Премия Рунета-2020
Россия
Москва
+13°
Boom metrics
Общество13 сентября 2023 22:00

Человек, точно непохожий ни на кого другого

Друзья, коллеги и близкие собрали воспоминания о Владимире Николаевиче Сунгоркине - легендарном главном редакторе "Комсомольской правды"
Источник:kp.ru
Он часто был первопроходцем. И во время путешествий, и в профессии.

Он часто был первопроходцем. И во время путешествий, и в профессии.

Ровно год назад, 14 сентября, ушел из жизни легендарный главный редактор «Комсомольской правды» Владимир Сунгоркин. Накануне скорбной даты в свет вышел сборник «Владимир Сунгоркин: «Я с вами, ребята!». В книгу вошло более полусотни воспоминаний близких людей - членов его семьи, соратников, учеников, однокурсников, коллег, политиков, путешественников. И, конечно, друзей. Один из них - Алексей Громов. Близкий друг. Публикуем сегодня главу из книги, написанную им.

Алексей Громов, близкий друг Сунгоркина. Фото: Личный архив

Алексей Громов, близкий друг Сунгоркина. Фото: Личный архив

Такое было возможно только в СССР

В жизни каждого человека, совершенно очевидно, есть очень важные люди.

Они появляются как будто ниоткуда в разные периоды и остаются. Навсегда. Таким очень важным для меня человеком, другом стал Володя Сунгоркин. Человек, точно непохожий ни на кого другого. Что его таким сделало?

Да очень многое. Какой-то невероятный (он, по-моему, и сам толком не разобрался) сплав генов разных народов, детство, как я понимаю, совсем не безоблачное, на военной базе Амурской флотилии на окраине Хабаровска. И многое другое. Как мне однажды сказал, нет, не он, а другой человек из тех же краев (ныне большой начальник и тоже очень хороший человек), предел мечтаний парня из тех мест - это мотоцикл, ну, лучше машинка, лодка с мотором, жилье более-менее нормальное, ружьишко сносное, конечно. Ну, и жизнь удалась! Не в шутку, правда.

У Володи каким-то невероятным стечением обстоятельств, помноженным на его упорство и сумасшедшую жизненную энергию, получилось немного по-другому. В 22 года - собкор «Комсомолки» на БАМе, а в 27 лет - собкор «Советской России» по Приморскому краю. Такое было возможно, наверное, только в Советском Союзе, какая там Америка! Как это ни странно, именно с темы Приморья наше с ним до этого рабочее общение после одного разговора как-то резко перещелкнулось на что-то большее.

Сидели, обсуждали какие-то рабочие вопросы, и он мимоходом сказал: «Был у нас первый секретарь Приморского крайкома партии Ломакин, вот это человечище». Я посмотрел на него, говорю: «Владимир Николаевич (мы тогда на «вы» были), а я у этого человека четыре года в Праге, куда его послом назначили, проработал помощником, переводчиком и зав. протоколом. И с оценкой вашей согласен. Жесткий, по-житейски умный, матерый. Факт - человечище». Небольшое отступление. Оказывается, Виктор Павлович нам обоим рассказывал, как происходила его беседа с Брежневым перед назначением Ломакина послом в Чехословакию. Вхожу, говорит, к нему в кабинет, а у него карта огромная Советского Союза. Он посмотрел, нашел Владивосток, пальцем прочертил полмира до Праги и сказал: «Ё-моё, даль-то какая! Ну, езжай, работай».

Тонкий расчет и полная бесшабашность

Повспоминали то-сё, и уже в дверях Володя говорит: приезжайте, мол, ко мне на дачу, вы же, я слышал, грибник, сходим в лес. Спасибо, отвечаю, конечно, только какие уже грибы, 15 октября. Да найдем, утверждает Сунгоркин, и именно в этот момент у него на лице, в глазах проносится какая-то штука, которую сложно описать и которая, на мой взгляд, составляла главную сущность этого человека. Описать эту сущность, повторюсь, точно невозможно, но попробую хоть как-то. Так вот, это могло быть: «Да пошли вы все, я все равно сделаю». Или: «Всякое видел, везде был, но хочется еще больше». Еще: «Всем кранты, а мы прорвемся». А прямо его одно из любимых выражений: «Нет таких крепостей, которые бы не взяли большевики». Ну понимаете примерно, о чем речь. Тонкий расчет и полная бесшабашность, цепкая наблюдательность и рассеянная созерцательность, чутье опасности и пренебрежение ею же - все это по полной программе проявлялось во время сотен наших поездок на вездеходах по лесному бездорожью. Едем в лес, проезжаем какую-нибудь умеренную «задницу» (в смысле качества дороги), уже на красивом бескрайнем поле, впереди, совсем рядом первые грибные опушки.

Обязательная остановка. Встающий с сиденья вездехода Володя, раскинув руки, произносит одни и те же, никогда не надоедающие слова: «Вот они, просторы, они же закрома нашей Родины». Это означает, что мы разделяемся, я грибы собирать, а он изучать прилегающие лесные массивы, искать новые места. В назначенное время и в назначенном месте перекус, который он с удовольствием готовил, разговоры о том о сём. За час-полтора очень много разного успевали обсудить, потому что очень глубоко мы понимали друг друга. Да чего там, очень хочется написать - «понимаем друг друга».

Ну ладно. Посидели, перекусили, пора домой, и вот тут-то Володя обычно говорил примерно так: «Слушай, я тут одну дорогу разведал, она даже короче и в целом нормальная. Давай по ней». Я, уже понимая, что будет дальше, для проформы пытался возражать. Мол, Володь, стемнеет скоро, дождь накрапывает (а машины-то открытые), давай по старой, известной дороге. Тут в его лице мелькало как раз то самое, трудноописуемое, произносилось что-то типа: да ладно тебе, да когда еще, да все нормально будет. И мы, конечно, ехали. Где-то чуть не переворачиваясь (да, и такое было), включая лебедки, вытаскивая друг друга из очередного болотца, каким-то чудом переезжая чумовые русские ручьи и речки. Ладно, все нормально будет. И было в конечном счете нормально. Чего там, хорошо, здорово, охренительно было! Без Володи я по этим дорогам не поеду. Страшно.

Белый гриб как привет от Володи

Интересных эпизодов много было. Не хочу надоедать. Ну, еще один. Приезжаю к Володе. Стоит засушливый июль. Он сидит над картой. «Слушай, грибов же нет. Ну да, ты все равно десяток найдешь, но есть идея. Здесь не так далеко по бездорожью до истока Волги. А никто из нас не видел, откуда она вытекает, не по картинке, а на самом деле, наша великая русская река. Поехали посмотрим, а?» И опять этот его взгляд. В этом «а?» и его глазах было столько желания это сделать, что я просто ответил: да поехали, чего там. Восемь часов в одну сторону, пять - по проторенной дороге обратно. Никогда не думал, что бывает трехметровая крапива, которая все время хлещет по лицу. Незабываемое ощущение, когда комары, слепни и какие-то разнообразные мошки кусают тебя одновременно везде, а над ними реют несколько десятков (как минимум) шершней.

Темнело. Вернулись.

Душ, чистая одежда, чай, тепло, хорошо, вкусно. Сидим, отдыхаем (а устали очень). Володя задумчиво говорит: «А я так всегда и думал, что Волга вытекает из болота... А какая река получилась!» Да, и вот что еще. Тогда, в первую к нему поездку, 15 октября, я таки нашел один белый - большой, красивый. А в прошлом году, тоже глубокой осенью, я поехал один в его леса. Тоже не было уже никаких грибов, и я это понимал. Прошелся по опушкам - пусто. Решил доехать до сделанного им навеса, где мы обычно перекусывали. И прямо у входа в навес на вытоптанной нашими с ним сапогами земле стоял белый гриб.

Красивый, кряжистый, как с картинки.

Это привет от него. Я точно знаю.

СТРАНИЦЫ БИОГРАФИИ

Владимир Николаевич Сунгоркин родился 16 июня 1954 года в Хабаровске в семье ветерана Великой Отечественной войны, мичмана Краснознаменной Амурской флотилии Николая Филипповича Сунгоркина. Был младшим среди четверых сыновей.

В 1971 году поступил на отделение журналистики филологического факультета Дальневосточного государственного университета во Владивостоке. Сотрудничество с «Комсомолкой» начал еще в студенчестве и по окончании университета, в 22 года, стал собственным корреспондентом «Комсомольской правды» на БАМе.

С 1981 по 1985 год работал собкором газеты «Советская Россия» по Приморскому краю. Затем вернулся в родную «Комсомолку» заместителем редактора отдела рабочей молодежи. В 1998 году стал главным редактором газеты (а потом и генеральным директором) и оставшиеся четверть века своей жизни посвятил созданию и становлению крупнейшего медиахолдинга страны - Издательского дома «Комсомольская правда».

Был награжден советскими медалями «За строительство Байкало-Амурской магистрали», «За трудовое отличие» и орденом «Знак Почета», стал лауреатом премии Ленинского комсомола, а также награжден российским орденом «За заслуги перед Отечеством» IV степени.

Его сердце остановилось 14 сентября 2022 года во время экспедиции по Дальнему Востоку. Владимиру Николаевичу было всего 68 лет. Посмертно был удостоен премии Правительства Российской Федерации в области средств массовой информации - за персональный вклад в развитие СМИ.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Последний проект Владимира Сунгоркина

Сентябрь 2022 года разделил жизнь всех журналистов «КП» на до и после. Рано утром 14 сентября пришла скорбная весть, что с нами больше нет Владимира Николаевича Сунгоркина.

В эту новость не верили, не хотели верить. Этого просто не могло быть. Сильный и активный во всех смыслах человек, не дававший дремать ни конкурентам, ни сотрудникам, - казалось, он никогда не устает, а следовательно, будет вечным. Как никто не сомневался, что солнце взойдет завтра, так никто не сомневался, что завтра на работе появится Шеф и кого-то поругает, кого-то похвалит, кого-то поправит. Его уважали, его боялись, его любили... (продолжение)