Уникальная коллекция: «Великие художники». Суриков
Рафаэль Айвазовский Леонардо да Винчи Моне Куинджи Боттичелли Рубенс Гоген Шишкин Веласкес Серов Караваджо Крамской Ренуар Левитан Рембрандт Перов Ван Гог Тициан Репин Сезанн Саврасов Брюллов Гойя Дега Суриков Мане Кустодиев Рерих Васнецов
Дорогие читатели!
Пропущенный том еще не потерян!
Если вы не успели купить один или несколько томов, вы можете приобрести любой из вышедших альбомов в нашем фирменном магазине по адресу:
Москва, Старый Петровско-Разумовский проезд, д. 1/23.
Пн. - пт.: с 10.00 до 20.00;
сб.: с 10.00 до 18.00.
Без перерыва на обед.
Проезд: ст. м. «Динамо», далее автобусом № 84 или маршрутным такси № 384 до остановки «Фабрика «Вымпел».
Узнать о наличии книг в нашем фирменном магазине и получить дополнительную информацию о коллекциях можно, позвонив по телефону (495) 777-02-84 (автоинформатор) или задав вопрос нашему сотруднику по телефону (495) 637-64-57.
Дмитрий СМИРНОВ, специальный корреспондент «КП» рассказывает о своем любимом художнике - Василии Сурикове: Ермак с кистью
- Наверняка среди русских художников были мастера более талантливые, более умелые, более народные, но круче Василия Сурикова характером не было никого. Потомственный казак и потомственный сибиряк, он прожил жизнь, как жили герои его картин. Суворов, стремительным спуском завершающий переход через Альпы. Ермак, покоряющий Сибирь. Боярыня Морозова, двумя перстами и огненным взглядом останавливающая толпу. Лихой мужик, одним махом на коне берущий неприступный снежный городок. Все это один человек - Василий Суриков.
Уже в пять лет он рисовал так, что взрослые поражались. Совсем ребенком к Пасхе расписывал яйца: платили три рубля за сотню. В десять лет написал икону: ее освятили и продали купцу. Но когда Сурикову было 11 лет, от чахотки умер его отец, у семьи просто не было денег, чтобы учить Васю рисованию. Конец мечте? Ни за что! Желание Сурикова стать художником было настолько огромно, что он собирался пешком идти из Красноярска в Питер, чтобы поступить в Академию художеств. Талант же его был так очевиден, что красноярский губернатор лично искал ему спонсора. И нашел - местного золотопромышленника, который выделил деньги на обучение.
С рыбным обозом Суриков три месяца ехал до Нижнего Новгорода, преодолев, как сам вспоминал, сидя на осетре, четыре с половиной тысячи километров. Куда там Ломоносову!
Однако когда добравшийся до Питера Вася пришел сдавать экзамены, злой инспектор Шренцер, посмотрев работы сибирского самородка, рявкнул:
- Да за такие рисунки вам надо запретить даже ходить мимо академии.
Мечта снова рухнула, но и на этот раз плакать Суриков не стал. Прозанимавшись полгода в рисовальной школе, осенью он с блеском поступил в желанную академию. За пять лет учебы он получил за свои работы четыре серебряные медали, одну малую золотую и одну большую золотую. За последнюю, престижнее которой не было ничего, полагалась премия - денежная субсидия на поездку за границу. Но как раз в это время проворовавшийся казначей академии скрылся с казенными деньгами. Казначея изловили и сослали в Сибирь, но Сурикову так ничего и не досталось.
- И слава богу, - радовался потом он. - У меня же была идея начать Клеопатру писать. А так я волей-неволей вернулся к родным мотивам.
Суриков выбирает своим жанром отечественную историю и пишет знаменитые «Утро стрелецкой казни», «Боярыню Морозову», «Покорение Сибири Ермаком». XX век он встречает настоящей звездой русского изобразительного искусства.
Однажды к нему в мастерскую заглянул московский генерал-губернатор Сергей Александрович, человек грубый и неприятный, и захотел купить один из этюдов к «Боярыне Морозовой».
- Сколько стоит? - спросил великий князь.
- Десять тысяч! - ответил откровенно недолюбливавший губернатора Суриков.
- Сколько?! У меня и денег таких нет!
Сумма и правда была безумная. Павел Третьяков, основатель Третьяковской галереи, заплатил Сурикову за «Утро стрелецкой казни» 8000 рублей. А Шишкину за его «Утро в сосновом лесу» - 4000 рублей.
- Копите, ваше высочество, копите, - пожал плечами Суриков. Больше губернатор его не беспокоил.
Суриков дружил с Львом Толстым. Жена художника умирала от чахотки, Толстой приходил каждый день и расспрашивал, что она чувствует. Оказалось, что он делает это не из милосердия, а чтобы вставить в очередной роман. Суриков спустил Толстого с лестницы:
- Пошел вон, злой старик!
Как писал, так и жил. Или скорее, как жил, так и писал.