Великая красота

Кадр из документальной картины «Чемпион лагеря»

Вот что, оказывается, можно сделать с нефтяными деньгами всего лишь за 30 лет. Как, оказывается, можно превратить нищую глинобитную страну в процветающий оазис, в исключительно мирный, мультикультурный хай-тековский мегаполис (арабы составляют всего 20% населения Дубая), где практически нет коррупции, вообще нет бедных, нет нищих. Только средний класс, богатые и очень богатые. Приезжие (из Индии, Пакистана, Филиппин, Таиланда, Англии, России, только Бангладеш внушает местным недоверие) все работают. За плевок на тротуар полагается штраф в 200 дирхамов, за проезд на красный свет - в 1000. Да, все искусственное. Из песка сооружаются закрытые искусственные острова в форме пальмы, на которых строят палаццо для Бэкхемов, Брэда и Анжелины, Тома Круза. В моллах под стеклом сооружают искусственную Швейцарию с горами, подвесными люльками, хоккейными рингами и прочей искусственной зимой. Да, главные достопримечательности - отели, моллы (предмет особой гордости, но арабы всегда преуспевали в торговле!) и самый высокий в мире небоскреб Бурж Халифа, оформленный Джорджо Армани. Да, это Диснейленд. Но наш последний Диснейленд строил Сталин. Так что поспорьте о вкусах.

В огромном универмаге "Молл Эмиратов" разворачиваются и показы Дубайского фестиваля — тоже вполне себе искусственного мероприятия, без которого киномир мог бы жить и нормально себя чувствовать. Но не будет. Мероприятие выдержано в кричащих тонах и отвечает принципам региональности и мультикультурности. Фильмы, демонстрируемые здесь, могут быть сняты где угодно, но львиная доля их рассказывает о жизни арабов, азиатов, африканцев - в их собственных странах или на чужбине.

Вот трогательный документальный фильм «Чемпион лагеря» (Champ of the Camp), эмиратско-ливанско-катарского производства — он непосредственно посвящен гастарбайтерам из Индии и Пакистана, возводящих вышеописанную «великую красоту», их жизни в «трудовых лагерях» (на самом деле это общежитие, в «более лучшую» сторону отличающееся от условий, в которых проживают таджики в России) и развлечениям на досуге: мигранты с энтузиазмом участвуют в песенном конкурсе на почетное звание «чемпиона лагеря».

Вот еще один, алжирско-французский «Проклятые бобы» (Bloody Beans), повествующий о проблемах повышенного газообразования у алжирских детей. Как в «Броненосце «Потемкине» тухлое мясо, так здесь «проклятые бобы» толкают героев на революцию — за кусок французской булки.

Вот назойливая разговорная драма иранца Асгара Фархади, справедливо озаглавленная "Прошлое" (Le Passe). Вещь скрупулезно и многословно разбирается с нюансами отношений молодой еще женщины Мари (Беренис Бежо из "Артиста") с ее бывшим (Али Мосаффа) и будущим мужьями, у последнего из которых (Тахар Рахим из «Пророка») жена пребывает в коме, поскольку выпила жидкость для мытья посуды - предположительно, из-за любви.

Тройка взрослых «зеркалит» тройку детей, прижитых указанными товарищами с другими партнерами по другим обстоятельствам. Старшенькая, 16-ти лет, вместо того, чтобы заниматься тем, чем занимаются ее сверстники, сильно переживает относительно сожительства матери с очередным мужчиной, Самиром, и по этой причине отправляет его жене их любовную переписку. Все это напоминает вам «мыльную оперу»? Так оно и есть — будучи не в состоянии подняться до высот психологического напряжения "Развода Надира и Симин", захлебнувшийся своим берлинским и оскаровским триумфом режиссер к несравненно более спокойной истории развода Ахмада и Мари зачем-то приплетает пародийную детективную интригу: кто виноват, что жена Самира впала в кому?

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ От «Омара» до «Оскара» Главной темой 10-го юбилейного Дубайского кинофестиваля угрожает стать тема свободы. Фест, покрывающий территорию Азии, Африки и всего арабского мира, открылся в день смерти Нельсона Манделы, байопик о котором был с редкой предусмотрительностью заготовлен организаторами и даже заранее запланирован на день его похорон (читайте далее)

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

От «Омара» до «Оскара»

Главной темой 10-го юбилейного Дубайского кинофестиваля угрожает стать тема свободы. Фест, покрывающий территорию Азии, Африки и всего арабского мира, открылся в день смерти Нельсона Манделы, байопик о котором был с редкой предусмотрительностью заготовлен организаторами и даже заранее запланирован на день его похорон (читайте далее)