Максим Матвеев: "Лиза - благодарный зритель, всегда меня хвалит"

По преданию рукопись своей повести "Дьявол" Лев Толстой прятал под обшивкой кресла в кабинете чуть ли ни двадцать лет. Спросите, от кого прятал? От жены своей, Софьи Андреевны.

Очень уж двусмысленный сюжет получился, а главное - автобиографичный. Молодой помещик Евгений Иртенев завел шашни с крестьянкой Степанидой. Не ради разврата, а, как говорится, для здоровья.

Но потом вдруг решил остепениться, открыл завод по переработке сахарной свеклы и выгодно женился.

А как же Степанида? Она никуда не делась. Страсть параллельно уживалась с чувствами к добродетельной и преданной жене. Ничего удивительного - обычная история. Редкий мужчина не попадал в ситуацию, в которой оказался бедолага Иртенев. Другое дело, как он из нее выкрутился...

На эту тему мы поговорили с исполнителем главной роли - актером Максимом Матвеевым. Интересно, что думает молодой и популярный актер по поводу адюльтера? Бывало ли с ним что-то подобное?

В жизни актеров часто случаются совпадения с их персонажами. Ну разве не совпадение, скажем, что жену героя Максима Матвеева зовут Лизой?

Он ей как раз поет песенку: «Лиза, девочка моя! Как же я люблю тебя!», думая, в этот момент о Степаниде. Но и реальную жену Матвеева тоже зовут Лиза. Не Иртенева, а Боярская.

- Вот ведь мужики какие: живут по двойным стандартам. Вы-то как к этому относитесь? - спросила я у Максима.

- Конечно, плохо, как и мой герой. Он в конце спектакля покончил собой именно из-за своей порядочности. Не мог жить двойной жизнью: и Степаниду любил, и за жену был в ответе.

- Что ж делать мужчине в подобной ситуации, неужели стреляться?

- Может быть, и не надо стреляться. Достаточно подавлять в себе животные инстинкты. Мало ли какие в жизни встречаются искушения. А у него жена, ребенок... Разрушить жизнь человека, который рядом, - это страшно. Очень страшно. Для меня в этой ситуации единственное выход - быть честным по отношению к себе и другим.

- Кстати, ваша жена Лиза Боярская приходит к вам на спектакли?

- Лиза еще мало видела меня в театре. Но она благодарный зритель - обычно говорит мне приятные слова.

- А кто критикует? Может, Антон Шагин, с которым вы не только снимались в фильмах «Стиляги» и «Тиски», но и учились на одном курсе?

- Антон - мой друг, а друзья не относятся ко мне критично. Мы ходим друг к другу на спектакли. Но, к счастью, возможно из-за того, что мы работаем в разных театрах, мы не соперничаем. Тем более у Антона есть таланты, которые во мне напрочь отсутствуют. Например, он пишет стихи. И по-моему, очень хорошие стихи - настоящая поэзия. Я думаю, он книжку скоро выпустит. А я стихи совсем не пишу. Я делаю маленькие записи «на полях» по поводу ситуаций, которые наблюдаю, например, в метро, в ресторане. Целый дневник моих наблюдений. Или собираю необычные слова и фразы.

Если вы спрашиваете о том, кто для меня является авторитетом в профессии, то это мой художественный руководитель Олег Павлович Табаков, мой педагог по мхатовскому училищу Игорь Яковлевич Золотовицкий и человек, который для меня бесспорный авторитет в профессии, - актер Евгений Миронов. Игорь Золотовицкий и Женя Миронов меня уберегли от многих глупостей, в который неминуемо попадает любой начинающий актер.

- Например?

- Они убедили меня не сниматься в сериалах, куда меня активно звали, сулили большие деньги. А деньги, как вы понимаете, были совсем не лишними. После съемок в одном проекте можно было купить себе квартиру в Москве. Представьте, какой это соблазн для юноши, который живет в общежитии? Но хватило мозгов на этот проект не пойти. Есть еще один человек, к которому я всегда могу обратиться за советом, - это режиссер Валерий Тодоровский.

- Многие артисты суеверны. А вы?

- Был очень суеверен, просто загонял себя в угол разными приметами. Например, перед спектаклем обязательно вставал с определенной ноги или клал текст с ролью под подушку. Если, не дай Бог, пьеса упала на пол, обязательно надо было на нее сесть. Или положить в странички текста крестик... Эта чушь долго занимала мои мысли, пока я однажды не понял, что все эти приметы и суеверия дико мешают. Почему спектакль должен зависеть от того, упали листы бумаги на пол или нет?

Я был в шоке, когда однажды на станции метро «Площадь Революции» увидел, что у бронзовой скульптуры пограничника у пса до дыр стерли нос. Я специально стал рядом и посчитал, что за пять минут к этой несчастной собаке подошло сорок человек.

- Есть тема, которую всегда вы держите под замком - личная жизнь. Причем не только вы очень скрытный, но и ваша жена Елизавета Боярская. Прямо как сговорились...

- Не сговорились... Один из моих любимых актеров, Джек Николсон, на вопрос о его личной жизни ответил такими словами: «Вы никогда не будете выглядеть убедительно на экране, если зритель буден знать, какой вы в жизни». Эту фразу я сам выучил наизусть и дал выучить Лизе.