды ВСУ, собрал ценнейшую информацию и сбежал в Россию
Джон Макинтайр — молодой американец антифашистских взглядов

Джон Макинтайр — молодой американец антифашистских взглядов

Фото: Иван МАКЕЕВ

Эта история грозит затмить «дело Сноудена». Джон Макинтайр — молодой американец антифашистских взглядов. Весной 2022 года он завербовался в «Украинский иностранный легион» и вскоре попал на передовую. Каждую минуту его могли разоблачить, каждый день он рисковал погибнуть от шального снаряда. О многих подробностях одиссеи Джона до сих пор нельзя упоминать, чтобы не подставить сторонников России по ту сторону. Но кое о чем сказать можно. Как иностранные мошенники собирали через Сеть деньги «на защиту Украины» — и как сами «защитники» совершали военные преступления. Об этом 26-летний парень поведал в эфире Радио «Комсомольская Правда».

«ВОТ ШЛЕМ, ЕЗЖАЙ ЗАЩИЩАТЬ КИЕВ»

— Джон, давай с начала. Кто ты, откуда?

— Я родом из города Мобил, штат Алабама, но вырос в Теннесси. Когда мне было 17, пошёл по контракту в армию США, служил два года в Форт-Блиссе, штат Техас, как минометчик. После армии работал на заводах: пластик, литьё, алюминий, потом — сварщик, продавец авто, упаковщик…

— Типичный глубинный народ из «библейского пояса США». И вот весной 2022-го ты решился на отчаянный поступок…

— Сначала я хотел приехать и сражаться на стороне России, но подумал: «Чёрт, я ведь один. Могу просто взорваться и умереть». Потом я решил, что если побываю на другой стороне, то смогу собрать больше информации и сильнее помочь российской армии. Обсудил с друзьями. Они сказали: «Нет, это самоубийство. Не делай такого. Тебе никогда не удастся». Но вот я здесь, сижу в вашей студии и разговариваю с тобой.

— Легко ли было американцу присоединиться к «Украинскому иностранному легиону»?

— Просто, как зайти в дверь. Это делалось через посольство Украины в США. Я, конечно, принёс им документы и сертификаты о прохождении армейской службы: думал, что им нужно будет проверить мою личность и всё такое. Но, на удивление, украинцы лишь взглянули в паспорт — и готово. Мне оставалось только поставить подпись [на контракте].

— Получается, абсолютно любой человек, даже бывший преступник, даже наркоман, даже состоящий на учёте в «дурке» может завербоваться в украинский «легион»...

— Я прибыл на Украину 17 марта 2022 года, как раз когда шел бой за Киев. И офицеры ВСУ сразу же всем сказали: «Вы хотите сейчас ехать в Киев? Вот вам пистолет, вот шлем, подпишите здесь, садитесь в машину». Но никто из моей группы не вызвался. Наши парни сказали: «Это просто самоубийство».

ОТБОРНЫЙ СБРОД

— И что было дальше?

— За четыре дня до того, как я прибыл на Украину, на базу «Иностранного легиона» в Яворове прилетело пять российских ракет. По моим данным, они убили около 20 солдат, никто из которых не был иностранцем. Но украинцы почему-то сказали, что «Иностранный легион уничтожен».

— Наверно, хотели выбить и распилить новый транш от западных партнёров…

— После этого базу «Иностранного легиона» перенесли под Ровно. Мы жили в палаточном городке. С питанием иногда было плохо, помню, порой мы ели только чак-чак три раза в день. Также ели кабана, свинину, или что у них там было. Грузовик с душевой приезжал каждые три дня. Там мы пробыли около месяца.

— Сколько американцев и иностранцев было в вашей группе?

— До атаки на Яворов в «Украинском иностранном легионе» было по крайней мере тысяча человек. Но как только ракеты прилетели, то все заговорили: «К черту это все». Многие отправились к другим формированиям или уехали домой. Что касается именно американцев, я бы сказал, их было около сотни... Я ж не считал всех по головам.

— Кто были эти иностранцы?

— Я бы сказал, каждой твари по паре. Конечно, там были неонацисты. Из тех, знаете, что видят флаги украинских радикалов и думают: «О, это рай для меня». Также были просто люди с промытыми мозгами, приехавшие сражаться за свободу и демократию; были "псы войны", были и искатели наживы, мошенники.

— Бежавшие от закона в родной стране?

— Нет, я имею в виду тех мошенников, которые используют соцсети, чтобы размещать посты наподобие: «Хэллоу, я сражаюсь за Украину, отправьте мне деньги». В нашей группе был один такой, с позывным Сэм Ковбой. Целыми днями лежал на своей лежанке, выходил через телефон в [приложение для публикации коротких видео], собирал донаты с доверчивых интернет-идиотов. Постил видосы: «девчонки, вау, я на Украине».

— Люди ехали, как на развлечение.

— Да, они приходят в «Украинский иностранный легион», им дают форму и оружие, они там сидят и разживаются деньгами, ведь довольствие капает. Затем они тратят деньги на бары, рестораны, проституток. Конечно, там рядом со мной были и нормальные люди, но было много и плохих парней. Я встречал людей из Ирландской республиканской армии (это по сути террористическая организация), из международных банд и мафиозных структур.

НАТОВСКИЕ ИНСТРУКТОРЫ

— Идём дальше. Значит, вы проходили боевую подготовку в Ровно.

— Мы все умели пользоваться только натовским оружием, поэтому нам пришлось изучать старые советские РПГ, Калашниковы… ну и, в общем, всё. Обучение было так себе, продолжалось около месяца, после чего нас отправили на передовую.

— Кем были ваши инструктора — из НАТО?

— Официально — нет. До того они, разумеется, служили в армиях НАТО, но теперь числились или в отпуске, или в отставке. Однако сейчас в Польше и на Западной Украине есть офицеры НАТО, в смысле, настоящие, уже не отпускники. Есть разведчики, есть сотрудники спецслужб.

— Ты общался с кем-либо из них?

— Нет. Как я понимаю, инструкторы НАТО там для того, чтобы обучать украинцев сложным технологиям, таким как танк M1 Abrams, ракетная система HIMARS и так далее.

— А кто обучал вас и вашу группу?

— Не поверишь, это был болгарин. «Иностранный легион» был смешанным, из людей со всей Европы, Северной и Южной Америки.

— На каких языках проходило обучение?

— Было четыре языка: английский, испанский, французский. Носители славянских языков были сведены в одну группу, где обучение велось по-украински и по-русски.

— Украинцы вам платили?

— За нахождение в боевой зоне платили около трёх тысяч долларов в месяц. Вне боевых действий — около тысячи долларов.

— Ну то есть когда эти иностранцы называют себя «волонтёрами и борцами за демократию», то это не так, они просто наёмники.

Боец «Иностранного легиона Украины» Джон Макинтайр

Боец «Иностранного легиона Украины» Джон Макинтайр

Фото: Иван МАКЕЕВ

ПЕРВАЯ СМЕРТЬ

— Когда вы попали на передовую?

— Это было 21 апреля 2022 года. Мы прибыли в Харьков. Украинцы были в панике, русские на тот момент находились всего в 15 километрах оттуда.

Мы расположились на верхнем этаже в огромном старом здании советской бумажной фабрики. Всякий раз, когда я поднимался наверх, на этаж, наверно, десятый, я думал: «Черт возьми, у меня скоро будет сердечный приступ». Забавно, что вся эта беготня оказалась напрасной — 28 апреля мы переехали в другую дислокацию, в деревню Молодовая — недалеко от Харькова, на реке Северский Донец.

На тот момент там не было русских. Как мне рассказывали, когда они там были, то просто приехали, назначали нового главу поселковой администрации, сели в джип и уехали. Но когда мы туда прибыли, никого уже не было.

Затем 4 мая, за четыре дня до моего дня рождения, мы отправились в деревню на севере — Старый Салтов. Это была серая зона, по которой обе стороны наносили удары. Когда мы подошли к месту, где должны были создать опорный пункт, мы увидели ракету «град», торчащую из земли. Так я впервые попал на настоящее сражение.

Мы спрятались в окопах, а потом услышали эти страшные звуки. Русские начали обстреливать нас «градом», и тогда у нас случилась первая потеря: парень по имени Фоглар из Голландии. Через 10-15 минут после обстрела наш сержант приказал отходить. Я, конечно, не стал с ним спорить. Мы вернулись в Молодовую. Как сейчас помню, это было 5 мая 2022 года, первый раз, когда я увидел, как кто-то умирает.

— Сколько человек на тот момент было в «Украинском иностранном легионе»?

— У нас были взводы «Альфа», «Браво» и «Чарли» — всего около 600 бойцов. Я был во взводе «Браво». После первого боя «Альфа» практически распалась, потому что у них были разногласия с командиром. У него имелся приказ оставаться в Молодовой. Но командиру хотелось стать в будущем политиком, а не мертвецом, то есть ИЗОБРАЖАТЬ украинского героя, а не сражаться по-настоящему.

— А какая у командира была фамилия?

— Мы просто называли его Богдан, без фамилии, и считали его идиотом. В итоге, чтобы от него избавиться, его отправили куда-то на повышение.

Теперь оцени цифры: на полигоне в Яворове нас, «иностранных легионеров», было около 1000 человек. После Яворова число уменьшилось до 600. Месяц спустя, после первого боя и развала взвода «Альфа», — уже до 300. А потом, ещё через неделю, число людей уменьшилось с 300 до примерно 150. И это не погибшие — это беглецы. Американцы, канадцы и другие парни с опытом службы в натовских армиях, со отличным снаряжением, увидев несколько русских бомб, просто удрали домой.

— Разорвав контракт с ВСУ?

— Да, люди говорили: «К черту все, я иду домой». Хорошо, что украинцы позволяют иностранцам уходить, если те захотят.

КАЗНЬ РУССКИХ ПЛЕННЫХ

— Ты был свидетелем военных преступлений?

— После боёв под Харьковом и фактического распада «Иностранного легиона» я попал в украинский националистический батальон «Карпатская Сечь». И вот там было трое парней — Рико Чавес, Назар Кузьмин (по-моему, такая фамилия) и чувак по имени Аурелио. Они казнили российских военнопленных, сняли видео и фото казни и показывали всем.

— Сколько русских они убили?

— Двоих или троих, я не помню. Я не люблю смотреть на такие вещи. Это было в августе или июле 2022, за месяц до того, как я попал в «Карпатскую сечь». Они сделали это потому, что погиб родственник Назара, тоже боец, и один из российских телеграм-каналов выложил фотографии — мол, ещё один наёмник денацифицирован. Тогда в ответ Назар и его друзья сделали видео и фото убитых российских военнопленных и сопроводили это гитлеровским салютом.

Еще одно военное преступление произошло, когда я был в «Иностранном легионе»: нам приказали надевать гражданскую одежду, когда мы заходили в деревню Молодова. Всем медикам было приказано снять медицинские шевроны. В то же время многие бойцы и вооружения перевозились на «скорой помощи» и гражданских автомобилях. Об этих вещах вы нигде не услышите. Например, в мой первый день на Украине нас разместили в подвале школы, а наверху там же находились гражданские.

— Беженцы?

— Да, они были похожи на цыган, а может, просто настолько ободрано выглядели. ВСУшники думали: если русские выпустят ракеты и ударят по школе, где находятся граждане, то это убьет их и тогда Киев сможет сказать: «Эй, посмотрите, русские бомбили школу с беженцами». Умолчав, что в подвале находились мы, иностранные наёмники.

То же самое было, когда мы заходили в деревни. Во всех домах там жили гражданские. Мы думали, что это неправильно, потому что, если русские будут бомбить нас, простые люди погибнут. Но по большей части украинцы на это плевали.

— Украинские власти не эвакуировали граждан?

— Нет. В Восточной Украине «западэнцы» не считают местных жителей украинцами, смотрят на них как на «русских оккупантов». Вы наверняка слышали, как они называют их: «орки», «свиньи»… Националисты хотят изгнать русских, заменить их «настоящими украинцами» и искоренить русский язык, что, кстати, уже произошло.

— Ты лично с местным населением общался?

— В Харькове половина населения была проукраинская. А другая половина — ну, вам даже не нужно было их спрашивать. Достаточно было посмотреть в их глаза. По глазам можно было понять, кто нас ненавидел, а кто был за Киев. Нам ещё говорили: «не берите хлеб у бабушки, она может подложить яд, никому нельзя доверять». Так что Харьков был разделен пополам. Но когда я попал в деревню Ставки недалеко от Донецка, там были уже только пророссийские жители: никто с нами не говорил, никто нам не радовался.

— Как тебе удалось выбраться оттуда?

— Я уехал в Молдавию, у меня были там кое-какие контакты, которые помогли мне перебраться сюда, в Россию. Пересекать линию разграничения напрямую было бы самоубийством. Если передовая под Харьковом — это ад, то в Донбассе — это АДСКИЙ АД.

«В РОССИИ ЛУЧШЕ»

— Давай об Америке. Многие верят, что выборы 2020 года были украдены.

— При Обаме и Байдене, который был тогда вице-президентом, начались сражения на Украине, на чём элиты хорошо заработали. Трамп был готов предоставить украинцам помощь, только если они не будут нарушать минские соглашения. Поэтому было важно, чтобы Байден выиграл выборы — он был готов предоставить помощь вообще в любом случае. Цель — заполучить ресурсы Восточной Украины. Ведь Донбасс всегда считался сердцем России из-за угля и природного газа. И Киев должен будет оплатить тот ленд-лиз, по которому Запад поставляет оружие.

— Но теперь ты в России.

— О, это удивительно! Здесь так красиво. Инфраструктура в России намного лучше, чем в Америке. И я хочу сказать это и о России, и о Польше, и об Украине, которые, кстати, являются бывшими советскими странами. Америка — это свалка. У вас есть электрички, которые соединяют большие города со всеми деревнями. Вы можете сесть на поезд и отправиться в любую точку страны, это удивительно! У нас нет метро и поездов такого уровня. Еще у вас есть бесплатная медицина, это потрясающе, у нас ничего такого в Америке нет, хотя мы считаем себя первыми в мире.

— Какие планы на будущее?

— Я останусь здесь, пока власти не предоставят мне гражданство. Буду искать работу и ждать нашей американской революции. Как только она начнётся, я вернусь домой и помогу обучать повстанцев: как сражаться, как стрелять из миномётов.

— Были случаи, когда на стороне России в СВО сражались африканцы. Да, не так много, единицы, но были. Думаю, это доказывает, что мы боремся на Украине против белого расизма и фашизма.

— Конечно, это потрясающе: здесь, в России, я вижу мирное существование людей всех рас и культур. Я вырос на юго-востоке — в Алабаме и Теннесси, некоторое время жил в Техасе, когда служил в армии. Когда там белые видели мексиканца или мусульманина, то цедили: смотрите, один из «них». А здесь всё наоборот — русские относятся к людям других рас, как к равным.

СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ

Дмитрий Пучков: Украинцев погонят на убой обязательно. Вопрос только, где и когда (подробнее)