Ярослава Танькова комментирует письма читателей и отвечает на некоторые вопросы

Читайте материал "Я - секс-рабыня".

Для начала хочу сказать «огромное спасибо» всем, кто меня поддержал! Что же до тех, кто обругал... Надеюсь, что ответами на ваши вопросы, мне удасться остудить ваш, по-моему, несправедливый гнев. Если же нет, - жаль. Спасибо вам уже просто за то, что на какое-то время вы были моими читателями.

Я постаралась ответить на основные претензии. Если же что-то пропустила, или у вас появились новые вопросы, обещаю, что по окончании публикации материала, у вас будет возможность пообщаться со мной в отдельном форуме.

Вопрос читателя:

...Откуда фото из бедуинской палатки, если фотоаппарат у корреспондента украли?

Ответ Ярославы:

- Это фото сделала Татьяна из Хабаровска. Это было еще до похода по пустыне. У нас было хорошее настроение, и все фотографировались.

Потом, уже в Израиле, нас привез на «невольничий рынок» мужчина, поначалу старавшийся показаться «белым и пушистым». Купил все, что заказали девочки, и по просьбе Тани в первый же вечер он напечатал ее пленку. На нескольких фотографиях была я, и Таня подарила их мне.

Откуда остальные фотографии, например, напечатанный в субботнем номере публичный дом?

...Да никто не стал бы стрелять на вспышку фотоаппарата...

- Я с самого начала написала, что все мои вещи остались в отеле в Израиле, среди них - и мой привезенный из Москвы обычный фотоаппарат. В пустыню с собой я взяла цифровой фотоаппарат своих знакомых, живущих в Израиле. Его-то и украли бедуины.

Тахану Мэрказит я пыталась сфотографировать в конце командировки своим фотоаппаратом. Поначалу мы просто кружились вокруг Таханы, пытаясь незаметно достать фотоаппарат. Но охранники таких заведений реагируют на женщину (ясно, что это не клиент) с неудовольствием. Как только машина останавливалась, охранник замечал меня и останавливался рядом. Фотографировать в таких условиях было невозможно. Наконец нам повезло, охранник одного из махонов зашел в помещение, я вытащила фотоаппарат. Но на вспышку он выглянул. То ли он разозлился на то, что сам попал в кадр (так ему, видно, показалось), то ли заподозрил что-то неладное (полчаса катались вокруг - и тут вдруг фотоаппарат!), но он действительно выстрелил нам вслед. Я слышала хлопки и видела его фигуру с поднятой рукой в зеркале заднего вида.

Я рассказывала об этом инциденте в полиции. Те ничуть не удивились, мол, не в первой.

Кстати, большинство остальных фотографий, которые будут напечатаны, предоставлены именно полицией.

Откуда записка, оставленная корреспондентом в пустыне, и фото невольничьего каравана?

- Конечно же, это не ТА записка, а копия, написанная мной по памяти уже в редакции и оформленная как настоящая для красоты. Конечно же, это не фото каравана, а коллаж, сделанный нашим художником по моему рассказу. И, поверьте, ни у кого и в мыслях не было выдавать их за настоящие. Просто в те дни, когда верстались полосы с этими иллюстрациями, я сильно заболела, и фотографии подписывали сослуживцы, которые были не в курсе дела. Признаю свою вину, что не уследила. Простите, дорогие читатели, за невольную дезинформацию.

...Откуда ручка и бумага для записки?

- Я ВСЕГДА ношу с собой блокнот и ручку. Они лежали в пакете вместе с минимумом одежды, который мне разрешили взять с собой.

...Как это у нее в бюстгальтере поместился телефон?

...А куда она дела подзарядку?

- Модель моего «мобильника» - С45 «Сименс». Не знаю, что тут особенного. Просто помещается, и все.

Подзарядки не было. Я же, по обещаниям сутенера, шла на один день. Так как телефон был постоянно отключен (включала только один раз – тогда, в яме), подзарядки хватило надолго.

...А откуда корреспондент знает иврит, собиралась уезжать? ...В Израиле многие по 10 лет живут и читать не могут, а эта взяла и прочла надпись «осторожно мины»?

- Уезжать из России никогда не собиралась и не собираюсь. Я люблю путешествовать, но привязана к своей стране. А иврит учила в одном из московских ульпанов (специальные курсы) исключительно «из любви к Моисею», как остроумно подметил один из откликнувшихся читателей. Английский же – почти совсем не знаю. Так получилось.

Иврит тоже знаю слабо, но говорить на элементарные темы и читать слова, которые знаю, могу. Слова «зейрут» – внимание и «мокшим» – мины мне знакомы.

Кстати, уважаемый гость, написавший мне пару ивритских фраз в русской транскрипции, судя по тому, что вы не совсем правильно составили фразу на иврите, знаем мы этот язык примерно на одном уровне. Только не обижайтесь, но в данном контексте глагол «ломар» (говорить) и выражение «аф паам» (ни разу) не подходят. Вы хотели сказать, что «ма ше ат месаперет ло айя мэолам», то есть «то, что я рассказываю, не было никогда». «Аваль зэ айя» - это было.

...Ха-ха по поводу того, что материал давно написан целиком...

- Не поняла претензии, но материал действительно ЦЕЛИКОМ был сдан моему руководству еще в июле. Причем, это касается не только моего. Все, что печатается частями, сдается все равно заранее и целиком.

...Все надумано! Видел я этих «рабынь», улыбки до ушей, бедра - в обтяжку... Все у них нормально!»...

- У этих девочек нет другого выхода, как приспосабливаться к этой жизни. Сутенер ей с помощью кулаков, унижений и боли хорошо объяснил, что будет с ней, если она не станет «отрабатывать деньги». А также он объяснил ей, что полиция либо куплена, либо сажает за проституцию в жуткий «зандан», где люди гниют заживо. И что если он узнает, что девчонка кому-либо жалуется, ее продадут арабам на «территорию». А теперь представьте себя этой девочкой без языка, без знания законов... Куда ей деваться - только приспосабливаться. А там, глядишь, и привычка образуется.

Люди и в концлагерях играли свадьбы, улыбались и анекдоты рассказывали.

...Ну, конечно, все неприятности будут случаться только с другими девочками, но не с Ярославой. Она ж корреспондент, а они - проститутки, и это авторша всячески подчеркивает...

- Все ужасы арабских приставаний и унижений мы делили поровну. И вкратце я это описала. А лишний раз смаковать мерзкие подробности того, что пришлось ВСЕМ НАМ испытать, не хотелось. Противно же, и так все понятно.

Но описания сцены изнасилования нельзя было избежать, ведь весь материал ради того, чтобы наглядно объяснить девчонкам, какое унижение их там ждет. Изнасилование Алины, действительно, было для меня самым страшным и показательным моментом в пути. Но я постаралась описать этот кошмар как можно более деликатно и кратко.

Я ни в коем случае не хотела облить грязью девчонок и выставить себя в каком-то более выгодном свете. Единственное мое «превосходство» было в том, что мне повезло родиться в более информированном обществе. Если бы они жили в Москве, может, их интеллект был бы в сто раз выше моего. А так... Они действительно не понимают на что идут. И я им искренне сочувствую, поэтому и пошла на это расследование.

...Ни одна нормальная корреспондентка не пошла бы на такой риск...

...Ярославе – Героя России!...

...Все это ради того, чтобы «бабки срубить» за «опасность» и на «подкуп сутенеров»...

- Я бы и не пошла, если бы знала, как все повернется. Можно это назвать глупостью, можно – самоуверенностью, но мне казалось, что все будет гораздо проще и легче. Ведь я на «особом положении», за свои же деньги! Сутенер пообещал, что мы будем идти один день, что «бедуины никогда не портят товар» и что он меня встретит. Я поверила, потому что заплатила и потому что он рисковал (ведь мои друзья могли в любой момент передать его координаты в полицию).

Как потом мне пояснили в той же полиции, скорее всего, посредством меня один сутенер сделал пакость другому – отомстил за что-то. Ведь тот, у кого меня украли, потерял деньги. Этим и объясняется легкость, с которой он согласился на эту авантюру, мол, раз эта дура сама лезет, почему бы не воспользоваться?

А тому читателю, что предложил меня наградить, – огромное спасибо за поддержку и добрые слова. Но, уважаемые возражающие, не стоит тут же исходить ядом на эту тему. Я ни в коем случае не претендую на какую-либо награду. Сама на такое пошла – сама и «виновата». И на оплату «расходов на подкуп сутенеров» я не рассчитывала. Единственное, в чем попросила помощи у редакции, – это в оплате счетов из израильской клиники, куда загремела с последствиями перехода через раскаленную пустыню. Но оттуда я предоставила документы.

...Если бы Ярослава действительно пережила такой кошмар, она не иллюстрировала бы статью фотографиями а-ля восточная, полуобнаженная красавица...

...Серьезный материал, и подавать надо было серьезно, без нарочитой эротики...

- Я вполне отдаю себе отчет, что мне очень-очень повезло, и вряд ли когда-нибудь еще решусь так испытывать судьбу. Если бы она (судьба) была менее благосклонна... Я бы действительно не материал писала, а по психиатрам бегала. И так-то до сих пор снятся кошмары.

Что же до фотографий, то это претензии не по адресу. Мое дело как корреспондента - написать и сдать хороший материал. Форму подачи (заголовок, оформление) продумывает руководство газеты и меня не особо спрашивает. (Тем более когда мало оперативной съемки, как, увы, в моем случае.) Так что претензии на эту тему - руководству.

...Во имя чего ты пустилась на эту авантюру?

...Превратили серьезную тему в «приключения Анжелики»!...

- Девчонки (даже те, кто знает, что едут в проститутки) не понимают, как это будет страшно. Они думают, что быть секс-рабыней за границей то же самое, что быть проституткой в своей стране, только за доллары.

НО ТАМ ИХ УБИВАЮТ! (Только не надо говорить о том, что убивают не всех, а некоторым это даже «доставляет удовольствие»... Я пишу ради тех, которые несчастны там. А их - большинство. Не только по моему мнению, а по подсчетам тех же социологов.)

Я не хочу, чтобы обычные девочки, мои ровесницы, такие же, как я, попадались в эту идиотскую ловушку! Я не хочу, чтобы они умирали в пустыне, чтобы их насиловали бедуины, до полусмерти забивали бандиты... Ведь они не какие-то там «испорченные», до отчаянного шага их доводит нищета (сама жила в бедности – знаю).

Эти девочки не читают серьезных «статистических исследований», а этот материал они прочтут. И, надеюсь, почувствуют, как страшно и мерзко мне было. Иногда простое откровенное признание действеннее любых серьезных увещеваний. На это и надеюсь. И если хоть одну остановлю – значит, не зря.

...Как сложилась судьба девочек-молдаванок: которые шли со мной через пустыню?...

Увы, я пыталась что-то сделать. То есть, придя в полицию, я предложила проехать со мной поискать место, где располагался невольничий рынок (адреса-то я не знала) или проехать по борделям... Но в полиции мою идею отмели, потому что (цитирую полицейских) "таких девочек у нас сотни, и борделей, увы сотни. Где мы их будем искать? Наше дело - сажать сутенеров. И мы это делаем, тогда и рабынь таких будет намного меньше". И я ни в коем случае не виню полицию. Они действительно делают, что могут. Но искать трех молдаванок в Израиле - это, как иголку в стоге сена. Увы, если бы я могла хоть чем-то помочь, я несомненно сделала бы все, что от меня зависит.

...Перевести для вас фразы на иврите мог кто-нибудь и другой...

Эти фразы перевела я сама. Они несложные. А если такое недоверие, напоминаю, что после опубликования всего материала, будет обьявлен специальный форум. И я в режиме on-line с удовольствием поговорю с вами на иврите, насколько смогу.

...Почему другие журналисты не отвечают... Они нас не уважают?...

Дорогие, искренне уважаемые читатели, я думаю, что все наши журналисты уважают и ценят вас и ваше мнение. Но, поверьте, отчасти вы сами виноваты, что многие не хотят выходить на контакт в форумы. Ведь, сколько оскроблений, неоправданного недоверия выливается на этих страницах на головы пишущих. А когда работаешь от души, от всего сердца, выслушивать такое очень больно. Поверьте и поймите.

Продолжение