В «Кавказской пленнице» Никулину в постель подложили карлика

Появившись на экранах бывшего СССР, картина сразу завоевала поистине сумасшедшую популярность среди зрителей от мала до велика. Снявшиеся в ней актеры стали всеобщими любимцами, а их персонажи обрели бессмертие. Тем труднее сегодня поверить в то, что этого фильма вообще могло не быть. Между тем с самого начала съемок все складывалось против «Кавказской пленницы» «Балбеса» обязал сниматься партком Сначала сценарий категорически не понравился руководству киностудии «Мосфильм». И не потому, что начальство углядело в нем что-то крамольное. Просто история с похищением невесты показалась чиновникам несмешной. Потом возникли проблемы с актерами. Сразу два участника легендарной троицы - Юрий Никулин и Евгений Моргунов - отказались от участия в съемках «Кавказской пленницы». И тоже по причине бредового, на их взгляд, сюжета. Но поскольку к тому моменту картина уже стояла в плане, а план в советские времена был делом первостепенным, Никулина быстренько вызвали на партком и обязали сниматься в картине. А вот спортсменку, комсомолку и красавицу искали мучительно долго. Всего в кинопробах участвовали около пятисот актрис, в том числе Наталья Фатеева, обе сестры-красавицы Вертинские, Виктория Федорова, Валентина Малявина, Наталья Кустинская. Наталью Варлей первым нашел тогда еще режиссер-дебютант Георгий Юнгвальд-Хилькевич (будущий автор «Д’Артаньяна и трех мушкетеров»). Он разглядел в приехавшей в Одессу столичной цирковой труппе девушку изумительной красоты, тут же провозгласил: «Такую красоту должны видеть все!» - и начал пробовать ее на главную роль в своем фильме «Формула радуги». Но Варлей выглядела слишком молодо и потому сыграла всего лишь маленький эпизод. - У меня на картине работал Леонид Дербенев, который писал для «Кавказской пленницы» стихи, - рассказывает Георгий Юнгвальд-Хилькевич. - Он и пожаловался: мол, нет такой девочки на главную роль! На что я тут же отреагировал: «А у меня есть! Пусть они присылают бутылку коньяка, и я покажу им ту самую девушку». С тех пор Наталья Варлей называет Георгия Юнгвальд-Хилькевича крестным отцом в кинематографе. А бутылку коньяка Юнгвальд-Хилькевич получил. В то время и он, и Леонид Гайдай были людьми выпивающими и распили бутылку с большим удовольствием, а коньяк назвали «Варлеевским». Каскадерша оказалась «липовой» Юная актриса поначалу очень комплексовала. И вся съемочная группа помогала ей почувствовать себя раскованно. Так, в одном эпизоде героиня Натальи должна была несколько минут заразительно хохотать. Никулин, Вицин и Моргунов, понимая трудность момента, во время съемки вдруг задрали майки и стали чесать животы, корча при этом уморительные рожи. Дубль сняли без сучка и задоринки. С особой тщательностью Гайдай снимал сцены, где Наталья Варлей показывала на весь СССР свои ноги. «Понимаете, Брижит Бардо в купальнике в десятки раз интереснее Фаины Раневской», - объяснял Леонид Иович. Варлей пришлось научиться водить машину и самой выполнять сложные каскадерские трюки. Поначалу для эпизода, в котором Шурик в спальном мешке падает в горную речку, а Нина бросается его спасать, пригласили девушку-каскадера, но та неожиданно для всех начала... тонуть. Оказалось, девушка так сильно хотела сниматься в кино, что соврала: мол, плаваю, как русалка. Незадачливую дублершу отстранили от съемок, и Наталья Варлей все делала сама. Поскольку вода действительно была ледяной, тот момент, когда Нина и Шурик на берегу трясутся от холода, не был постановочным. А чтобы артисты не заболели, после крика «Стоп!» парочку напоили чистым спиртом. Зачем Вицин и Моргунов написали на заборе «ХУ...» По первоначальному замыслу, начало у картины должно было быть таким. К забору подходит Трус (Вицин), робко пишет большую букву «Х» и, озираясь по сторонам, убегает. Затем подходит Бывалый (Моргунов) и, уже уверенно, выводит большую букву «У». И только после этого в кадре появляется Балбес, который лихо дописывает «...дожественный фильм». Заставку вырезали. Не утвердил худсовет в первом варианте и песню «Где-то на белом свете». У Дербенева были такие строки: «Где-то на белой льдине, там, где всегда мороз, чешут медведи спину о земную ось». Высокому начальству не понравились слова «медведи чешут». У этих медведей блохи, что ли? В другой песне - «Если б я был султан», которую поет Юрий Никулин, - не повезло целому куплету, где речь шла об алкоголе. Его то вырезали из картины, то во времена «потепления» опять вставляли. Вот текст этого «крамольного куплета»: Разрешит мне жена Каждая по сто, Итого триста грамм - Это кое-что! Но потом, на бровях Приходя домой, Предстоит мне скандал С каждою женой». Сааков чуть не вырезал Саахова А уже под конец съемок чуть не пришлось переозвучивать половину фильма. Секретарь партийной организации «Мосфильма» носил фамилию Сааков. А в фильме, если помните, был товарищ Саахов. Реальный Сааков посчитал, что появление в картине Саахова - скрытая издевка. И повелел фамилию заменить. Ситуацию спас Никулин. Он добрался до министра культуры СССР Екатерины Фурцевой и пожаловался, что по прихоти одного-единственного человека придется тратить громадные государственные деньги. Фурцева решила проблему одним звонком на студию: «Прекратите этот идиотизм!» И все-таки фильму «Кавказская пленница», скорее всего, была уготована судьба печальная. Худсовет в конце концов усмотрел в фильме антисоветчину. Мол, как может быть такое: коммунист крадет девушку, а честного парня сажают в психушку? Явный поклеп! Каково же было удивление Леонида Гайдая, когда на следующий день после разноса руководство киностудии вдруг начинает петь фильму дифирамбы! Оказалось, в выходные Леонид Ильич Брежнев захотел посмотреть какую-нибудь новенькую кинокомедию. Случайно ему привезли именно «Кавказскую пленницу». Генсек так хохотал, что фильм немедленно разрешили. Вицин не хотел пить пиво В фильме есть эпизод, где троица Трус-Балбес-Бывалый неспешно попивает пивко. Георгий Вицин, который принципиально не потреблял горячительные напитки, сразу отрезал: «Пиво пить не буду». Решили налить актеру вместо пенного напитка отвар шиповника. Отсняли несколько дублей, вроде бы все нормально. Пока одна барышня из съемочной группы наивно не спросила: «А почему у Труса пиво без пены?» «Пиво пить не буду», - опять уперся актер. Кто-то предложил в кружку с отваром накидать ваты - вроде как пена. От этой мысли Вицин чуть в обморок не упал. В итоге непьющему актеру таки пришлось пить настоящее пиво. Благо что справились за один дубль - не успел привыкнуть. Зато никакие уговоры съемочной группы не смогли заставить Вицина отказаться от другой «странности». Уже в то время Георгий Михайлович занимался йогой. Поэтому порой громкий голос режиссера с командой «Мотор!» прерывался слабеньким фальцетом Вицина: «Стойте! Нужен перерыв!» После этих слов актер вставал на одну ногу и, закрыв глаза, уходил в себя. А вся съемочная группа терпеливо ждала окончания сеанса медитации. Про эпизод, где всей троице делают уколы, актеры рассказывали много раз: на самом деле настоящими шприцами укол делали в подушки, которые лежали между ног у актеров. Мысль, чтобы Моргунову делать укол из громаднейшего шприца, подкинул Юрий Никулин. Но мало кто знает, что Моргунов за это на Никулина сильно обиделся: он боялся, что Демьяненко мог промахнуться и попасть совсем не в подушку... Ну и, наконец, эпизод, где Никулин лежит под одеялом и запросто чешет пятерней свою пятку. Многие думают, что этот трюк получился с помощью монтажа. На самом деле под одеяло к актеру «подложили» карлика. - Эту идею принес на съемочную площадку сам Юрий Никулин, - рассказывает директор музея Трех актеров Владимир Цукерман. - А ему об этом трюке рассказала одна цирковая актриса. Было это еще в 60-х. Никулин рассказ запомнил и все ждал случая, чтобы вставить трюк в комедию. ...Ну а за свои роли в «Кавказской пленнице» актеры получили всего... 200 рублей гонорара и еще 100 премиальных. Крылатые фразы из фильма: - Жить, как говорится, хорошо! А хорошо жить еще лучше! - Птичку жалко! - Студентка, спортсменка, комсомолка и просто красавица! - Кергуду! Бамбарбия! - Будь проклят тот день, когда я сел за баранку этого пылесоса! - В моем доме попрошу не выражаться! - Или я ее веду в загс, или она ведет меня к прокурору. - Белая горячка! - Белый, белый, совсем горячий! - Мементо мори! - Моментально... - В море! - Короче, Склифосовский! - Мы пришли, чтобы судить тебя по закону гор! - В морге тебя переоденут! - Да здравствует советский суд - самый гуманный суд в мире!