Радио «Комсомольская правда»: Кто сказал, что честь офицера вышла из моды
Скачать запись эфира в мр3 (36.9 мб)
Тимошенко:
- Это «Военное ревю» полковника Баранца. С вами сегодня в течение всего часа буду я, полковник Тимошенко. Здравствуйте, товарищи! Виктор Николаевич выполняет задание в верхах. Сегодня мы хотели поговорить на тему: отчего дешевеет офицерская честь и что же с этим делать. Как всегда, меряешь по себе и по тем, с кем служил. Не замечал я такого у тех, с кем служил. А что такое происходит – да, есть. Есть оно и было. С моей точки зрения, во многом было потому, что армия не может существовать без какой-то идеологии, мы это понимаем. Сейчас идеологии нет никакой. Вообще никакой. У людей в голове одно – как заработать денег? А «как заработать?» превращается в «как добыть?». В советское время упущение было, с моей точки зрения, в том, что уж больно сильно наваливались на офицерский состав наши славные политорганы. Если бы поменьше этого, побольше патриотизма, потому что, сколько я помню, члены партии в военных структурах они были самыми заядлыми патриотами. А коммунистами, скорее всего, во вторую очередь. Ну вот, хотелось бы понять, что вы думаете на эту тему. А в заключение оглашения темы я бы хотел поздравить глухонемых. Их праздник состоялся в пятницу, прошел скромно, в стандартной обстановке полусекретности. И меня порадовало то, что до сих пор жив человек, который включал на взрыв первую атомную бомбу. Фамилия его Давыдов.
Сергей:
- Здравия желаю, товарищ полковник. Я старший лейтенант запаса технической службы, авиатор. Я тут листал подшивку «Комсомольской правды» и обнаружил статью «У новой пассажирской «Сушки» родня – штурмовики». Автор статьи – Виктор Баранец. Написано, что запустят самолет в серию года через полтора-два.
Тимошенко:
- Имеется в виду «СуперДжет»?
Сергей:
- Су-80ГП. Статья 2004 года. Получается, что "Комсомольская правда" – такое авторитетное издание, но допустила, мягко говоря, но грубо выражаясь, неточность. Такого самолета вообще нет. У нас прошел авиасалон МАКС, выяснилось, что у нас в стране есть национальный центр авиастроения. И он существует аж с 2008 года. Туда вложены миллиарды рублей. Где все эти деньги, если у нас нет самолетов?
Тимошенко:
- Давайте начнем с того, что Су-80 был. Он предназначался для замены ближнемагистральных самолетов Ан-24, Ан-26, Як-40. Был. Но решили не строить. Потому что, как всегда, у нас же авиация-то коммерческая, мы ж понимаем, гражданская. И кинулись наши перевозчики – лучше и проще взять машину в лизинг за кордоном. Или купить, если недорого. А на местных линиях летать практически без дотаций местных властей и государства невозможно. Они абсолютно убыточные. Авиакомпании зарабатывают только на международных воздушных линиях. Внутренние линии – ближние, средние, дальнемагистральные – они практически в ноль. Вот и все. А чего вы «Комсомолку»-то упрекаете? Ишь ты, лапочку задрал. Ну бывает.
Тимофей:
- Здравствуйте. Я хотел бы сказать по вашей теме. Все зависит от человека, во-первых. В армии у нас было дело, что расхищали солярку, еще что-то. От тех людей, которые должны это контролировать солдат, которые у нас находятся в армии.
Тимошенко:
- Совершенно верно. Я бы даже к этому добавил, что государству не худо бы, вообще говоря, кормить свою армию. Потому что во времена приснопамятного Бориса Николаевича доходило до того, что, например, офицеры Северного флота, а вы представляете, где базируется Северный флот, там же никакого подножного корма-то нет. И за грибами никуда не сходишь. Потому как камень кругом. Так вот, двое из них были пойманы на том, что они унесли с корабля из корабельного пайка две буханки хлеба, чтобы накормить свои семьи, где голодали и падали в голодный обморок дети. Их судили судом офицерской чести. Мама дорогая! Какая же, к чертовой матери, честь была у того суда? Правда же?
Тимофей:
- Да, я понял вас.
Тимошенко:
- А каково им потом служить и им коллегам? После того, как, допустим, что-то в армии улучшилось, изменилось. А добивала уж офицерскую честь, я считаю, последняя армейская реформа под исполнением Анатолия Эдуардовича Сердюкова.
Валерий:
- Здравствуйте, товарищ полковник. Я 32 года в армии отслужил, год как на пенсии. За эти годы понял: есть такая профессия – Родине служить. Я не встречал плохих офицеров на своем пути. Что у меня начальники и подчиненные офицеры, не знаю, не замечал, что падает честь офицера. Поэтому я горжусь нашей армией и нашим офицерским корпусом.
Тимошенко:
- Спасибо за добрые слова, Валерий. Должен заметить, что вполне разделяю вашу точку зрения. Вот за все годы моей службы в войсках у меня не было ни подлецов, ни дураков начальников.
Валерий:
- Согласен с вами.
Тимошенко:
- Все зависит от того, как ты относишься к службе.
Валерий:
- Так точно. Правильно.
Тимошенко:
- Мне в свое время дед, а у меня все предки по отцовской линии донские казачки, сказал: «Хочешь служить легко – служи хорошо».
Валерий:
- Я очень рад, что постоянно слышу вас на радио "Комсомольская правда".
Тимошенко:
- Спасибо большое. А когда начинают косить, ну вот тут начинается всякая фигня. А потом говорят: начальник сволочь и дурак. Мы же понимаем.
Юрий Николаевич:
- Добрый день. Выпускник 1979 года Львовского политучилища, факультет культпросветработы. Я свою службу вспоминаю с большим воодушевлением, потому что окружали хорошие люди. Мой первый командир был подполковник Добряк, командир отдельного батальона аэродромно-технического обеспечения в Озерном. Когда он уходил в отпуск, он оставлял за себя замполита части Харченко Владимира Михайловича. Нам что-то нужно делать с системой воспитания в Вооруженных силах. Замполиты не прижились. Помощники по воспитательной работе не прижились. Но кто-то должен идеологию российской державности вносить в души наших молодых ребят.
Тимошенко:
- Мне сдается, как только начнут вносить идеологию, а у нас же официально утвержденной идеологии нет никакой, начнутся вопли о том, что это националистический отлив у ваших рассуждений насчет державности. Что вы тут пропагандируете возрождение империи? И так далее. Я позволю себе напомнить, что ведь первая трагедия случилась, когда царская армия была распущена. Это бы полбеды. Были забыты исторические традиции полков царской армии. Потом то же самое проделали в новой России. Вы можете сказать, куда девался полк «Нормандия – Неман», например?
Юрий Николаевич:
- Расформировали его.
Тимошенко:
- Правильно.
Юрий Николаевич:
- Я помню, когда к нам прилетали французы, мы встречали их в 1994 году. И как французы говорили, что, когда у них полк «Нормандия – Неман» отмечал свою годовщину во Франции, сначала сажали французские самолеты, а потом сажали российские самолеты.
Тимошенко:
- Так вот, тому, кто занимался повышением престижа и воспитанием сверху, надо было думать, когда расформировывали именные соединения и части. Ну хорошо, вернули Преображенский полк. Ну гуляет он на парадах. Таманскую дивизию – да. Правда, она дивизия так, по названию. Это не то, что было. Но тем не менее, а с остальными-то как? Флажки на склад, мальчиков в класс? Во даем! Армия держится на традициях. А вот у нас никак не хватало ума у руководства понять того, что армия держится на традициях. Вот прийти и сказать: ну как же, допустим, вот юридический факультет нашего университета – это такие же традиции. Какие традиции? Товарищ Собчак, выпускник того же университета, начал демилитаризовывать Санкт-Петербург. С этого началось все, когда офицерам потом сказали: ребята, лучше по городу в форме не ходить, неприятности могут быть. И в Москве было такое. Да разве только в Москве? Это как же, защитник Отечества не должен показать, что он защитник? Он защитник только на службе. А так пусть вот забьется в норку, как мышь под веником, и молчит. И не вылезает.
Анатолий:
- Прежде всего хотелось бы выразить глубочайшую признательность нашему офицерству, лучшей его части, которая, несмотря на все эти колебания 80-90-х и так далее, все-таки служит, привержена своему долгу, честно, добросовестно несет свои обязанности. А что касается офицерской чести, хотел задать вопрос. И в советское время были отдельные недостатки, когда самолеты угонялись. Беленко и другие. Были какие-то выводы из этого сделаны. В чем все-таки дело. Ведь вроде всевидящее око – КГБ, политорганы вроде тогда были, это сейчас вроде как совсем беда. А что касается выходов, мне кажется, надо качественно делать свое дело. Контролирующие органы должны контролировать. Честно выполнять свои обязанности, то, что прописано, то, что существует. Понятие совести никто не отменял.
Тимошенко:
- Да, во-первых. А во-вторых, есть народная поговорка: рыба гниет с головы. Вот я, например, все время пытаюсь найти ответ на вопрос и не нахожу: почему мадам Аллилуева сдернула из страны? Почему Сергей Никитович Хрущев сдернул из страны и присягнул на верность звездно-полосатому флагу и стал гражданином США? Почему, например, внучка Гайдара тоже сдернула из страны практически? Почему? Почему не бегут, почему не меняют подданство в массовом порядке дети офицеров? Этого нет. А вот таких вот разнообразных руководителей потомки почему-то сдергивают. Отчего же говорят-то только о чести нашей и падении ее, а никто не говорит о том, что, ребята, вы оглянитесь вокруг себя, кого вы воспитываете? И можете ли вы кого-то воспитывать? Забавная вещь происходит. А ведь у нас еще чем все усугубляется? Что ни случись сейчас в армии, у нас же везде перестройка унд гласность. Значит начинаются вопли: а, виноват командир, а, офицеры, а, распустили, а, а, а, продались! Кто пишет-то на эту тему в первую очередь? Я понимаю, если бы писали те, кто сами отслужили. И понимали бы, почему это произошло, как это случилось, что послужило тому причиной. А у нас же клеймо навешивается очень легко, особенно на новостных каналах. А на новостных каналах у нас кто работает? Да молодняк. А молодняк служил? Нет. Вот вам и ответ на вопрос.
Владимир:
- Добрый день. 30 лет отслужил в авиации, отслужил офицером, сейчас нахожусь в запасе. Офицерская честь потеряна, по моему мнению, по нескольким причинам. Первая. Давно перестали рекламировать и рассказывать о жизни офицерского состава по средствам массовой информации. Просто об этом не говорится. Уйдя на пенсию, я это ощутил в большей мере. Куда ни обратишься: офицер запаса? Да вы там такие-сякие. Большинство людей просто даже не знают, что это такое за офицерская жизнь.
Тимошенко:
- Ну не все же смотрели «Таежный роман».
Владимир:
- Согласен. Поэтому, кроме «Таежного романа», нужно больше проводить реально даже в школах тематические занятия.
Тимошенко:
- А зачем? Давайте «Дом-2» крутить.
Владимир:
- Вот в том-то и дело. Поэтому, мне кажется…
Тимошенко:
- Вы разве не замечали, что в последние годы сформировалась точка зрения, что самая тяжелая, самая нервная, самая опасная профессия – артист или певец?
Владимир:
- Именно так. Потому что даже проще шахтером работать, нежели какой-нибудь финтифлюшкой на сцене.
Тимошенко:
- Да шахтером работать вообще легко. Это ж санаторий.
Владимир:
- Второе, что развалило офицерский институт, как мне кажется, это сердюковский лизоблюдский приказ.
Тимошенко:
- Совершенно верно, 400-й.
Владимир:
- Именно так.
Тимошенко:
- Об этом писали и говорили сразу. Но разве же вы убедите этого самого секретного помощника героя секретного России товарища Макарова. Тот молчал и вытягивался в струнку, бодал воздух головой. Конечно, развалил. Офицер не служит ради денег. Он служил из чести. А вот это забыто.
Тимошенко:
- Сергей, здравствуйте, слушаю вас.
Сергей:
- Я хотел бы узнать, а, может быть, увеличить количество суворовских училищ, когда период адаптации и обучения будет не только военным образовательным учреждением, но и предшествовать ему значительный период с военным уклоном?
Тимошенко:
- То есть, вы имеете в виду удлинить сроки обучения?
Сергей:
- Нет, нет, брать 50% суворовцев и нахимовцев, а 50% тех, кто отслужил срочную службу или службу по контракту на обучение на офицерские военные…
Тимошенко:
- Будем называть в училища. Вы знаете, я отчасти проходил это. Я оказался совершенно гражданским малым, который после физматшколы поступил практически сразу в академию, потому что тогда куйбышевка и дзержинка брали курсантов на специальности с легким вывихом мозгов или вредные для здоровья. Вместе со мной поступали ребята после кадетки: Московской, Калининской, Орджоникидзевской и т.д. Замечательные ребята сами по себе. Но чего-то в них такое было, что потом только одному из них позволило служить хорошо. Вот ну что ты сделаешь – то ли отношение к службе, то ли отношение к нам, но как-то они пытались все время торчать снаружи, выделиться, а вообще мысль хорошая. Но давайте вспомним, что в училища кадетов брали без экзаменов, помните? Але? Пропал. Слушаем дальше. Кто у нас еще?
Звонок от Сергея:
- Да, согласен, Михаил Владимирович, что идеология и проблема офицерской чести – это вещи неразделимые. Но я бы хотел поправить некоторое лукавство, когда у нас говорят, что идеологии нет. Потому что вторая статья нашей Конституции, защищающая права и свободы человека, это и есть практически прямое определение либерализма. И опять эта же статья, согласитесь, будет защищать право в том числе и офицера на такие вещи, как равнодушие, эгоизм, стяжательство, семейную безответственность. В общем, все моральные такие эгоцентричные качества, которые будут разрушать не только офицерскую, но и вообще гражданскую честь. Поэтому тут опять все возвращается ко 2-й и 13-й статьям Конституции. Я согласен, что Конституция это незыблемый столб, но, по-моему, иногда и столб надо немножко подправлять и корректировать.
Тимошенко:
- И мы возвращаемся к старой армейской шутке – должен ли военный иметь гражданскую совесть?
Сергей:
- Да, должен обязательно. И начинать надо, наверное, с этого.
Тимошенко:
- Спасибо за звонок. Здравствуйте, Даниил, слушаю вас.
Даниил:
- Здравия желаю, товарищ полковник. Вот смотрите, американская нация возомнила себя богами и царями…
Тимошенко:
- Американской нации нет.
Даниил:
- Хорошо, тогда американцы – скажу так. Они возомнили себя царями и богами на этой земле – делают, что хотят. В одном из интервью, которое буквально недавно смотрел, в «Рашен тудей» один финансовый аналитик так и сказал, что мы выиграли во вторую мировую войну, поэтому мы можем делать то, что мы захотим… В связи с тем бардаком, который происходит у нас здесь, в нашем полушарии, благодаря их такой позиции, а у них там все спокойно в Северной Америке…
Тимошенко:
- Они же за лужей.
Даниил:
- Да, они за лужей, поэтому и беженцы в Европу, и Сирия, и Украина у нас под боком…
Тимошенко:
- Да, конечно. А начнем с того, что к ним не приходил Адольф Алоизиевич и они не ховались по подвалам, лесам и болотам. Если бы он до них один раз добрался, они бы были совсем другие.
Даниил:
- Так скажите, пожалуйста, чем, по-вашему, закончится эта турбулентность? Потому что разрядка, как вы знаете, всегда наступает. А вот эта турбулентность, которая у нас везде – в политике, в экономике – она же должна чем-то закончиться в итоге?
Тимошенко:
- Закончится тем, что эти желтоухие собаки отпрянут, но на это нужно ох не один президентский ихний срок. Потому что зашли они слишком далеко. Если мне не изменяет память, в своей последней военной доктрине они, мало того, что объявили врагами номер один и номер два ИГИЛ и Россию, они написали, что целью доктрины является военная победа над Россией. Вот в этой связи хотелось бы спросить – они вообще говоря читают или просто напросто каркают, когда натыкаются на интервью, ну или даже не на интервью, а на цитирование Путина после каких-то событий? Помните, одна корреспондентка спросила: а правда ли, что мы можем уничтожить Америку за полчаса, а Путин сказал, что вообще-то быстрее?
Даниил:
- Да.
Тимошенко:
- Вот если бы они понимали это действительно, если бы они в это верили действительно, они бы вели себя аккуратнее. А я помню те счастливые времена, когда у американцев в школе было нечто вроде ОБЖ. Тогда прохватывало до самого заднего прохода, дети под партами прятались, тренировались и носили намордники. А мы сейчас чего делаем? Вот я, допустим, хотел бы отметить такую сторону. Вот мы говорим – нас закрывает ракетно-ядерный щит. Это, будем говорить, то, что гарантирует наш суверенитет, верно? И нам все об этом говорят. Так вот, одна половинка этого ракетного щита, все понятно, это ракетные войска стратназначения и подводные лодки ракетоносные, а вторая половинка – это собственно сами боеприпасы. Вот за эти боеприпасы в советское время отвечал маршал Бойчук. А при товарище Сердюкове сделали так, что за них отвечать вынужден был полковник Юрий Георгиевич Сыч. И только с приходом Шойгу начальнику 12-го Главного Управления, а по сути, всей системы ядерного обеспечения, присвоили звание генерал-майора. И вот у меня такой вопрос – а за те полчаса, которые надо потратить на то, чтобы спалить Америку, нельзя ли написать представление на генерал-майора Сыча на присвоение ему следующего воинского звания? Неужели непонятно, что это тоже определяет авторитет нашей армии и отношение к тому, что мы можем, а чего мы сделать не можем? Спасибо за внимание. Извините за горячность. Здравствуйте, Олег.
Олег:
- Здравствуйте. Вы подняли очень хорошую тему по поводу офицерской чести. У офицеров честь всегда была, есть и будет. Я сам офицер запаса, капитан. Ну, до капитанского звания дослужился в запасе. Вы сказали о том, что в свое время были утрачены почетные звания наименования полков и продолжается сейчас, все это так, но все-таки проблески надежды есть. Я солдатом служил в знаменитом 13-м гвардейском мотострелковом полку. Это бывший 666-й. Сейчас он выведен из города Риги в Ленинградскую область и теперь он называется 25-я отдельная бригада со всеми предыдущими почетными наименованиями.
Тимошенко:
- Слава тебе, Господи!
Олег:
- Да, у офицеров честь была, есть и будет.
Тимошенко:
- Так людей надо воспитывать на традициях, еще раз говорю. А традиции ухитрились не создать, а разрушить и все, что можно, развалить.
Олег:
- Именно так. Когда я был курсантом в нашем 13-м гвардейском полку, мне втолковали, что это 666-й полк, что одним из самых знаменитых командиров этого полка был дядя Вася.
Тимошенко:
- Да. И я позволю себе напомнить то глухое советское время, когда любая организация считала большим везением и удовольствием заполучить в качестве сотрудника офицера-запасника. Все знали – ему можно доверять, ему можно поручить любое дело, он не провалит его, а сдохнет, но сделает. А сейчас что? Офицер-запасник представляет какой-то интерес для наших замечательных коммерческих учреждений? Да никакого. Вали отсюда! Можешь встать на шлагбауме охранником. Вот чего хотят. А началось это гораздо раньше. В замечательные времена, когда совершенно ясно было по характеру приглашенных на концерты и размаху концерта, что милиция куда как лучше и нужнее стране, чем армия.
Мы обсуждаем вопрос – дешевеет ли офицерская честь и что с этим делать? Я думаю, что вопрос-то вообще гораздо шире. Вопрос касается того, нужна ли стране армия и что делать для того, чтобы она у нее была такая, как должно? И как воспитывать людей, начиная с детского сада, потому что дедовщина, милые мамочки, начинается там.
Владимир:
- Здравствуйте. Вот вы говорили за суворовские училища. Знаете, как было бы хорошо – допустим, вот есть изначально летная подготовка, вот там специально готовят и дают традиции авиации, правильно? И тогда они, поступая в летные училища, они хранят и традиции, и честь. А вот если суворовское училище – да, он мог с пехотными традициями попасть неизвестно куда. Ну вот хотя бы к вам в ракетчики.
Тимошенко:
- Вы, наверное, знаете, что в свое время, еще до войны, существовали спецшколы. Были артиллерийские, пехотные, авиационные и т.д. Хорошо бы, конечно, профилировать и суворовские училища, но пока не получается.
Итак, переходим к шифровкам.
«Не нужно было призывать насильно в двухгодичники, сохранилась бы и честь. Аркадий». Аркадий, вы знаете, это не совсем так. Из двухгодичников получались очень даже толковые офицеры. Например, генерал Квашнин, бывший начальник Генерального штаба, помните? А в двухгодичники насильно никого не загоняли, им просто не хотелось служить, а хотелось на всякий случай от армии открутиться. Ну, давайте сходим на военную кафедру, авось, не позовут. Хоп, позвали. Ну, а если ты не хочешь всерьез изучать то, к чему тебя приставили, получается, что ты ни пришей, ни пристебай. А если ты не пришей не пристебай, то какая на тебя надежда? И отношение к тебе соответствующее.
«Армию начал разваливать Мишка Горбатый, продолжил Боря Алконавт, закончил Сердюк со товарищи, но армия возродится, как Феникс. Татьяна, столица». Здравствуйте, Татьяна. Насчет Михаила Сергеевича могу сказать. Михаил Сергеевич личность, конечно, светлая, поскольку сам он не служил, армии не знал, он ее не любил, боялся и не доверял. А кроме всего прочего, одержимый чудовищным самомнением, считал, что он может обвести вокруг пальца, уж раз его выбрали, назовем так, первым генеральным секретарем, то уж он-то всяких Рейганов тут вокруг пальца. Черта лысого! Но соглашаться с этим он не хочет. Вот пиццу рекламировал и деньги за это получал, а соглашаться не хочет.
«Почему США хотят приостановить программу Эл-Си-Эс, а также работу входящих туда дронов-миноискателей и в чем слабость этой программы? Андрей». Уважаемый Андрей, штука вот какая. Программа Эл-Си-Эс – это литерл комбат си – прибрежный боевой корабль или корабль ближней морской зоны, назовем так. Американцы хотели получить небольшой, до трех тысяч тонн возмещением, быстрый, до 50 узлов в час, достаточно мореходный кораблик с малым экипажем, до 50 человек, который бы мог доставлять на театр военных действий груз до 700 тонн, обеспечивать переброску подразделений специальных сил, типа зеленых беретов для всяких диверсий, а, с другой стороны, помочь бороться с терроризмом. То есть, в общем, если сам терроризм развиваешь, то с ним и борись. Ну и в том числе заменять тральщики. Планировали и хотели купить около 60 штук. Когда начали строить, то оказалось, что первые же корабли обходятся в 500 млн. долларов за штуку. Вроде как для бюджета это слишком много для министерства военно-морских сил США, поэтому они первые два построили, еще два заложили, думают все-таки довести два до ума, всю программу в целом приостановили, но вот сравнивать будут четыре и выберут из них какой-то один и тогда, даст бог, если деньги будут, начнут строить. А с морскими роботами все не так просто. С ними даже еще хуже, чем с летающими роботами, с беспилотниками. Не так-то просто разминировать морские постановки. Не сделали такого робота, потому и остановились.
«Берия правильно поступал, когда не пускал партийных губошлепов на стратегические объекты. Лично я с глубочайшим почтением отношусь к тем офицерам, кто не променял совесть на импортный унитаз. Александр Иванович». Что сказать? Правы, Александр Иванович.
«А империя ох как нужна русскому народу! Но русским этого не дадут. Константин. Из казаков». Да не только русским не дадут. Империи не будет, успокойтесь. Другое дело, что начинать надо с другого конца. Надо вот тех, кто писал, что все сало Россия съела, допустим, спрашивать – ты это сало видел? А когда публикуются материалы о том, сколько Россия и Советский Союз инвестировали в свои братские республики, мы слышим в ответ – нет, это вранье, такого не было. Как это не было? Статистика, ребята-либералы; пишущие, читающие - вы пишите на эту тему и читайте эти материалы. Так не хотите же, бессовестные!
«Создание новой российской ракеты-носителя Феникс в ЦСКБ, ну, как я понимаю, речь идет о том, что Роскосмос планирует начать разработку в будущем году ракеты промежуточного класса с нагрузкой порядка 9 тонн для замены Союзов». Ну, не только для замены «Союзов», для подстраховки «Ангары». Потому что ведь как только какая-нибудь «Ангара» навернется, начнется расследование, запуски остальных прекратят, а чем-то надо подпитывать, значит, нашу космическую спутниковую группировку, ну и полеты на МКС. Вот и хотят сделать такую ракету промежуточного класса. Но пока ее нет, разработки только планируют .В плане стоит.
«Здравствуй, уважаемый товарищ полковник. Подскажите, пожалуйста, как относиться к желанию США контролировать акваторию Черного моря и проведения альянсом НАТО учений в нем? С уважением, Костя». Да, только хотел сказать – вы одессит, Костя, и это значит… Нет, дело вот в чем. Относиться надо соответствующе. Свиньи, наглые, прущие, забившие болт на конвенцию Монтрё, в соответствии с которой боевые корабли не могут толпами, не входящие в состав стран, которые граничат с Черным морем, толпами лезть через Босфор в Черное море и находиться в нем не 21 день, а столько, сколько захотят. Ну, просто американцы сейчас берегов не видят, крышу у них сорвало. Понимаете, ну никак эта поганая Россия не хочет вторгнуться на территорию Украины, не хочет взять Киев, не хочет спалить Львов. Вот досада-то какая! А ведь мы, американцы, пишем на каждом шагу и говорим в каждом своем интервью: российские войска на юго-востоке Украины… А нету войск, нету, нету, нету. Никто не зафиксировал, не доказал, не подтвердил. Ну что делать, если вранье не помогает? Ну, давайте хоть так будем действовать. Ну, беда, конечно, с ними, беда. Нас все время провоцируют, со всех сторон, пытаются шпынять шилом в одно место, но мы пока держимся. Потому Черноморский флот и укрепляем.
«Всегда считал, что на такие профессии, как врач, военный и спасатель должны идти люди, для которых деньги имеют второстепенное значение. Нужно повышать статус профессии. Александр. Ставрополь». Ну, у нас тут в эпоху товарища Сердюкова чуть было не свели военнослужащих, ну, началось-то пораньше, правда, до состояния монашеского ордена. Семью содержать не может, жить негде, ну куда его? Давайте его в общагу, на улицу не выпускать… Нет, ребята, так не пойдет. Конечно, врач, военный, спасатель должны идти служить по убеждению. Деньги, естественно, для них имеют второстепенное значение. Но деньги у них должны быть. Повторяю – должны быть. И не как вот получалось с приказом 400 господина Сердюкова – у одних есть ,у других нет, а они должны быть у всех. Наградой является продвижение по службе.
«Вы знали Илюхина? Если да, как к нему относитесь? Что вы думаете про одно из последних его обращений, размещенном в Ютюбе?» Это, наверное, тот Илюхин, который бывший прокурор? Ну, чего там, он же пытался трибунал создать для того, чтобы судить Горбачева, потом Ельцина… Ну, соскучились, забыли про него, а деньги хочется иметь, вот и давайте теперь над Путиным…
«Виктор Николаевич, вам не кажется, что поток беженцев и запрет на пролет нашим самолетам над Болгарией означает, что США хотят уничтожить Сирию? Тамара Федоровна». Тамара Федоровна, они, во-первых, Асада хотят уничтожить. Сирию – потом, как получится.
Слушайте программу «Военное ревю» с полковниками Баранцом и Тимошенко каждый вторник и четверг в 17:05 по московскому времени на волнах радио «Комсомольская правда». Слушайте нас на частоте 97,2 FM в Москве, на нашем сайте www.FM.KP.ru или в мобильных приложениях Радио КП для iOs и Android.
Архив программы «Военное ревю».