Сегодня 12 Февраля
Погода +4°C
«Моджахед» и «шурави» объясняются в любви. Окончание
Наш корреспондент Дарья Асламова побывала в Афганистане, где царит ностальгия по советским временам
Если вам понравилась эта статья:
Начало в номере за 22 ноября
В гостях у наркодилеров
...Входит хозяин дома по имени Мирвайс (имя изменено), молодой мужчина с хитрым лицом и быстрыми глазами, жмет мне руку и садится на ковер, поджав под себя маленькие красивые босые ступни. «Спрашивайте!» - весело говорит он. «Как идет ваш бизнес?» - задаю я нейтральный вопрос. «Трудно, - отвечает Мирвайс. - Я, видите ли, мелкий дилер. Сейчас весь бизнес наркотиков подмяли под себя американцы. Им не нужны мелкие торговцы, и они нас выжимают, хотят стать монополистами. Так что нам приходится вступать в переговоры с крупными и опасными людьми». У меня брови ползут вверх от удивления: «Вы хотите сказать, что НАТО участвует в наркобизнесе?» «Да нам не важно, как они себя называют, - нетерпеливо говорит Мирвайс. - Это американцы. Среди них есть и военные, и официальные лица, и просто частные дельцы. Это большое дело. Если вы сунетесь в горный Бадахшан, через который по тайным тропам героин идет в Таджикистан, вас просто убьют - и убьют, скорее всего, не местные люди, а американцы, которые охраняют в горах этот бизнес. На рынке героина всегда должен править кто-то сильный, и это правильно. Во времена талибов бизнес на севере контролировали чеченцы и узбеки, а на юге - пакистанцы и арабы. А сейчас американцы. Неужели вас не удивляет, что за последние пять лет, когда иностранная армия пришла в Афганистан, наркоторговля увеличилась вдвое? Делайте выводы!» «Если б афганская полиция или армия НАТО хотели уничтожить посевы мака, они бы сделали это за два дня! - вступает в разговор еще один наркодилер, Ажмал (имя изменено). - Достаточно в нужный момент опылить мак пестицидами. Да мало ли способов! Вся война в Афганистане началась из-за наркотиков. Американцам был нужен Ирак из-за нефти, а Афганистан - из-за героина. А талибы - это просто удобный предлог».
«А вы сами когда-нибудь пробовали героин?» - спрашиваю я Мирвайса. «Ну что вы! Эту гадость? Да ни в жизнь. Я боюсь зависимости от героина. Слишком много видел наркоманов».
Страх перед наркозависимостью не мешает Мирвайсу продавать героин по 2800 долларов за килограмм. В Таджикистане героин стоит уже 5000, в Москве - от 40 тысяч долларов, а в Европе - 100 - 120 тысяч долларов. Еще пару лет такой работы - и в доме у Мирвайса даже туалеты будут отделаны лепниной и золотом.
В конце беседы в залу врывается дедушка, старый моджахед. «Здравствуйте! - по-русски кричит дедушка и бросается жать мне руки. - Чаю хочешь? - спрашивает он, хотя я уже выпила три чайника. - А сахар? Спать у нас, кушать у нас, гостем будешь». Дедушку распирает от счастья (еще бы, «шурави» в доме), и я с трудом вырываюсь из его цепких объятий. «Жена или девочка?» - спрашивает он, что значит: замужем или не замужем? «Жена», - отвечаю я, и старый моджахед на минутку расстраивается. Тут все начинают вспоминать, что у них в Кундузе есть свой местный «шурави» - бывший советский военнопленный, принявший ислам, по имени Никмахмад.
|
Бывший Гена и злая афганская жена
С Геной из Донбасса, пардон, с Никмахмадом мы встретились в центре Кундуза, и я не сразу его признала, тщетно пытаясь найти славянские черты в этом бородатом мужике. «Да это я, я! - радостно кричит он. - Пойдем ко мне домой, с семьей познакомлю».
В убогой глиняной мазанке Гена накрывает щедрый стол, или, точнее, ковер (мы все сидим на полу на подушках), шашлыками, лепешками и достает заветную бутылочку с остатками водки. «Ну, по рюмочке! - Мы чокаемся за знакомство, и Гена вздыхает: - Здесь и выпить-то не с кем!»
Гена знакомит меня с женой по имени Бибихаво (что значит Ева) и четырьмя прелестными детьми. Жена - полная цветущая женщина (чем-то напоминает хохлушку) в своем лучшем блестящем наряде (переоделась для гостей) и с целым килограммом золота на шее, пальцах и в ушах. «Это здесь традиция такая, чтоб муж золото дарил, - объясняет Гена. - Пришлось раскошелиться!» Бибихаво придирчиво спрашивает у моего переводчика Сами, кивая на меня: «А чего у нее волосы короткие? Как у мужчины». «Ну, мода у них такая», - застенчиво объясняет Сами.
«Как я попал в Афганистан? Да как все, - рассказывает Гена. - В 1983-м меня, восемнадцатилетнего, забрали в армию. Я тут видел фильм «9 рота», чуть не заплакал, все там правда. Только нас никто не спрашивал, как в фильме, хотим мы в Афганистан али нет. Отправили сначала в Узбекистан, а после трех месяцев и 20 дней подготовки - в Кабул. Видишь, я хромаю? У меня одна нога короче другой на несколько сантиметров. Это память о Советской армии - мне шпалу на ногу уронили и пальцы перебили. Провалялся в госпитале больше месяца, воспаление вверх пошло. Еле починили меня, только нога все усыхает с каждым годом. После госпиталя меня отправили на север и поставили охранять мост в одном местечке - где-то между Тахором и Кундузом. Я каждую ночь слышал, как в пять утра кричит мулла, и думал: кто ж так кричит? Может, убивают кого, а человек свободы просит. В общем, однажды не выдержал и пошел тайком посмотреть. Так меня и взяли моджахеды. Направили на меня автомат и говорят: «Бача (парень), ислам или паф-паф?» Я думаю: ну, паф-паф всегда успеется, да и рано мне помирать. Уж лучше тогда ислам. Меня бросили в какой-то сарай, потом принесли чай, сахар и лепешки. Я поел, чтоб голодным не помирать. Так и остался с ними жить. Шесть месяцев они меня учили исламу, как молиться и все такое, а потом меня взял к себе водителем полевой командир Амир. Хороший был мужик, не обижал».
|
«А разве тебя наши не искали?» - «Конечно, искали. Ходили по разным кишлакам и деньги предлагали за информацию и помощь. Мне об этом потом моджахеды рассказали. Только меня охраняли строго. И еще я боялся: вот найдут меня наши, что они со мной сделают? Меня за самоволку сразу под трибунал и пятнадцать лет тюрьмы. И еще спросят строго: почему остался в живых? Нас в армии ведь как учили: советский солдат живым не сдается, последний патрон для себя. А я живой, значит, предатель.
Одним словом, прижился я. Прошло шесть лет, и старейшины решили меня женить. А я чего? Я не возражал, раз уж так жизнь складывается. Я к тому времени даже на калым (выкуп) невесты сумел 2000 долларов заработать». - «А ты до свадьбы жену видел?» «Нет, конечно. Только в первую ночь и разглядел. Ей тогда четырнадцать лет было. Сидит такая испуганная, как зверек, совсем дикая. Она ведь даже в школу не ходила, ни читать, ни писать не умела. Я попытался ее обнять, а она как врежет мне ногой - да прямо по мужскому достоинству. Я ей говорю: «Да иди ж ты отсюда, дурная какая!» Ну, потом привыкла она ко мне, а в 15 лет уже девочку мне родила. Только первая дочка долго не прожила, заболела воспалением легких. А сейчас посмотри, какие у меня дети славные выросли. Ну, давай еще по рюмочке, по последней!»
Из плена Гену пытались вытащить несколько раз. Первую попытку предпринял Красный Крест. В 1991 году на таджикскую границу привезли отца Гены. «Меня тогда вызвал мой полевой командир Амир и говорит: «Разрешаю тебе повидаться с отцом, но только повидаться. С тобой поедут семь моих телохранителей. Если попробуешь сбежать, им дан приказ живым тебя не отпускать». В нужный день мы все съехались к реке на границе, отца с охраной на машине доставили русские пограничники. Что сказать? Обнялись и заплакали. Отец не сказал мне тогда, что мать умерла, не дождалась. Все плакали: пограничники рыдали, люди, которые привезли отца, заливались слезами». Голос у Гены дрожит. «Пограничники мне говорят: «Гена, беги, мы тебя прикроем. Давай, пока мы здесь, переходи границу, и ты на свободе». А я помнил: Амир сказал, что пристрелят меня. Я отцу говорю: «Ты не переживай, я завтра приду». И... не пришел». Гена вздыхает. «Отец меня тогда три дня на границе ждал, не дождался, уехал. Это был последний раз, когда я его видел. Сейчас его уже нет на свете. Остался у меня только брат, ждет меня дома, в Донбассе».
После Красного Креста Гену тщетно пытались вывезти на родину сначала украинское, потом русское посольства. «А все моя дура уперлась, - говорит Гена про жену. - Нам уже билеты купили, привезли в Кабул, поселили нас в гостинице. На Украине правительство квартиру выделило, журналисты с цветами у трапа ждали, президент был в курсе, брат кабанчика зарезал. И тут моя жена в гостинице разболталась с каким-то официантом, а тот ей брякнул: «Мужа твоего там убьют, а тебя замуж за кого-нибудь выдадут». И все. Уперлась, как баран: «Не поеду!» А когда русские приехали сюда за мной, так она даже полицию вызвала. Мол, муж хочет уйти к неверным. Меня избили, связали - и в участок».
|
Пока мы с Геной беседуем, жинка его Бибихаво допрашивает моего переводчика и водителя. «Эта женщина приехала увезти моего мужа?» - грозно спрашивает она. «Ну что вы! Нет!» - смущенно уверяет ее мой переводчик Сами. «Муж мой сутенер, сволочь и алкоголик, - доходчиво объясняет ему Биби. - Я сейчас возьму бутылку водки и разобью об его голову! А если он посмеет уехать, мои братья его и там найдут и горло ему перережут. Не, нам туда ехать нельзя! Там одни неверные живут. Если мы к нему уедем, сами станем неверными». И переводчику, и водителю - красивым, свежим парням - чуть больше двадцати. Они с ужасом смотрят на грозную Биби, и в глазах у них один вопрос: неужто все жены такие? (А я подумала, что освобождать женщину Востока - дело не только опасное, но и бесполезное. Недавно в афганском парламенте горластые и шумные депутатши устроили скандал. «Спикер, а, спикер! - закричали они с места. - Нас тут во Францию посылают на стажировку в парламент. Велели фотографии принести. Мы им приносим, а они говорят: «Ничего ж не видно! Вы хоть ушки откройте!» Сегодня они просят ушки показать, а завтра что? А? Мы приличные женщины, не какие-нибудь там!»)
«Рожденные в СССР»
Когда Гена совсем раскис от водки, его охватила ностальгия. «Представляешь, 23 года борща не ел!» «Да плюнь ты на все, Гена! - говорю я ему. - Съезди хоть в гости на родину». «Не, а детей как оставить! Давай я лучше завтра смотаюсь к таджикской границе за водкой. Посидим по-человечески!» Я смотрю на матерую Бибихаво и думаю, что завтрашняя пьянка может стать последней в моей жизни.
«А как же ты, Гена, при талибах выжил?» «А что талибы? Они шурави уважали, и не только меня, а других ребят. Тут на севере несколько человек из наших в ту пору проживало. Талибы им жен нашли, денег на свадьбу дали. Они очень ценили бывших советских за религиозность, за порядочность».
Когда я уходила, Гена мне сказал: «Ну, если встретишь Путина, передай привет». «Хорошо, Ген, если встречу, передам. А чем он тебе так глянулся?» - «У него, знаешь, все так прямо, без загогулин».
Я оставила Гену в светлых мечтах, что «вот в следующем месяце и уж никак не позже, чем через полгода, смотаюсь к брату, а он кабанчика зарежет...» Гена - трогательный осколок советской империи, и сколько их, таких осколков, в Афганистане! Людей, для которых еще что-то значат слова «коммунизм» и «интернационализм». Бывших студентов советских вузов. Бывших наших врагов и друзей.
Я помню, как начальник уголовного розыска Баглана, золотой мужик по имени Акрам, показывал мне в горах «советскую школу милиции». Он прицелился в камень в 50 метрах из нового «смит-вессона» и попал. Потом прицелился еще раз и попал в ту же точку. «Так уже не учат», - вздохнул Акрам. Советская империя проводила гениальную политику в бедных странах, приглашая иностранных студентов забесплатно получить образование. Расчет был простой: первый стакан водки, первую девочку, первую драку и первую дружбу не предают. Те, кто жил в советских общагах, навсегда останутся друзьями непонятной страны под названием СССР.
Ответ на вопрос: «Почему нас, бывших врагов, все еще любят в Афганистане?» - я получила от обычного человека по имени Ахмад в гостевом домике в городке Пули-Хумри. Человек уходящего поколения, еще немного говоривший по-русски, но уже худо-бедно объяснявшийся по-английски, объяснил мне просто: «Вы храбро дрались, вы нас убивали, а потом вы садились с нами за один стол и пили водку. Вы никогда нами не брезговали. Когда я подхожу к американцу здесь, в Афганистане, он первым делом наставляет на меня автомат. Он меня и боится, и презирает. Он никогда не выпьет со мной и не разделит со мной хлеб. Потому что я для него низшее существо. А русский был братом. Даже когда убивал».
Слушая эти странные, горькие и радостные слова из прошлого века, я вспоминала строки из песни группы ДДТ «Рожденный в СССР»: «Ты вчера был хозяин империи, а теперь сирота».
Поделитесь с друзьями:
Выслать по почте
Версия для печатиПоказать код
Восточные люди чувствуют вернее, тоньше, чем другие. и не глупее они. Надо нам конфедерацию во всём регионе организовать.
Хороший материал.Только жаль тех парней которые остались там по не воле... Их дальнейшая судьба?... Хотя пытались их вывезти.Как им живется, их дети, асимиляция?...
Мусульмане - они очень разные... Утверждать, что мусульмане не пьют, это то же самое, что утверждать, что все русские поголовно алкаши. Некоторые знакомые мусульмане пьют так, как я не умею.
Странный Гена. Мусульмане не пьют.
А не лапша ли это....
Побольше бы таких правдивых материалов.
Читаю вот я сеяльщиков "умного, доброго и вечного" и поклонников всего американского в "сообществе неравнодушных" на mail.ru
так они готовы Россию взорвать изнутри. Тоже им так хочется расцвета
Афганцы наши братья,нам проще договориться с афганцем , чем с англосаксом.
Считаю ,что РФ должна вернуться в Афганистан,нас там ждут
Посмотрите как мы на них похожи....
Ефим, вы меня поражаете.
То ли вы так наивны, то ли вы слишком молоды.
Отличная статья! Среди гор мусора отечественных сми наконец-то стало выходить что-то действительно толковое и стоящее. Спасибо.
1984-86 гг.ОКСВА - Джелалабад-Кабул-26 месяцев.И страшно и весело.Там я стал мужчиной .Меньше всего интересовала политика партии,это было гдето далеко ,а здесь ,духи,духовщина,свой и по имени ,друзья,стрельба,тиф,лихорадка,служба,прапорщица,спирт,чарс,пайса...Молодость,золотое времечко было,если отбросить страшненькое...За земляка обидно,мог бы и спросить у дедов ,кто там кричит рано утром ,чтобы не было головняков у мамы с папой,командира и друзей.Продолжай Даша в том же духе,на умников не обращай внимания.Комментарии "маменькиных сыночков"не читаю,хотя всех мам люблю,особенно исполняющих свой долг до конца.С уважением.
Ребята ездили в Афган в феврале и отзывы были такие же, нас помнят и уважают!
Где-то читал недавно похожую статью. Что-то наших журналистов пробило на настольгию.
А о проститутках писать лучше получалось. В этой статейке одни сопли, охи и вздохи по ушедшему времени.
С большим удовольствием читаю Ваши статьи в КП, не со всем, конечно, согласен, но все равно многое очень "цепляет". осле прочтения таких статей с любовью предаюсь администрированию своего секс форума.
Желаю всего хорошего!!!
"И поступком своим ты всех друзей своих предал, кто пулю моджахедскую принял но не испугался..." Вот так-то БЫВШИЙ Гена из Донбасса
ну и чё нового она сообщила? всё это уже давно пережевано.у людей всегда ностальгия по себе молодому.
Очень живая и интересная статья. Редкость по нынешним временам. Вот что значит талантливыж журналист. Спасибо, Дарья.
Большой Респект Дарье из Кандагара! Все правда,ни слова ни придуманно.Сам сейчас в Афгане,"духи" до сих пор на базаре по русски с тобой говорят и амеров не любят.
Когда меня спрашивали - откуда ты? Я затыкалась. В последнее время, со мной что то случилось, я отвечаю - из бывшего Советского Союза.Я не хочу кривить душой, и чего то стесняться. А научили меня этому китайцы, многие гордо говорят - мы коммунисты.Дарья, статья хорошая.
Молодец, Даша. Отличная статья, так держать!
Молодец, Дарья, пиши еще. Всегда с удовольствием читаю твои статьи.
Хорошот сказал