Первым же вопросом повестки дня стало выступление Генпрокурора Юрия Чайки. Тот выглядел непривычно в гражданском костюме: обычно он носит форму и того же требует от подчиненных. Речь шла об итогах проверки некоммерческих организаций (НКО), получающих деньги из-за рубежа.
- Мы изучили около тысячи НКО - это около половины тех, кто, по данным Росфинмониторинга, получает деньги из-за границы, - рассказал Чайка. - 226 организаций получили иностранное финансирование в 30,8 миллиарда рублей.
Впрочем, ничего плохого в этом Генпрокурор не видит: лишь бы НКО, занимающиеся политикой, честно объявили, что берут деньги из-за границы, и приняли положенный статус «иностранных агентов». Но никто в «агентах» числиться не захотел. При этом понятие «политическая деятельность» каждый трактует как хочет.
И все же Чайка признал:
- Общепринятое понятие «политической деятельности» отсутствует, его надо уточнить.
- Некоторые НКО не проверяли десятилетиями, с момента их создания, - поведал Чайка. - Например, движение «За права человека», возглавляемое Львом Пономаревым. Но требования предоставить документы были им проигнорированы. Понятно, что Пономареву было что скрывать.
А некоторые НКО бумаги показывали, но на английском языке, без перевода. Что вызвало у Чайки негодование:
- На термин «иностранные агенты» они обижаются, а документы на родном русском языке найти не могут.
Генпрокурор поведал и совсем уж сенсационные вещи:
- Установлены отдельные факты вовлечения в деятельность НКО, выполняющих функции «иностранных агентов», высокопоставленных госслужащих, представителей партий и госучреждений.
Но фамилии госслужащих, замеченных в связях с «агентами», Чайка не назвал даже сенаторам.
ТЕМ ВРЕМЕНЕМ
Матвиенко дала отпор Госдепу
Госдепартамент США выразил очередное неудовольствие действиями России в отношении Эдварда Сноудена: сбежавший программист ЦРУ до сих пор живет в аэропорту «Шереметьево».
- Россия строго следует международным правилам, - ответила на это Валентина Матвиенко. - Сноуден находится в транзитной зоне аэропорта как обычный пассажир. Мы не можем предпринять к нему никаких мер. И никаких обращений от него о предоставлении гражданства не получено.