2015-02-04T07:49:05+03:00
Комсомольская правда
245

Бывший агент Штази Петер Вольтер: «Русские, не забывайте: Германия либо у ваших ног, либо у вашего горла»

Cпецкор «КП» Дарья Асламова пообщалась в Берлине с германскими журналистами и политиками, чтобы понять, смогут ли когда-нибудь русские и немцы создать общую евразийскую цивилизацию

И почему немцы чувствуют вину перед евреями, но не перед гражданами СССР.

ШПИОН И КОММУНИСТ ПО УБЕЖДЕНИЮ

Этот поезд Петер Вольтер не мог упустить. Экспресс Париж - Берлин - Москва всего час стоял в Кельне. Раз в неделю известный западногерманский корреспондент, работавший старшим редактором агентства Рейтер, господин Вольтер прыгал в свою новенькую «Альфа Ромео» и ехал из Бонна в Кельн, на вокзал. Там в туалете поезда, в тайнике под умывальником, нужно оставить пакет с фотокопиями важных документов. Уже в шесть утра в Берлине товарищи из разведки ГДР Штази заберут документы, а часть из них тем же поездом могут отправить в Москву.

«Это не Штази нашли и завербовали меня, а я сам нашел Штази», - говорит бывший секретный агент 65-летний Петер Вольтер. Мы курим у окна его берлинской квартиры и смотрим на ночную Александерплатц, где буянит группа подвыпивших молодых людей. Из соседских окон тянет дымком марихуаны, и у меня слегка кружится голова. «Удобное местечко, - смеется Петер. - Я всегда могу наблюдать из окна демонстрации и писать репортажи, даже не выходя из квартиры!»

У Петера грустные глаза старого одинокого волка, которого изгнали из стаи. На его лице - патина времени: трещины горечи, разочарования и мудрого признания неудач. Петер был уже видавшим виды журналистом, когда в нем разорвалась бомба коммунистической истины. Ему осточертел контролируемый американцами мир Западной Германии. А там, за Берлинской стеной, немцы (ЕГО НЕМЦЫ!) пытались строить что-то новое.

- Я вступил в коммунистическую партию Германии не с тем, чтобы раздавать листовки на улицах. А с важной целью - выйти на Штази, - рассказывает Петер. - Я знал, что могу помочь. У меня был контакт в западногерманской разведке, мой родственник, с помощью которого я мог фотографировать секретные документы. Я освоил и радиопередатчик.

Петера рассекретили и арестовали в 1991 году. Потом выпустили под подписку о невыезде. Два года он просидел на даче без работы. Как только ему выдали паспорт, он сбежал на Канарские острова: работал в местной газетенке для немецких пенсионеров, скупавших недвижимость в Испании. Петера Вольтера пытались сделать политическим мертвецом. Но он вернулся в журналистику, в левую газету Junge Welt. Теперь, когда дело закрыто за давностью лет, Петер и его коллеги по разведке опубликовали книгу о тех годах. Они уверены: коммунизм не растратил своего морального капитала. Он еще скажет свое веское и окончательное слово.

Мы, немец и русская, вместе ищем истину на дне стакана.

- Германия и Россия - это был бы гениальный стратегический союз! - воодушевленно говорю я. - Все логично: немецкие высокие технологии и русские энергоресурсы, немецкая педантичность и русская безудержность. Вместе мы бы перевернули мир!

Петер смотрит на меня скептически. Потом наклоняется, и я вижу его налитые кровью глаза:

- Вы, русские, никогда не забывайте слова Черчилля: Германия либо у ваших ног, либо у вашего горла. Она снова поднимается. Западные немцы не только беспощадно колонизировали собственных братьев - восточных «советских» немцев, но и всю Южную Европу. Они высосали кровь из Греции, Испании, Португалии, Италии и поставили юг на колени. Это новый тип финансового колониализма. Германский реванш - то, чего так боялась старая Европа, - происходит прямо на наших глазах.

Петер Вольтер уверен: коммунизм еще скажет свое слово.

Петер Вольтер уверен: коммунизм еще скажет свое слово.

НОВАЯ ХОЗЯЙКА ЕВРОПЫ

Да, именно так называют Германию европейские газеты. Перед ней лебезят и заискивают - с затаенным страхом, тайной ненавистью и глубоким чувством унижения. Сама Германия в выражениях не стесняется. Немецкие газеты называют греков, итальянцев, испанцев и португальцев - весь этот «южный сброд» - ворами, лгунами и взяточниками. Южная легкомысленность - стремление обратить деньги в жизнь - крайне раздражает немцев, этих бдительных калькуляторов и запасливых хомяков. Войдя в Евросоюз и в зону единой валюты, сельскохозяйственный неконкурентоспособный Юг был обречен на завоевание промышленным Севером Европы.

Новое лидерство Германии в ЕС немцы воспринимают как должное.

- Возвышение Германии и ее доминирование - логично, - говорит профессор Штайнбах. - Экономическая мощь неизбежно приводит к усилению политической мощи. Вопрос в том: используем мы эту мощь только для себя или нам придется отвечать за весь Евросоюз? Если мы берем на себя ответственность за спасение Европы от финансового краха, то мы вправе требовать изменения поведения и правил игры от всех участников. При таком раскладе всегда найдутся люди, которые будут нас ненавидеть.

-То, что Германия находится сейчас на вершине, объясняется разорением и доведением до нищеты Италии, Испании, Греции, - говорит экономист Юрис Крафт. - Эти страны принудили брать кредиты под низкие проценты, чтобы покупать немецкие товары, которые текли на юг беспошлинно в рамках ЕС и оплачивались полновесным евро. Германия пожирает греков, итальянцев и испанцев. Налицо закон неравномерного экономического и политического развития в условиях капиталистической системы, открытый Марксом. И в самой Германии все не так гладко - из 16 федеральных земель процветают только две, Бавария и Баден-Вюртемберг, остальные - дотационные. Но в Германии существует закон о перераспределении средств: богатая земля отдает часть средств бедной земле. Однако немцы сопротивляются принятию подобного закона в рамках Евросоюза. Они не для того колонизировали Южную Европу, чтобы ее кормить.

Если у немцев не будет комплекса вины за холокост - они опять вернутся к  варварству фашизма, считают на Западе. На фото: националисты в центре Берлина саботируют выставку «Преступления германской армии 1941 - 1944».

Если у немцев не будет комплекса вины за холокост - они опять вернутся к  варварству фашизма, считают на Западе. На фото: националисты в центре Берлина саботируют выставку «Преступления германской армии 1941 - 1944».

КАПИТАЛИСТ. ПРОТЕСТАНТ. ЭГОИСТ

- Германия не заинтересована в росте внутреннего потребления, а предпочитает зарабатывать на внешних рынках, - говорит эксперт Людмила Клотц. - От того, что Германия выигрывает в экспорте, страдают остальные европейские страны. И местные газеты предпочитают замалчивать тот скандальный факт, что одной из важнейших статей немецкого экспорта является оружие. Никто не вспоминает о том, как Грецию, члена НАТО, принуждали брать кредиты, чтобы закупать у Германии танки и прочую гадость. А теперь греков без стеснения бьют и оскорбляют. За счет чего транснациональный капитал в лице немецких компаний извлекает колоссальную прибыль на внешнем рынке? За счет низких зарплат в самой Германии и сокращения расходов на социальную систему, которая давно сидит на голодном пайке. Недавно газеты увлеченно стали писать о том, что нам не хватает специалистов и хорошо бы завезти мигрантов, хоть из бедствующей Испании. Откуда вдруг такие идеи, когда в Германии полно безработных молодых выпускников технических вузов? Чтобы еще больше сбить цену на рабочую силу. Да, испанцы приедут и попадут в рабство. Но и немцам придется потуже затянуть пояса и сбавить цену на свой труд перед лицом конкуренции. Процветающая Германия - это газетный миф. Экономика в руках 5 процентов населения, которое эксплуатирует оставшиеся 95 процентов и доводит их до нищеты.

- Происходит смена цивилизационных типов капитализма, - говорит экономист Юрис Крафт. - Исчез тип старого католического капиталиста, который принимал людей на работу и отвечал за них, создавая для служащих социальные структуры: детские сады и магазины с низкими ценами. Его заменил холодный протестантский эгоист, который о своих сотрудниках не думает и не отвечает за судьбу общего дела.

Я помню, как мне плакался лидер греческих профсоюзов: «Немцы хотят, чтобы все греческие мальчики ходили строем, а девочки заплетали косы и носили белые кофточки. Но мы ведь греки, а не немцы!»

В Европе идет война ментальностей, которая ничем хорошим не закончится. У немцев другая финансовая культура: тут вам в такси квиточек дадут, а греческий таксист, если вы спросите у него чек, рассмеется вам в лицо. Я помню, как в 1992 году в закрытых кругах Германии шла дискуссия, надо ли брать Грецию в ЕС. Открытым текстом говорилось: мы не можем брать православных, так как православие - это ересь. Это не наша цивилизация. А с другой стороны: Греция - родина Европы и демократии. Мы не можем мифическую территорию нашей прародительницы оставить за пределами новой Европы. Словом, европейцы были вынуждены взять Грецию. В сущности, весь ЕС покоится на идее: давайте свалим всех в одну кучу, «лишь бы не было войны». Для нового поколения это звучит странно, но именно мир в Европе - одна из главных целей создания Евросоюза. И важной составляющей этого мира является контроль над Германией, развязавшей две мировые войны. Немцы всегда хотели быть наверху. Это нация господ. Следовательно, нужно подавить в них доминанту господства, и для этого есть отличная дубина - холокост.

Плакат 1952 года: восточные немцы - друзья Страны Советов. Теперь они - бедные родственники объединенной Германии.

Плакат 1952 года: восточные немцы - друзья Страны Советов. Теперь они - бедные родственники объединенной Германии.

КАК ПРИЖАТЬ К НОГТЮ «ИСТИННЫХ АРИЙЦЕВ»

Американцы и англичане всегда желали видеть Германию индустриальной, сильной страной, но не СЛИШКОМ. Чтобы кастрировать немцев, их необходимо было нравственно припереть к стенке и внести в каждый немецкий дом сознание коллективной вины. Их хотели, фигурально выражаясь, накормить жабами и змеями, чтобы они изблевали свое намерение стать нацией господ. Холокост (убийство фашистами шести миллионов евреев) стал нравственной булавой, переломившей моральный хребет целой нации.

- Почему сто тысяч израильтян получили немецкое гражданство? Это гарантия. Если на Ближнем Востоке начнется война, евреи смогут уехать в Европу и спасти свою жизнь, - говорит немецкий ученый-этнолог Андрей Кирш. - В Германии еврейская община бьет всех, кто выступает против израильской политики. Это табу, с одной стороны, отражает интересы Израиля, чтобы крупнейшая европейская страна вела произраильскую политику. А с другой стороны, является инструментом духовной гигиены самих немцев, чтобы они не сползли в фашизм. Международное признание Германии было основано на том, что немцы признают вину за разгром международного еврейства. Нетаньяху недавно заявил, что все репарационные выплаты, осуществленные Германией, покрыли только 20 процентов еврейского имущества. Это означает, что Германия должна выплатить еще 80 процентов. И будет платить, никуда не денется. Почему произошла сакрализация холокоста? Чтобы уберечь Германию от «коричневой чумы», чтобы сохранить немецкий народ как демократическую, гуманную нацию, комплекс вины за холокост должен быть центральным. Иначе немцы опять вернутся к варварству фашизма. Другой вопрос, что сейчас произошла смена поколений. Умирают бывшие нацисты и их жертвы. Потомки преступников и жертв заключают браки. Еврейско-немецкая семья - уже норма. Возникло новое израильско-германское сообщество, которое хочет оставить в стороне вопрос о холокосте. Они говорят: мы не хотим тащить этот груз на себе, оставьте нас в покое! Ведь жизнь-то идет.

Марина Вайсбанд - еврейка, уставшая от имиджа жертвы.

Марина Вайсбанд - еврейка, уставшая от имиджа жертвы.

НЕМЦАМ НАДОЕЛ ХОЛОКОСТ

«Первое поколение немцев после Второй мировой войны молчало о еврейском вопросе. Второе поколение беспрерывно говорило и пережевывало прошлое. Третье, новое поколение готово смотреть вперед, - говорит лидер популярной партии «Пираты» Марина Вайсбанд. - Немцы рождаются и живут с постоянной тенью. Я это замечаю, когда где-то говорю, что я еврейка. Как только падает это слово «еврей», в воздухе физически повисает напряжение. «Ах! - говорят мне. - Я никогда не видел настоящую еврейку». Говорят с восторгом или со страхом. Немцы вообще не знают, что в таких случаях говорить. Они не знают, как со мной обращаться. Но я к этому привыкла. Здесь очень тяжело говорить на еврейскую тему. Я единственный политик, который может себе это позволить, потому что я еврейка. Мне здесь вообще дозволено все. Но общество не может жить под таким напряжением. Из этого постоянно нагнетаемого чувства вины у немцев растет протест. Они говорят: «Мы не хотим так жить!» Весь антисемитизм рождается от того, что немцы постоянно вынуждены извиняться. Они боятся сказать: я горжусь тем, что я немец. Здесь нет патриотизма, и это связано с общей травмой национального сознания. Попытка загнать в угол одну часть населения ничем хорошим не заканчивается. Тут все танцуют вокруг евреев, зато позволяют себе оскорбительные высказывания о мусульманах: они, мол, рожают слишком много детей и забирают у нас рабочие места. Разве это не расизм? Я устала от того, что единственная ассоциация, связанная с евреями, - это холокост. Я хочу изменить это общество. Чтобы я говорила: я еврейка, а мне говорили: ну и что?» «Вы хотите снять с себя имидж жертвы?» - спрашиваю я. «Да, хочу. Потому что быть жертвой не просто тяжело - это крайне опасно и будит в людях агрессию».

Эта еврейская девочка права в своих опасениях. Задавленная неприязнь может обратиться в тайную ненависть. А ненависть, умеющая молчать, во сто крат опаснее, чем самые неистовые речи.

Окончание в следующем номере «КП».

Поделиться:
Подпишитесь на новости:
245
 

Читайте также

Новости 24