Андрей Макаревич: «Модно обсуждать, как мама ребенка в стиральной машинке утопила»

- Почему мы в последнее время живем одними скандалами? Я про шоу-бизнес уже молчу, но ведь и Большой, и Театр на Таганке...

- Я очень плохо отношусь к скандалам, и я их не обсуждаю. На крик, на истерику, на сопли и слюни оборачиваются быстрее. Когда нечего предъявить в музыке, интерес поддерживается разводами, женитьбами, драками, чем угодно. Это очень просто. Считается, что негатив человека интересует больше, чем позитив. Я буду очень рад дожить до дня, когда вдруг окажется, что они сильно ошибались.

- Ну это уж от нас зависит.

- Вы думаете? Я никого не берусь осуждать, но мне кажется, что все это одними ниточками связано. А мы с вами прекрасно знаем, что происходило с каналами, которые открыто стояли в оппозиции.

- А за какие такие ниточки нас дергают, чтобы мы все поголовно припадали к разным ток-шоу, причмокивая от наслаждения чужими несчастьями?

- Есть фонды, есть люди, которые тратят на это жизни. Та же доктор Лиза, которая бомжам помогает. Ищет и находит на это деньги. И свои тратит. Немодно по телевизору говорить о добрых делах. Модно рассказывать про то, как мама своего ребеночка в стиральной машине утопила. И на Западе люди смотрят это, но они - другие. Там, если выпадешь из машины на обочину, тут же остановятся десять машин. Я это по отношению к себе наблюдал. И то, что у нас не остановится ни одна, это я тоже видел. Хотя... Может, боятся? Остановишься, а из кустов трое выскочат, по голове стукнут и машину отберут.

- Там достаточно вежливых выражений, чтобы человек не лез в душу. У нас обязательно нужно покопаться...

- Да. Мы с тобой выпьем и поговорим. Это гены, это традиция. С этим тоже надо как-то жить. Но у нас есть и много положительного. Наш народ умеет быть удивительно щедрым и добрым. У моего знакомого подвод­ника страшная ситуация в жизни. Сначала он чуть не погиб в аварии. Когда его по кускам сшили, оказалось, что у жены третья стадия рака позвоночника. Я думаю: как собрать деньги? Рассказал Володе Соловьеву эту историю. Он - по радио, причем рано утром. В этот же день были собраны все деньги. Это значит, что все не безнадежно. Не полное равнодушие. Как говорил Воланд, милосердие стучится в их сердца.

- А как вы относитесь к фондам, лицом которых являются популярные актеры - Чулпан Хаматова, Хабенский?

- Перед Чулпан Хаматовой я шляпу снимаю. Я помогал и готов ей помогать сколько угодно, она святая женщина. Я знаю еще несколько фондов, которым могу доверять. А жуликов всегда было много. Странно, что государство ни черта не делает, к сожалению. Потому что государству не очень интересно «население»: работать не умеют, не любят, все время требуют каких-то социальных льгот, каких-то пенсий, какого-то бесплатного образования. Я это ощущаю. И это - плоды 1917 года. Кто был ничем, тот станет всем. Вот они и стали.

- Что-то вы в последнее время погрузились в политику. И в джаз!

- Последний - моя любовь с детских лет. Но я долгие годы думал, что она будет неразделенной. А сейчас я пытаюсь с ним познакомиться ближе. Но это не отменяет всего остального, и «Машина времени» жива-здорова.

Программа с Андреем Макаревичем, а также лучшие хиты - на kp.ru/3905.

Анна БАЛУЕВА

f1 Андрей Вадимович - музыкант, поэт, композитор, писатель, аквалангист, актер... А еще он художник-график и по образованию, как и его отец, архитектор.

Фото: Олег РУКАВИЦЫН.