Новости 24

416

Доктор медицинских наук Анатолий Трошин: Даже в реанимации могут убить человека, чтобы взять его органы и клетки

Врач-трансплантолог рассказал «КП» о том, как нашу медицину захватывает криминал

«Комсомолка» ведет журналистское расследование о стволовых клетках. В прошлых номерах (см. «КП» от 29.04 и 6.05) мы рассказывали о том, как в одном крупном медицинском центре учат врачей изымать стволовые клетки из эмбрионов для продажи, опубликовали признание журналиста, который поработал в морге и убедился, что органы умерших служат предметом купли-продажи. Сегодня мы предоставили слово доктору медицинских наук Анатолию Трошину, который поведал нам, что был свидетелем того, как науку отдают на растерзание криминалу. Как работает преступная схема

- Анна, вот вы пишете в своем расследовании, что женщин уговаривают делать аборты на поздних сроках ради получения эмбрионов, которых затем разделывают на органы для забора стволовых клеток в коммерческих целях. Я читал отклики на ваши статьи на сайте «КП». Кому-то из несведущих читателей показалось, что это некие ужастики, что такого просто не может быть в реальности! Увы, я знаю еще более шокирующие вещи. Связаны они с трансплантологией, когда у людей забирают органы, которые затем либо продаются, либо из них добываются все те же стволовые клетки, которые идут совсем не на научные разработки, а в коммерцию, - сообщил мне наш читатель врач-трансплантолог Трошин. - Я много лет проработал в трансплантологии. Мне предлагали возглавить сначала Всесоюзный центр по получению органов, я отказался. Затем - всероссийский. На второй раз согласился. Но тут к власти пришел Ельцин. И началось... Деньги, которые были отпущены на центр, пропали. Ничего мы не организовали. Но мне приходилось много заниматься трансплантологией, я организовал первую группу забора органов в Москве, реорганизованную затем в специальную московскую бригаду. Потом мы сделали из нее «Банк органов», который функционирует и сейчас. Мне приходилось доставлять органы со всей страны. И эту проблему сегодня я знаю лучше многих. Я даже докторскую диссертацию на эту тему успел написать. И мне хорошо известно, что в этот бизнес вошел криминал, с которым спорить ученым очень сложно. Я борюсь на свой страх и риск. Считаю, что занимаюсь правым делом.

Расскажу вам о схеме криминального бизнеса в медицине. Она такова: к какому-то крупному начальнику, который занимается трансплантацией, приезжает, условно, какой-нибудь южанин. С кейсом, набитым долларами. Его племянник лежит в клинике, и никак ему почку не пересадят. Южанин выкладывает на стол начальнику кейс и просит помочь. Начальник может попробовать отказаться, но, если этот человек от бандитов, спорить сложно... Начальник вынимает из кейса пачку долларов, скажем, в десять тысяч. Вызывает человека, который отвечает за забор органов, дает ему деньги и говорит: «Чтобы почка была через два-три дня». Приказ есть приказ. Товарищ идет к себе в кабинет. Вызывает молодого врача, который только пришел после учебы. Зарплата у него маленькая. А тут ему дают две тысячи долларов: «Чтобы почка была!» Этот товарищ со своим другом едет в больницу, где работает их однокашник. Спрашивает: «Сколько на аппарате умирающих больных?» - «Четыре». - «С первой группой есть?» - «Есть». - «Вот тебе тысяча долларов, обеспечь донора». - «Все. Будет сделано. Приезжайте ночью».

Они официально на машине «Банка органов» приезжают ночью в эту больницу. К больному, который, может, выжил бы, а может, не выжил бы, потому что он тяжелый, с черепно-мозговой травмой.

Ночь, никого нет. По инструкции после смерти пациента полагается, чтобы были судмедэксперт, представитель администрации. Но попробуйте в два часа ночи всех собрать. Говорят реаниматору, мол, делай, что хочешь, мы все подпишем. Этот безответный реаниматор молоденький отключает дыхательный аппарат, у него в руках появляется прямая лента, что больной перестал дышать. И второй документ: сердце остановилось. Прямая электрокардиограмма. Он говорит этим приехавшим: «Забирайте органы». Вся процедура забора - 15 - 20 минут. Обе почки взяли, законсервировали. Одну почку - заказчику, из второй стволовые клетки можно взять. Реаниматологу гонорар - тысяча долларов. Он доволен. И сами заработали. И понеслись в клинику, где уже ждут эту почку для пересадки племяннику. Такая схема вполне реальна...

Сейчас вышла моя книга, посвященная этой проблеме. Называется она «Цена второй жизни». Там много интересного я рассказал. Сейчас столько пишется всяких глупостей, чепухи, фильмы дурацкие выходят про пересадку органов и клеток. А люди по-прежнему не знают, в чем здесь реальная опасность. А опасность существует - медицину захватывает криминал!

- Если из «Банка органов» могут приехать врачи и криминальным путем забрать у человека органы, то можно предположить, что и из банков стволовых клеток могут приехать в роддома и сделать примерно то же самое с младенцами?! Вы занимались добыванием стволовых клеток?

- Это единая служба. Когда мы забирали органы, к нам приезжали отовсюду. Кому-то нужна роговица, кому-то - глаз, почка, печень, стволовые клетки... И все это централизованно делалось через службу забора органов, которая была в Москве и которую я одно время возглавлял. Стволовые клетки берутся у тех же самых людей, у которых забирают органы. Стараются сделать это попутно, одновременно. Скажем, если попался крепкий донор, от него стараются взять сразу две почки, печень, селезенку, все ткани, которые нужны, из них добудут нужные клетки. А за сколько это все продается и кому - вопрос самый интересный!

Сейчас к этому делу «прилипли» бандиты и авантюристы. В этой сфере крутятся очень большие деньги, вы даже не представляете какие! При докторе Шумакове (сейчас его нет в живых), который занимался стволовыми клетками, была открыта возможность криминалу в это дело влезать.

Нашим чиновникам проще не обращать внимания на проблему - сказать, что ничего подобного нет. Но рано или поздно так может рвануть!

Если сейчас не будут разрабатываться меры защиты населения от криминального забора органов и клеток, то новый зародившийся криминал выльется в более серьезную проблему, чем наркомания, торговля оружием. Это совершенно новый вид криминала, связанный с прогрессом науки.

Необходимо принятие закона, который бы смог урегулировать весь процесс. Например, можно запретить забор органов у умерших, если человек при жизни в завещании не разрешил такие действия; необходимо урегулировать права эмбрионов и новорожденных. В законе нет ни слова: можно ли брать органы и клетки у эмбрионов? А раз вопрос без ответа, тут же в систему внедряются бандиты... Сколько сейчас детей пропадает? Разве их всех воруют только для выкупа? Не задумывались о том, что их на органы разбирают?

Кроме того, есть почти узаконенный бизнес. Скажем, в Москве есть институты, которым Минздрав разрешил проводить научные работы с эмбриональными клетками. Но в реальности дело могут ставить на коммерческую основу. И получать органы и ткани якобы для экспериментов. Но для науки стволовых клеток нужна горстка, а в институте их забор поставлен на поток. В этом бизнесе работают люди умные, изворотливые.

- А вам известны случаи, чтобы прокуратура пыталась что-то расследовать?

Почти каждый патологоанатом встает перед выбором: участвовать ли в криминальном и коррупционном клеточном бизнесе или остаться неподкупным? Фото: PHOTOXPRESS - История в 20-й московской больнице о заборе почек. Кто-то сообщил в прокуратуру об имеющихся нарушениях. Попытались разобраться, но грубо. Прислали омоновцев, они ворвались в реанимацию, за руку почти поймали докторов. Под уголовную статью попали конкретные врачи. Но потом началась кампания в их защиту. Сами же медики организовали демонстрацию больных, которые начали кричать: «Отстаньте от благородных трансплантологов. Они нас спасают». Потом стали осуждать оперативников, которые, такие-сякие, ворвались в больницу, где все в белых халатах. Эта бодяга тянулась очень долго. В итоге врачей отпустили... Битва закончилась вничью.

Понимаете, сама по себе проблема трансплантации органов, забора и применения стволовых клеток ради оздоровления - вещь хорошая, во благо людей. Это прогресс. Но, как любое дело, как ядерная бомба в свое время, эта проблема несет массу отрицательных моментов. Криминал, который сейчас внедряется в эту сферу, - очень опасное явление! Если мы все будем закрывать глаза на эту проблему, нам это аукнется!

ПРИЗНАНИЕ КРИМИНАЛЬНОГО СПОНСОРА

«Я вложил в стволовой бизнес миллион долларов»

«Могу рассказать свою частную историю, - сказал мне один бывший бизнесмен с криминальным прошлым Владимир Б. - Десять лет назад я был очень богат. И на меня вышли врачи, которые проводили эксперименты со стволовыми клетками. Они открыли подпольную лабораторию в Москве. Сейчас там, кажется, крупный медицинский центр, который, вероятно, продолжает заниматься клетками. Я финансировал те эксперименты. Знаю, что доктор Шумаков, которого сейчас уже нет в живых, участвовал в процессе. Мы нашли и привлекли богатых людей, которые хотели бы излечиться и омолодиться стволовыми клетками - последним словом в медицине. Мой партнер, который тоже давал деньги на эти эксперименты, вколол клетки себе - ему обещали, что у него будет потрясающая потенция, он станет половым гигантом. Но... через три года он умер от рака. Виноваты ли в этом стволовые клетки? Вполне возможно. В общей сложности мы вложили в этот пробный бизнес порядка трех миллионов долларов. Знали, что этот бизнес незаконный, но было очевидно, что он очень прибыльный. Вывнашивали идеи вывести его на государственный уровень. Ведь эффект после применения стволовых клеток наблюдался... Но тут на нас наехала очень крупная криминальная структура. Моего партнера Василия Фузеева вывезли за город, пытали, били цепями. Только случайность спасла его от гибели. И мы решили выйти из клеточного бизнеса - лучше остаться без денег, но уцелеть.

Многие ныне живущие звезды «сидят» на стволовых клетках. У кого-то все отлично. Но не исключено, что могут быть необратимые последствия. Примеров смертей тех, кто «сидел» на клетках, - предостаточно».

Почему клиники, где применяют стволовые клетки, не проверяют?

«Проблема, которую вы подняли в своей газете, давняя - сейчас по всей стране применяют стволовые клетки, что не разрешено, - сказал «КП» академик РАМН Владимир Смирнов. - В Америке за расчленение эмбрионов на органы тюрьма бы светила. А у нас нет контроля. Стволовые клетки колют всюду. И больше половины того, что колют, и не клетки вовсе. Я вместе с группой ученых пытался добиться справедливости, когда еще был генпрокурором Устинов. Приходили на прием к Устинову. Мы рассказали, назвали точки, где производили забор или применение стволовых клеток. По стране были проведены масштабные прокурорские проверки. Закрыли 50 точек, где особенно процветал обман под видом применения стволовых клеток. Например, Екатеринбург производил в тридцати точках страны так называемый диплоидный фибробласт для косметических и лечебных целей. На самом деле - это мертвые клетки - липа. Но они были разрешены для косметологии. Мы добились запрета на это. Но полностью наладить порядок в сфере забора и применения стволовых клеток не получилось даже у Устинова. Что уж теперь об этом говорить? Из 50 закрытых нами точек - ни одной московской. В столице ведь связи!»

ОТЗЫВЫ ЧИТАТЕЛЕЙ «КП»

«Да это существует уже много-много лет. Я в Ставрополе работала в роддоме: такая же песня. Последы и тела выкидышей складывали в кастрюлю, потом все это дело - в холодильник. Какая-то лаборатория приезжала и забирала. Однажды заподозрили, что в холодильник попал живой младенец, был небольшой скандальчик, и все замяли. Я там много чего повидала... Слава богу, ушла из профессии. Или спятила бы». ИМЯ 02.05.2010, 23:23.

«Легла в свое время на сохранение. Кровило только слегка. В спину затолкали делать аборт. Я даже отбивалась, говорила, что не хочу, что нужно с мужем поговорить, что хочу выписаться и пойти к знакомому врачу. За руки и за ноги уложили на стол и надели маску. Вот вам и фильм ужасов». Mypka.

«Беременной подруге на позднем сроке говорили: «Да у тебя там ВООБЩЕ НЕ ЧЕЛОВЕК». Она была очень молода, но хватило мозгов не поверить. Родился здоровый мальчик. И седина появилась. Потому что, сами понимаете, такое вынести - и взрослая женщина не всякая сможет». Гость.

«Примерно на 20-й неделе пришел мой скрининговый анализ на врожденные уродства. «У вас ХГЧ завышен в 3 раза. То есть это дополнительная хромосома. Вы понимаете, что это значит?» Я понимала. В машине сказала мужу. Его реакция: надо делать аборт. От аборта я отказалась. Поздно. 20 недель - это человек. Уже какой есть. Я была в таком шоке, что 2 (!) недели не могла ходить на работу. Изучала в Интернете результаты УЗИ свои и чужие. Дождалась результата анализа в другой клинике. Ребенок-то нормальный! А если бы я поверила врачу?» *****; 01.05.2010, 13:41

«А я удивлялась, почему знакомую врачи склоняли всеми правдами и неправдами к аборту на позднем сроке. Сначала уговаривали, ссылаясь, что у нее возраст за 30, а мужа нет. Потом сказали, что УЗИ показало - ребенок умственно отсталым родится. В конце концов, заявили, что ребенок умер в утробе. Она уже вся в слезах ложилась на стол для операции, когда почувствовала движение в животе. Сейчас сыну 5 лет. Удивительно умный мальчишка. Она до сих пор бледнеет от воспоминаний, что могла не родить это чудо из-за врачей». Анна.

«Жена только что родила полностью здорового малыша. Педиатр в роддоме сказала, что даже и придраться не к чему. В женской консультации ей постоянно предлагали сделать аборт, пугали, что ребенок родится уродом, с отклонениями и т. п. Жена в консультацию даже и не ходила - наблюдалась у знакомого гинеколога. Пришла только за направлением в роддом. Выводы делайте сами». Андрей.

Поделиться:
Подпишитесь на новости:
416

Читайте также