Не стреляйте в «Пианиста»...

Толпа евреев в гетто. Шпильман (Эдриен Броди) - единственный из этой толпы, кто сумеет выжить.

Всероссийская премьера оскароносного фильма стала одним из главных культурных событий мая. По этому поводу в Москву даже прибыл знаменитый режиссер Роман Поланский. Правда, сама картина, успевшая отхватить четыре десятка престижных кинопризов, вызывает большие споры. Вот и мнения корреспондентов «Комсомолки» разделились.

О ЧЕМ ФИЛЬМ?

Вторая мировая война, Варшава. Фашисты сгоняют всех евреев города сначала в гетто, а затем в концлагерь; пианисту Владиславу Шпильману чудом удается спастись от концлагеря. Он несколько лет мыкается по городу, стараясь не попасться на глаза фашистам (в этом случае его ждет немедленная смерть). Все против него, и ему лишь чудом удается выжить.

Награды фильма

«Золотая пальмовая ветвь» на Каннском кинофестивале

«Оскары» за режиссуру, сценарий и лучшую актерскую работу (Броди)

Премии Британской киноакадемии за фильм и режиссуру

7 французских национальных кинопремий «Сезар» (в том числе за фильм, режиссуру и актерскую работу)

8 польских национальных кинопремий (в том числе за фильм и режиссуру)

Бесчисленное количество менее значительных призов

МНЕНИЕ «ЗА»

Московские критики уже вылили на «Пианиста» тонны грязи. И холокост-то, дескать, у Поланского вышел картонный, и призы-то фильму дают не за качество, а за тему... Короче, холодное, банальное, просчитанное кино. Мне даже странно было, посмотрев фильм, обнаружить, что он весьма хорош.

«Пианист» - в большей степени фильм ужасов, чем военная драма. Это кино о несокрушимой злой силе, которая постепенно входит в будничную жизнь и делает ее нестерпимой. По тому же принципу снимаются картины о вторжении марсиан или пауков-мутантов. Просто у Поланского вместо пауков появляются фашисты. Такие же беспощадные, сильные и ирреальные - но существовавшие в действительности и потому куда более страшные.

В «Пианисте» нет развернутых панорам концлагерей и толп живых скелетов. Все экранные зверства фашистов сводятся к нескольким оскорблениям, нескольким ударам, нескольким выстрелам. Я не буду пересказывать эти сцены - эффект в их неожиданности (и, конечно, в том, как Поланский их снимает). Но эффект, поверьте, мощный: на паре эпизодов кровь холодеет.

Страшное варшавское гетто в «Пианисте» выглядит более реальным местом, чем спилберговские, к примеру, концлагеря в «Списке Шиндлера» (это опять же вопрос мастерства режиссера). И вместе с тем в этом гетто (как и во всей истории) есть что-то фантастическое, какая-то аура абсурда, которая наверняка имелась и в действительности и которую прочие режиссеры нам не давали почувствовать. Шпильман бродит по пустеющему холодному городу, как герой собственного сна: от него ничего не зависит, в любую секунду может произойти все, что угодно. Со временем его одиссея все больше начинает казаться бесконечным завораживающим кошмаром. В какой-то момент кажется, что лучший выход для пианиста - не мучиться, а самовольно избавиться от сна. Но тут-то война и кончается, а абсурд рассеивается. Можно снова бить по клавишам и думать о хорошем.

Постановщик «Бала вампиров» и «Ребенка Розмари», ребенком сам чудом выбравшийся из краковского гетто, безусловно, имел право на фильм об ужасах геноцида. Беда лишь в том, что глубоко выношенное маститым режиссером произведение вышло каким-то нафталинно-сиропным, не трогательным, не берущим за душу, заданным, никаким.

Герой фильма - реально существовавший пианист Владек Шпильман - играл себе Шопена на радио, потом умудрился пережить ужасы варшавского гетто, после чего вновь принялся за исполнение музыкальных пьес. Узловой момент сюжета - спасение Шпильмана (актер Эдриен Броди) молодым немецким офицером, оказавшимся большим ценителем прекрасного - драматургически недоразвит и занимает лишь последнюю четверть картины. Фильм прямолинеен, по-голливудски фальшив, картонность зияет и в характерах персонажей и в отстроенных в берлинской студии Бабельсберг декорациях военной Варшавы.

По мнению большинства критиков, «Пианист» стал одним из не самых удачных фильмов и Поланского, и прошлогоднего Каннского фестиваля, где состоялась его премьера. Поступку председателя жюри Дэвида Линча, отметившего фильм «Золотой пальмовой ветвью», находили два объяснения:

1) у него с Поланским общий французский продюсер;

2) жюри, включавшее в себя Шэрон Стоун, было слабо знакомо с историей второй мировой войны. Рассказанная Поланским история тронула их невежественные сердца...

А в том, что объявленному в Америке персоной нон грата за совращение малолетней Поланскому неожиданно досталось несколько «Оскаров», нужно винить иракскую войну. В политически нестабильные времена фильмы о холокосте обречены на самый горячий прием. Возможно, это и правильно.