Главный редактор радиостанции «Эхо Москвы» Алексей ВЕНЕДИКТОВ: «Надо как-то уводить мир от лобового столкновения»

Алексей Венедиктов готов к любому повороту в мировой политике. И на всякий случай запасся майками с именами обоих кандидатов в президенты США.

- «Эхо Москвы» исполнилось 18 лет. Призывной возраст. Вот как раз и война...

- Август - вообще черный месяц. Помню, первый наш день рождения мы справляли в 1991 году, 22 августа. Путч уже побежден. Я сижу в эфире, а за стенкой народ веселился. Поскольку у нас в эфире пить нельзя, то каждый раз, когда поднимался тост за день рождения, мне приносили и ставили на пульт рюмочку. 17 рюмочек получилось. Я был совершенно озверевший! Они там гуляют, а я сижу в эфире! Другой август - «Курск». Тяжелейшая история. Мы отменили празднование, когда погибли моряки. Или августовский дефолт...

В общем, когда выпадают спокойные августы, становится как-то худо. Потому что это значит, будет неспокойный сентябрь...

- Как вы отнеслись к войне с Грузией?

- Видимо, с возрастом меня особенно убивают жертвы среди мирного населения. Дети, женщины, старики. Слушайте, в зоне конфликта 110 тысяч беженцев - людей, потерявших жилье. Поставьте себя на это место! Я скажу цинично: дело военных - воевать с оружием. Они защищают свою страну и себя с оружием в руках. Но истреблять мирное население - это чудовищно. Когда я видел обстрел Цхинвала, я думал: до чего надо дожить, чтобы в двадцать первом веке бить по своему городу? Ну да, он мятежный. Это мятежная провинция. Но ты же бьешь не по военной базе. Установки залпового огня - это же не точечное оружие. Оно бьет по площадям.

- Что-то это напоминает взятие Грозного...

- А я отвечу! В свое время я точно так же относился к тому, что мой российский президент Борис Ельцин делал с Грозным... Почему я не должен критиковать чужого президента за то же самое? Это война с мирными жителями! И когда я это все видел, у меня было первое ощущение: опять!

- Вас больше удивило 8-е (начало наступления грузин на Цхинвал. - В. В.) или 11-е (российские войска занимают Поти, Гори, Зугдиди. - В. В.)?

- Конечно, 8 августа. Я совершенно не думал, что Саакашвили пойдет на такую авантюру. Более того, Саакашвили в 2006 году дал мне интервью со словами, что никогда я не пойду на это. Что никогда кровь не прольется на Кавказе. И мне казалось тогда, что он был вполне искренен... А когда в Цхинвал пошли российские танки, я удивился: а почему они не пошли раньше?

У меня вопрос, конечно, к Верховному главнокомандующему: мы что, не знали? И тогда, простите, что делает разведка?

Да если бы мы ввели войска еще до нападения, нас бы обвинили, конечно, в том, что мы агрессоры. Но люди остались бы живы...

Меня разбудили в 23.46. В 23.45 все это дело началось. Я услышал про «Град», про «Ураган» понял, что все, Южная Осетия надолго ушла из Грузии. И здесь ничего не сделаешь.

- Не стоило российским войскам остановиться после освобождения Южной Осетии?

- Я давно изучаю историю конфликтов. У них есть военная часть (подавить огневые точки, разбомбить аэродромы). И политическая часть, потому что любая война заканчивается миром. Думаю, 11 - 12-го числа военные были сильнее дипломатов. Военная целесообразность взяла верх над политическими последствиями. И мы втянулись в эту логику вплоть до признания, что называется. Мы будем жить в этих последствиях, думаю, и наши дети.

Я разговаривал с офицерами Генштаба. Они мыслят своими категориями. Они рисуют схему - самолет противника взлетит отсюда, отбомбится и уйдет туда, а мы не можем остановить на подлете. Но, кроме военной логики, есть политическая. И даже во время войны политическое руководство должно командовать военными, а никак не наоборот.

- А получилось наоборот?

- Был, конечно, азарт у военных... Но холодный анализ показывает, что Россия не могла поступить иначе. Никак! Вы не можете начертить никакой иной логики для российского руководства.

На территории Южной Осетии грузинские деревни. Оттуда велся обстрел. Там скрывались танкисты, например. Военным что делать? Не политикам, а военным! Их задача - обеспечить безопасность. Тогда выкуривать! Заодно с мирным населением! Военные журналисты, которые приезжают оттуда, говорят: «Леша, ты себе здесь, в Москве, не представляешь - невозможно было остановиться! Остановился - тут же обстреляли из-за соседнего холма...»

Кстати, очень мало говорится о том, что части Российской армии защищали грузин от мародеров. И у меня есть масса свидетельств иностранных коллег-журналистов: именно Российская армия не впускала в грузинские села мародеров. Они ведь всегда идут за армией...

Теперь остается вопрос: как мы будем дальше с Грузией?

- Уже, думаю, никак, по-моему?

- Так не бывает. Когда Дмитрий Анатольевич Медведев сказал: грузины и осетины не могут жить в одном государстве, я хотел бы его спросить: а немцы и евреи после второй мировой войны могут жить в одном государстве? Живут же в ФРГ. Время проходит. Извинятся. Покаются. Каждый за свое. И через 20 лет мы будем посмеиваться над тем, что мы сегодня здесь рассуждаем...

Кстати, «Эхо Москвы» тоже понесло от грузин ущерб. Саакашвили отключил нас в Тбилиси.

- За что?

- За Лаврова. Когда я договорился с министром иностранных дел об интервью, Лавров еще пошутил: отключат, не успею сказать. Но оно прошло и было растиражировано затем западными каналами. И нас отключили.

- Сейчас многие тревожно ждут реакции Запада - гадают, будет ли новая «холодная война»...

- Я не думаю. Проблема в вооруженных силах, которые находятся за территорией Осетии и территорией Абхазии, в самой Грузии. Вот это главная проблема наших отношений с американцами и европейцами. Не политическая, а военная. Потому что вы знаете, что, например, наш крейсер «Москва» пошел сейчас в Сухум, а «Макфол» и «Даллас» идут в Батуми. Как-то слишком близко. Ребята, может, не надо? Проскочит между ними какой-то ракетный катер, пойдет какая-нибудь ракета. Вот не надо этого!

А признание... Вряд ли будут какие-то санкции. Я почитал как-то стенограммы разговора Кеннеди и Хрущева во время берлинского кризиса, когда танки с двух сторон стояли с урчащими моторами. И Кеннеди и Хрущев встретились. И они договорились! Хотя разговаривали, как один с Марса, а другой с Венеры - на разных языках. Люди с разной культурой, с разным пониманием. Я хотел бы, чтобы и наши, и американские правители это прочитали сейчас. Надо как-то уводить мир от лобового столкновения.