Земля, отданная кротам

Такие места встречали мы всюду в Орловской и Липецкой областях.

В середине мая, когда цвела черемуха, мы ехали по просёлкам чернозёмной равнины в Орловской и Липецкой областях. И увидели нечто невероятное. Луга и лесные поляны были покрыты немалых размеров рыхлыми кочками. Местами они тысячами (тысячами!) темнели над ростками молодой зелени, находясь друг от друга на расстоянии шага, а временами и меньше. В жизни я много чего повидал, но подобный пейзаж озадачивал.

Останавливаясь, мы разглядывали эту коросту на чернозёме, мяли рыхлую землю в ладонях. Это были кротовые «терриконы». Их знают все. Но тут мы видели нечто почти фантастическое. Часть кочек была пронизана травинками, и было ясно: сооружения прошлогодние. В них поселились уже мелкие муравьи, и раза два мы видели черного дятла желну, забывшего о лесных короедах и промышлявшего тут муравьиные яйца. Но часть выбросов чернозёма была свежей - возможно, вчерашней или даже сегодняшней.

Спросили местного старика: «Что за напасть?» «Кроты! - равнодушно ответил старик. - Бросили землю, вот они и орудуют». - «Но, может, работали слепыши?» (Есть еще один землекоп покрупнее крота.) Старик пожал плечами: «Да нет, скорее всего, кроты. Слепыши так густо не водятся».

В другом месте поговорили о том же с селянами. Ответ одинаков: «Кроты!»

Вернувшись в Москву, я выписал на бумажку всё, что знал о кротах и что разыскал в книжках.

Животное это не редкое. В начале века во время моды на шапочки и манто из кротового меха «один охотник в Швейцарии за 18 дней поймал 4000 зверьков». Если бы мода оказалась устойчивой, кротам пришлось бы несладко - сколько их шубок надо для шубы на модницу! Но серые бархатистые шкурки непрочные, и в этом было спасенье кротов.

Жизнь крота таинственна и мало доступна для наблюдений, но следы её видели многие. В садах, на лугах, лесных прогалинах и в речных поймах часто встречаются кучи рыхлой земли. Это проходчик-крот вытолкнул её из прорытых тоннелей.

Редко, но удаётся увидеть и самого землекопа. Зверь невелик - умещается на ладони. И сразу видно: приспособлен исключительно для жизни подземной. Две громадные передние лапы-лопаты - главная примечательность землекопа. Представьте мысленно по бокам легкового автомобиля два ковша экскаватора - это и будет крот. Впечатляет также и нос, весьма чувствительный к запахам, но предназначенный также для грубой работы, носом крот землю буравит, лапами гребёт и толкает назад. Скорость проходки - тридцать сантиметров в минуту. (По готовому тоннелю крот пробегает в минуту шестьдесят метров.)

Глаза и уши на первый взгляд у этого существа отсутствуют. Но они есть. Глаза величиною с маковое зерно спрятаны в шерстке, и это важно для землекопа. Но при необходимости глазное яблоко выдвигается, и кое-что крот может видеть. Глаза помогают ему, выходящему изредка на поверхность, различить гнездо птицы и похитить из него птенцов, поймать полёвку, ящерицу, лягушку. Правда, во время охоты этот малоразбочивый мясоед полагается больше на слух, обоняние, осязанье. Уши у него закрываются складками кожи и тоже спрятаны в шерстке во избежание засоренья землей. Сама шерстка ложится в любую сторону одинаково, и крот под землей успешно использует «задний ход». Есть у крота хвостик. Во время движенья он касается верха тоннеля, сигнализирует: над головою надёжная кровля.

Появление на поверхности земли - эпизод в жизни крота. Его стихия - подземные передвиженья. Однако это отнюдь не бродяга. Облюбовав подходящее место для жизни (предпочтительна рыхлая плодородная почва), крот хорошо его оборудует. Центром коммуникаций является резиденция - камера, где крот отдыхает и спит. (На поверхности это место выдаёт обычно особо большая куча земли.) Вокруг резиденции идет галерея ходов, куда крот при опасности может юркнуть из тёплой постели. С охотничьими угодьями резиденция связана магистральным тоннелем длиною в сорок - пятьдесят метров.

Охота крота - неустанное продвиженье подземною целиной. Это тяжкий физический труд - при нём питание должно быть добротным. Таковым оно и является. Крот не признаёт ничего, кроме мяса, и съедает его каждый день много - столько, сколько весит сам. Поглощает он всё, что встречает во время проходки тоннелей, - личинок жуков, медведок, но главным образом дождевых червяков. Ест он их с предварительной обработкой - хватает зубами и протягивает через когтистый гребень передней лапой. Таким образом он выдавливает из червя землю, как из тюбика пасту, одновременно очищая и поверхность добычи.

Охота идёт днём и ночью. Двадцать четыре часа суток делятся у крота лишь на время охоты и время отдыха. Есть он должен через каждые четыре часа. Двенадцать часов без пищи - предел, означающий смерть. По этой причине в спячку кроты не впадают. Однако возможности зимней охоты снижаются. И потому с наступлением холодов кроты усиленно запасаются провиантом. В чуланах вокруг резиденции у них повсюду склады по десять-двенадцать дождевых червяков. Чтобы добыча не расползалась, кроты её уродуют, оставляя, однако, живой. Запасы корма внушительны. Известен случай, когда в чуланах крота обнаружено было 1280 червей - более двух килограммов!

Все замечали, наверное: на сухих безводных местах кроты не селятся. Объясняется это тем, что крот не только много ест, но также много и жадно пьёт. Один из тоннелей его лабиринта непременно ведет к реке, пруду, хотя бы к луже. Если таковых поблизости нет, крот роет глубокие вертикальные шахты-колодцы. Наводнение? Да, вода частенько заливает тоннели. Но крот - хороший пловец. В своём залитом водой «метро» он хорошо ориентируется и выплывает наверх, нередко держа в зубах маленького кротёнка. Вода - помеха. Но гибнут кроты главным образом в годы засушливые.

Крот - существо «неуживчивое, сварливое, вздорное, кровожадное». Друзей у него нет. Живёт отшельником и никого не терпит в своих владеньях. Противника, посягнувшего на его собственность, встречает боем. В подобных встречах побеждает сильнейший. Но дома стены помогают - бывает, и более слабый одолеет пришельца...

Без ласк, свойственных многим животным, кроты образуют брачный семейный союз и производят на свет четыре-пять совершенно беспомощных, голых, слепых кротят величиной с боб. Кротиха нежна с малышами. Кормит их молоком. Папа-крот тоже в эти недели мягчеет характером - носит в детскую червяков.

Врагов в природе у кротов много. Добычливые ловцы - ласки, горностаи, хорьки, - поймав крота, есть его брезгуют. А лисы, куницы, ежи, сарычи, совы, аисты и вороны едят с удовольствием.

Времена, когда всех животных люди делили на полезных и вредных, прошли. Крот, досаждающий луговодам и садоводам, в числе полезных не значится. Но сегодня известна и польза крота: уничтожает медведок, личинок майских хрущей, слизняков. Всё же роль положительного героя в человеческом взгляде на мир животных кроту не отводится. Но жизнь интересна во всех проявленьях. И потому стоишь зачарованный, глядя, как на глазах у тебя из луговой тверди вдруг вырастает ворох рыхлой земли - это крот гонит и гонит своё «метро».

На лугах и полянах в лесу кротам беспредельно не давала плодиться косьба - кротовины срезались. Но вот перед нами результат запустенья земли - луга не косятся, никакого ухода за ними нет, и пошла цепная реакция размноженья кротов. Червей в чернозёмах везде довольно, и кроты, что называется, распоясались. Однако никто кротов не клянёт, дивятся только на их плодовитость. Раньше земли даже на межах окашивали. Сейчас всё брошено. Нет скота - не нужно и сено. Вот природа и даёт волю кротам плодиться. Воистину пустоты природа не терпит.