Новости 24

34

Дынин и дети

Кстати, Евстигнеев, сыгравший Дынина, за время съемок научил детей-актеров играть в карты. Фото: кадр из фильма.Кстати, Евстигнеев, сыгравший Дынина, за время съемок научил детей-актеров играть в карты. Фото: кадр из фильма.

50 лет фильму «Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещен»

Реет буревестник

Рубежный 1964-й спас множество режиссерских биографий и рассыпных жемчужин советского проката. С начала 60-х русский кинематограф умнел не по дням, а по часам и, по теории революционной ситуации, вступал в антагонистическое противоречие с принципами управляющего класса. Комедиографу Рязанову стал явно тесен жанр отрядного капустника («Карнавальная ночь», «Человек ниоткуда»), а сценарий о воре-интеллигенте «Берегись автомобиля» третий год мариновали инстанции. Гайдай, сняв пять всенародных «коротышек» («Пес Барбос», «Самогонщики» и три новеллы «Деловых людей»), вплотную подбирался к трем песням о Шурике, но поставить их не мог, ибо Н. С. Хрущев со всем пылом ограниченного селюка ненавидел студенчество и за все 11 лет правления ни одного положительного студента на экран не допустил: «Операция «Ы» вышла уже при Брежневе. Христианского просветителя Андрея Тарковского хранил любимый им Господь: житийное кино о детстве великомученика Ивана заканчивалось пробегом отрока по воде, аки посуху, - за что «Иваново детство» и получило в Венеции «Золотого льва»; но случись в окружении вождя хоть один охотник расшифровать рискованную аллегорию - на том бы миссия просветителя и кончилась. Это Брежнев смотрел на православный ренессанс сквозь пальцы, а Хрущев на закате срока прогремел последней в истории СССР атакой на веру. «Андрей Рублев» при нем не имел ни шанса даже к запуску.

Но Хрущева сняли - распахнув темницы и небожителям, и их подозрительным творениям. Энциклопедия советской жизни «Застава Ильича», запрещенная личной волей первого секретаря, получила прокатное удостоверение через считанные недели после его отставки. Ревизионистский «Председатель», сдававшийся с великим скрипом, вдруг пошел на ура: срочно понадобилась критика аграрного волюнтаризма и продуктового тупика. Так заодно с другими пролился свет воли и на весьма неоднозначный дебют Элема Климова «Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещен».

Вместо того чтобы изображать царицу полей кукурузу, пионерка Митрофанова пыталась сделать модную прическу. Фото: кадр из фильма.

Вместо того чтобы изображать царицу полей кукурузу, пионерка Митрофанова пыталась сделать модную прическу. Фото: кадр из фильма.

Праздник непослушания

Секта скрытых антисоветчиков обеих столиц тотчас влюбилась в картину, как в новый завет социального протеста. И не за то, что там дразнили царицу полей кукурузу - кукиш властям был куда масштабней. Маленький ослушник проковыривал невод и утекал на большую вольную воду. Гипсовые истуканы гоняли его ночью по аллее с гипсовыми горнами, барабанами и спортивными луками. Ушлый стукачок в панамке бегал наушничать начальству. В совсем уже «фоловой» сцене мальчик под трибуной атлантом удерживал марширующего сверху лысого дурака. За такое и в вегетарианские времена по головке не гладили. Неиспорченные дети не видели в фильме ничего «такого» - в большом мире дебютант Климов в одночасье стал иконой несогласных (что и объясняет его парадоксальное выдвижение в лидеры мятежного Союза кинематографистов четверть века спустя, на фоне много более именитых коллег).

Успех объяснялся формой: все заусенцы социальной сатиры Климов отполировал спасительным жанром притчи, пионерского лубка (к которой тяготел смолоду: более поздняя «Агония», к примеру, была не хроникой кризиса верхов, а страшной-престрашной сказкой времен монархического упадка). Прыжки через речку. Дурак с сачком. Похоронная процессия в виде вопросительного знака к транспаранту «ЗАЧЕМ ТЫ УБИЛ БАБУШКУ?». Перекачивание крови драгоценной тридцать третьей группы из худенького Кости в толстого Дынина. Сирена воздушной тревоги из круглого рта докторши. Стилистика лукавой фантасмагории сглаживала ненужные вопросы редактуры, облегчая протестный заряд и «добрым молодцам урок». Подзаголовок «шутка» обеспечивал проходимость многим ядовитым сочинениям.

Простой зритель, может, и не заметил социального протеста в фильме. Для него это набор смешных сценок: одна из них - похоронная процессия с плакатом «Зачем ты убил бабушку?». Фото: кадр из фильма.

Простой зритель, может, и не заметил социального протеста в фильме. Для него это набор смешных сценок: одна из них - похоронная процессия с плакатом «Зачем ты убил бабушку?». Фото: кадр из фильма.

Папы-мамы дома нет, некого бояться

Он же избавлял и от вполне законных недоумений практикующих педагогов. Все же в исходном конфликте (исключение из лагеря за самовольное купание) правда была за Дыниным. Тонули дети, до смерти. Проклятием каждого пионерского лета были цифры неживых малолеток, выловленных из бассейнов, речек, пионерских прудов и Черного «артековского» моря. И был у скучных перестраховщиков безотказный козырь: я получил под роспись триста живых пионеров и сдал в конце смены триста живых пионеров - а про свободу детского волеизъявления расскажите родителям неживых, они вас послушают. Но это аргументы реалистического кино - а с шутки какой же спрос?

В шутке были волшебные диалоги. «Когда я был маленьким, у меня тоже была бабушка. Но я так и не смог огорчить ее до смерти. А он - смог!» «Бодры» надо говорить бодрее, а «веселы» - веселее!» «Ты, Митрофанова, такого дяди племянница - а вавилоны на голове устраиваешь!» В шутке были чудные дети: будущий неуловимый мститель Витя Косых, ослепительная мини-секс-бомба с хула-хупом Люда Смеян, Шарафутдинов с огурцом и квартет сионских очкариков со скрипками и контрабасом. В 1964 году к трем главным вопросам пионерского лета - «Компоту хошь?», «А Фанфана убьют?» и «Костя, тебя что, из лагеря выгнали?» - прибавился четвертый:

Через два года после роли Кости Иночкина юный актер Виктор Косых перевоплотился в неуловимого мстителя Даньку. Фото: кадр из фильма.

Через два года после роли Кости Иночкина юный актер Виктор Косых перевоплотился в неуловимого мстителя Даньку. Фото: кадр из фильма.

«А че это вы здесь делаете?»

В ответ пионерлагерный грузовичок с молочными бидонами увез в никуда нашего общего директора с чемоданом, на котором в углу лепилась бирка «Тов. Хрущев». Директор плакался: «Я ж хотел как лучше. Чтоб дети поправлялись. Чтоб дисциплина была».

Позже та же секта непримиримых вольнолюбцев передумает и назовет это крахом оттепели.

А не было никакого краха. Как и предупреждал Дынин - все начали через речку прыгать, хула-хуп крутить и вавилоны на голове устраивать. На четыре года всего - до Чехо-словакии.

Но и четыре года срок немалый.

Кто воевал - знает.

Поделиться:
Подпишитесь на новости:
34

Читайте также